Мужья и любовники
Шрифт:
В течение следующих нескольких недель, когда ей приходилось встречаться с юристами, управляющими и поверенными в делах мужа, леди Свонн была безучастна к происходящему. Потом она стала все забывать. Секретарь Кристофера тактично взял на себя организацию поминальной службы в церкви Святого Бартоломея в Смитфилде, после того как обнаружил, что вдова забыла позвать большую часть близких друзей мужа.
Жизнь потеряла для Пэйган реальные очертания и представлялась зловещим сном, от которого она вот-вот надеялась пробудиться. Любые действия были бессмысленными. Ничто не
На следующее утро Пэйган остановила дорожная полиция, потому что ее старенький автомобиль несся по центральным улицам со скоростью около ста миль в час. Она долго не могла вспомнить регистрационный номер машины.
— В моей голове образовались огромные черные дыры, — попыталась она объяснить полисмену. Но он не понял.
— Мне кажется, дорогая, — сказала Пэйган вечером, обращаясь к Софии, — твой отец все-таки мог найти более подходящее время, чтобы нас оставить. Я понятия не имею, каким образом он собирался использовать деньги, полученные от премьеры Лили, а в его бумагах нет на это никаких указаний. Я же никак не предполагала, что все это свалится на меня одну. И что мне теперь делать?
— Ты стала похожей на бабушку, — жестко заметила дочь в надежде, что эти слова, прозвучавшие почти как оскорбление, вернут мать к жизни. Но Пэйган их просто не услышала. Она взяла коробку шоколадных конфет и, включив телевизор, молча уселась на диван, погрузившись в созерцание телеигры. София, разрыдавшись, выскочила из комнаты. «Наверное, я схожу с ума, — решила она наконец. — Завтра надо будет пойти к врачу». Она не понимала, что страдает от классических симптомов переживания тяжелой утраты. Немало времени пройдет, прежде чем она сможет выбраться из туннеля смерти.
Но, войдя следующим утром на кухню, она решила к врачу не обращаться. «Нет никакого смысла спасать такого ничтожного человека, как я. Помощи врачей ждут действительно больные люди, и зачем же такой истеричке, как я, которая просто не может держать себя в руках, отвлекать их внимание?»
«Кухня — это место по производству завтраков, обедов, ужинов, — подумала Пэйган. — Зачем ей быть хорошо обставленной? И зачем здесь роскошный сервиз? Все равно он когда-нибудь разобьется. Рано или поздно все бьется». Она открыла окно, взяла одну из тарелок и бросила ее вниз, завороженно глядя, как разлеталось в стороны множество мелких осколков. «Вот и моя жизнь похожа на разбитый дорогой фарфор», — вздохнула Пэйган.
Полчаса спустя вернувшаяся из школы София в полной растерянности стояла посреди разоренной кухни. Приближаясь к дому, она уже видела гору разбитой посуды перед входной дверью.
— Мама, я уезжаю на выходные к Джейн, — решительно заявила она, надеясь услышать в ответ: нет, я не могу без тебя, останься со мной!
— Как тебе удобнее, милая, — безучастно ответила Пэйган.
— Мама, я не могу больше видеть тебя такой!
Я ухожу! — закричала она, но Пэйган ее не услышала. София запихнула пару юбок и магнитофон в свой рюкзак, сбежала вниз и выскочила на улицу.
Дом опустел и погрузился в тишину. Пэйган достала из шкафа бутылку бренди. Внутри она почувствовала страшную пустоту. «Я ничего не стою, никому не нужна и уже никому не буду нужна. Я не хочу жить. Жизнь мой враг, а смерть — друг. Будущее темно, страшно
и бессмысленно».К полуночи она изрядно уменьшила запасы джина, виски и вермута. Потом ее долго рвало над кухонной раковиной. «Этого не должно больше со мной случиться», — подумала она и позвонила в Общество анонимных алкоголиков — узнать, когда будет их очередное собрание у входа в церковь на Трафальгарской площади.
Лили закрыла глаза, изо всей силы напрягла мускулы и втянула живот.
— Более плоским он уже не будет, — прошептала она сквозь стиснутые зубы.
— Ты слишком напрягаешь шею, расслабься! — Мучитель-тренер опять притянул колени Лили к подбородку и всей своей тяжестью навалился на них. — Когда мы закончим, у тебя будет спина, как у Макаровой. Ну хорошо. Давай дальше.
Лили прошла в угол комнаты.
— А как твои успехи в танцклассе?
— Когда надо показать, как правильно выполнять движение, репетитор обращается ко мне. — Лили закрепила на лодыжках ремни тренажера.
Тренер верил в нее. Месяц назад Лили была в чудовищной форме, но его поразила ее необыкновенная сосредоточенность и работоспособность.
Он привык иметь дело с актрисами и редко встречал среди них столь дисциплинированных людей.
— Но от канона «Фоли-Бержер» ты еще, к сожалению, далека. — Он подошел к тренажеру, на котором лежала Лили, и резко поднял вверх ее левую ногу.
— Вверх и вниз пятьдесят раз, — скомандовал он. — Тебе все еще не хватает силы в этой ноге. — И пока Лили из последних сил выполняла движение, он внимательно следил за положением ее мышц.
— Посмотри, ты уже даже внешне меняешься. — Он подвел Лили к зеркалу и показал, как подобрались ее бедра и ягодицы, как укрепились мускулы брюшного пресса. Все шло по плану.
К маю Лили должна уже быть в полном порядке и в полной готовности к съемкам «Лучших ног в шоу-бизнесе».
Старинное здание одного из лондонских кинотеатров было специально оборудовано для рок-концертов и напоминало теперь праздничную посылку, обернутую в ярко-красную бумагу и перевязанную золотой ленточкой.
Прикрепленный к фасаду и вздрагивающий под порывами ветра огромный плакат извещал:
«Энджелфейс Харрис. Начало европейского турне сегодня вечером. Все билеты до 5 апреля проданы».
Эдди подумал, что раньше, даже в самые тяжелые времена, жизнь менеджера была куда легче.
Достаточно было организовать задержание полицией кого-нибудь из ансамбля в начале турне, и дальше шумиха нарастала в геометрической прогрессии.
Когда Эдди подходил к гримерной Харриса, дверь с треском распахнулась и оттуда в коридор вылетела заплаканная девушка.
— Ты, гребаная корова, — прокричала она в дверь, откинув назад с бледного лица темные локоны. Девушка прислонилась к стене, поправляя на своих худеньких, как у цыпленка, бедрах мини-юбку. — Жирная лондонская шлюха! — Девушка проверила рукой серебряную цепочку, продетую сквозь ее левую ноздрю и тянущуюся через всю щеку к уху. — Ты думаешь, кто ты есть?
Вслед за девушкой из комнаты вылетел дешевый, из оранжевого пластика, ящик. Ударившись о пол, он раскрылся, и наружу высыпались коробка с гримом, клочья грязной ваты и несколько тюбиков с гелем.