Мусорщики "Параллели" 5
Шрифт:
Когда случился Коллапс, и Рай потерял связь почти со всеми нижними Уровнями, кроме Блаженных земель Хатимана и Грани Каина, он начал очень медленно, но уверено увядать. Голод, болезни, общая деградация, паническое бегство в Грани и редкие в Хатиман привели к тому, что за последующие девять с лишним тысяч лет почти все величественные небесные города опустели, но так было не со всеми.
Одни септы посчитали, что данные им праотцом цели не могут быть осуществимы в небе, и они спустились на своих могучих домах в пустыню, покрывавшую большую часть Рая. Так поступили септы Нерет-Пехтет, обязанные собирать и перерабатывать воду и Та-Сети, что загорелись великой целью: взрастить посреди пустынь прекрасные сады и поля, полные пшеницы. Другие, стараясь выжить, объединили свои города в единый живой организм. Так поступили промышленные
И вот, когда Унут постепенно разрушается под гнётом разгневанных братьев и сестёр, лишаясь людей и ресурсов, а Инбу-Хедж загнивает в своём былом величии, лишь Уасет по-прежнему сохраняет былое, истинное величие со времён своего первого поднятия в воздух. Он выжил за счёт холодного расчёта его людей, принимавших под своё крыло многочисленных беглецов, давая им кров и работу, взамен получая их способности и таланты. Поэтому нынешний Уасет — это множество малых и больших островов-кварталов, соединённых между собой разводными мостами, что синхронно и не спеша пасутся по небу вокруг энергетического квартала-ядра. И лишь благодаря благоразумию Уасета, находчивости людей, создавших Нун, а также невероятной самоуверенности Инбу-Хеджа и живучести Атона, Рай до сих пор не пал и пережил более девяти тысячелетий лишений, пусть и многое потеряв…»
— Шепард, с вами всё хорошо?
— Что? — встрепенулся Дэвид. Он обернулся и увидел возле себя Сплина, смотревшего на него своими глазами-светодиодами. Шепард настолько вошёл во всё ещё непривычный дня него справочный транс, что даже не почувствовал приближение нового напарника. От него веяло непривычным, будто могильным холодом и создавалось ощущение, что над Шепардом нависло множество теней неуспокоенных душ. При этом Дэвид вспомнил, что Сплин как-то отрицательно влияет на Вечных, если верить Чуви. Однако Шепард ничего такого не ощущал.
«Может он просто решил надо мной злобно подшутить?»
— Мы говорим, с вами всё хорошо? — вяло переспросил Сплин голосом Первого, пытаясь изобразить заботу. — Вы просто с пару минут сидели с остекленевшими глазами.
— Со мной всё в порядке, — ответил Дэвид с обычным безразличием в голосе, но при этом попытавшись отодвинуться от своего спутника как можно подальше, — просто задумался. Со мной это обычное дело.
— Вот как? — пробормотал Сплин. Он выровнялся, сложил руки на коленях и начал рассматривать свои пальцы, — Теперь нам полегчало.
Сплин замолчал, и наступила относительная тишина. Но после неловких взглядов в сторону Дэвида, он, через силу, заговорил вновь:
— Знаешь ли, Дэвид Шепард, но мы очень взволнованы.
— Это печально, — стараясь согреться и сохранить спокойствие наравне с безразличием, протянул Дэвид, вглядываясь в проплывающую рядом гигантскую грузовую ладью.
— Нет, не в этом смысле, — резко повернувшись к Шепарду и, сев к нему вплотную, затараторил Сплин. — Мы ведь впервые покинули свою тюрьму, как вы знаете, но вот в чём дело! По сути, мы ведь там и очнулись, в том хранилище.
— А кем вы собственно были до этого и что с вами произошло? — любопытство взяло вверх и Дэвид забыв о могильном холоде, повернулся к Сплину. — А то из слов Чуви, мало что можно было понять.
— Кем мы были? — задумчиво произнёс Сплин, опустив голову. — Я не помню, почему я стал таким и кем был внешне. Я помню лишь своё пробуждение. Поэтому я не могу сказать, что со мной было до этого, если и было.
— Что вы… ты имеешь в виду под пробуждением?
— Сложно сказать, но когда я очнулся, то не имел своего тела, а вокруг меня было много теней, много озлобленных, обезумевших теней. Они дрались меж собой или занимались самобичеванием, рвали свою эфемерную плоть, пускали незримую кровь, орали, пели, плакали, дразнили, извинялись или просили о помиловании. А над всем этим летало чудовище с множеством глаз, но без определённой формы. Оно клокотало и испускало отовсюду то, что я бы назвал звёздной пылью. Поначалу я был растерян, но потом одна из теней заметила меня и набросилась на меня, а за ней другая и следующая.
Я растерялся, но когда я почувствовал, что они начинают меня не просто рвать, ведь я тоже был тенью, а поглощать, погружая туда, откуда чудом вынырнул, я понял, что должен рвать их в отместку. Я не знаю отчего был сильнее их множества. Может, потому что обладал зачатками настоящего разума или потому что пространство было именно что моим? Кто его знает.Я не знаю сколько боролся, но когда нас осталось лишь трое, готовых продолжать битву, и тех, кто не боролся, а просто бродил по бескрайнему пространству, стоная и бормоча всякую околесицу, я услышал голос извне. Это произошло в тот момент, когда мы уже вступили битву друг с другом. Мы остановились и выслушали его, поняв каждое из слов, и мы были согласны на то, что предложил нам голос. А затем тьму пронзил яркий обжигающий свет, и чудовище, взвыв, свалилось вниз и мы напали на него. А затем последовало ничто и мы окончательно пробудились. Я, Второй и Третий. Именно с ними я и дрался
— Погоди, то есть ты был в бессознательном состоянии?
— Не думаю, что именно так, — отрицательно помотав головой, ответил Первый, а затем снова опустил голову и с горькой усталостью усмехнулся.
— Не понимаю, — пробормотал Дэвид, дотронувшись до своего лба. Вдруг то, что в нём давно дремлет и то, что он больше всего презирает в себе, неожиданно очнулось, впервые с тех пор, когда он потерял сознание после первой встречи с Чуви. Это существо перехватило контроль над его рукой, и та потянулась к тонкой шее Сплина в надежде проникнуть за защищавшую кожу ткани. Его спутник, продолжая рассматривать свои руки, опустив голову, не заметил приближавшийся опасности, а Дэвид не мог его предупредить, так как его разум будто находился в тумане. Вот его пальцы практически коснулись шеи Сплина, как вдруг на его запястье замкнулась рука Чуви. Чудовище ощетинилось, но отступило в глубины подсознания Шепарда. Дэвид тяжело вздохнул и обмяк. Лишь в этот момент мусорщик отпустил ему руку, не обращая внимания на Сплина, что всем своим видом выразил удивление и негодование от неожиданного, как ему показалось, поступка Чуви. Мусорщик нагнулся к уху Дэвида и, почти не раскрывая рта, прошептал:
— И всё-таки я займусь твоей чёртовой выносливостью. Хотя бы ради того, чтобы не показывалось твоё примилейшее тёмное я, — а затем громко добавил. — Не издевайся над Сплином, малыш Шепард. Я ведь тебе сказал, что за этой замечательной историей к Бэбилу или Старику.
— Понятно, — поглаживая руку, пробормотал Дэвид, в очередной раз задумывавшись над тем, насколько осведомлён о нём Чуви. — Я думаю, что мы не должны о подобном вообще заикаться. Особенно когда рядом враги.
— Если ты о хатиа Сепду, то его волнуют лишь его обязанности. Главное, чтобы мы не занимались вредительством и спокойно выполним свою работу, а на прочее он спокойно закроет глаза. К тому же, сейчас ему совершено не до нас.
Дэвид украдкой посмотрели через плечо. Командующий обороной всё ещё сидел в хвосте ладьи. Сложив руки на груди и хмурясь, он что-то бормотал себе под нос. Присмотревшись Шепард увидел, что правая сторона его лица была опутана золотой путиной.
— А за пилота так вообще забудь, — продолжал Чуви. — Он не слышит и не видит.
— Как это? — резко посмотрев на мусорщика, спросил Сплин, но ему ответил Шепард, механическим, даже для него, голосом:
— Септ Атафет, один из немногих, что не только сохранил древние знания о манипуляции нематериальной неживой энергией, но и пытается развить эти знания. В частности у них соблюдается традиция запирать добровольцев в особой комнате с полной изоляцией всех чувств на трое суток. Те, кто прошёл испытание, лишаются почти всех чувств, кроме осязания. Взамен они приобретают способность управлять двигателями Хасуу. Этот метод был позаимствован у одного из хатиманских кланов, но в контексте осирисийских особенностей данное испытание пробрело несколько иной статус. Главной целю этих испытаний является не только приобретения умения управление ладьями и могучими воздушными эсминцами, но и возможность бороздить межпространство без помощи Инженеров или Сильвийского конгломерата. А в дальнейшем — нахождение способа прорыва барьера Эд’Ма и выхода во внешний космос в обход Грани.
Дэвид замолчал, плотно сжав губы, и закрыл глаза. В душе он выругался на поселившуюся внутри него справочную службу, что теперь начала перехватывать не только его сознание, но и голос.
— Амбициозно, — после продолжительных секунд тишины выдавил из себя Сплин, а Чуви усмехнулся, закурил сигарету и беззаботно произнёс:
— Выносливость и выдержка, — а затем он поднялся и посмотрел вперёд и вверх, прикрываясь рукой. Спустя несколько секунд, он возвестил, — Почти прилетели, мои хорошие. Скоро будет зажигать!