Моя Крепость
Шрифт:
Но вспышка сэра Конрада мгновенно прошла. Он опять выглядел доброжелательно и спокойно.
— Господа, сэр Роланд, я прошу простить выходку моего слуги. Он стар, и память его подводит. С этой минуты он не произнесет ни слова без моего прямого приказа. Продолжай, мастер Оттер.
— А чего ж. Я вроде как все сказал, — отозвался чернобородый и даже изобразил нечто похожее на поклон. Очевидно, гнев его светлости произвел на него впечатление.
— Староста Дейни? Том? Зак? Вы тоже так думаете? — с властным видом граф Арден повернулся к остальным крестьянам. Глава семьи
— Именно! Сэр Роланд Арден — законный лорд! И нет такого права, чтоб его с места скидывать и в горе запирать. Коли король с лордами такое вытворять начал, его самого скинуть могут! И даже запросто!
— Зак, молчи! — крикнул ему Роланд. — Что ты несешь, умолкни! Это не твое дело!
Но Зак уже закусил удила:
— Так-таки не мое? А то чье же? Кто за вас заступился, когда Хагрид вас в гору волок, а этот болван старый...
— Заткнись, Зак!! — рык старосты прозвучал не тише графского. И непокорный сын все-таки заткнулся. Несколько секунд за столом было тихо.
— Гарет, как там наш олень? — как ни в чем не бывало, обратился сэр Конрад к оруженосцу при вертеле.
— Еще бы полчасика, милорд, — отозвался тот. Он поворачивал тушу, а хозяин корчмы умело поддерживал в очаге ровный огонь. Жаркое его светлости ни в коем случае не должно подгореть!
— Следовательно, у нас есть полчаса, чтобы договориться, господа. Не станем же мы есть благородную оленину и при этом ругаться! Зак и Оттер уже высказались, вы, староста, предпочитаете говорить позже, правильно я понял? Стало быть, ваше слово, сэр Роланд. Мы слушаем вас.
Роланд Арден сделал глубокий вдох и сказал так:
— Его светлость граф Конрад Арден получил свой титул по решению короля. Как и почему король решил так, а не иначе, не нам обсуждать и не теперь. Мы — его подданные. И я, и милорд Конрад, и ты, Зак, и вы все. Справедливо это или несправедливо, законно или незаконно — это между мной, сэром Конрадом и королем. Могу сообщить вам всем, что я присягнул на верность сэру Конраду Ардену и намерен служить так же верно, как и остальные его рыцари. Поэтому, Зак, если ты верен мне, то будешь верен и ему. Изменив ему, ты изменишь мне тоже. Все.
Пораженные физиономии крестьянских представителей показывали, что сюрприз застал их врасплох. Даже самообладание старосты Дейни не устояло.
— Но как же... Ведь неправедно так... — прошептал он. — Мы ж за вас...
— Так, мастер Дейни, — подхватил лорд Конрад, ожидавший именно этой реакции. — Как видите, мы с сэром Роландом помирились, и ему ничто не грозит. Он в вашей опеке не нуждается. От уже взрослый, он здоров, свободен и вооружен. Его никто не гонит из дому. В свой срок он станет рыцарем и сам решит свою судьбу.
Казалось, на этом спор мог бы закончиться. Но тут заговорил опять крепыш Григс Оттер:
— Решили, говоришь, ваша милость, между собой? Замирились? Не наше, стало быть, мужицкое дело? А ну, коли оно-таки наше? Кто есть лорд, а кто не есть, нам, мужикам, очень даже есть дело. Ибо тот лорд над нами властью поставлен. А коли неправедно поставлен? Так его
ж завтра и скинуть могут. Сам король скинет и не поморщится. А нам каково? Он же власть наша, господин нам и судья, негоже его ввечеру ставить, а с утра скидывать...Речь Оттера, пусть и не очень грамотная, содержала истину. Роланд был даже немного пристыжен. Грубый мужик напоминал ему о долге господина перед подданными! Он теперь ждал, что ответил граф.
А лорд Конрад, наконец, встал и заговорил.
— Отвечаю вам, мастер Оттер. Во-первых, король не изменит своего решения. Клянусь честью рыцаря. Я полностью отвечаю за свои слова. Во-вторых, у меня достаточно сил, чтобы защитить свою землю и всех, кто на ней живет. В этом тоже я клянусь честью, и сэр Роланд может вам подтвердить, что я не преувеличиваю.
— Поверь, Григс. И ты, Каспарус, поверь. Войско у лорда Конрада такое, что лучше не бывает, — вставил повеселевший Роланд.
— А в-третьих, давайте поговорим о власти вообще. Мастер Оттер прав в том, что лорду принадлежит власть над его подданными и долг применять эту власть по справедливости. Поэтому вам и не все равно, кто есть, а кто не есть лорд, как сказал Оттер. Так?
Дейни, Оттер и Том согласно кивнули. Зак, кажется, не вполне понял, о чем речь.
— Давайте представим себе, что сэр Роланд стал лордом Роландом и получил власть. Что он станет делать?
Не дождавшись ответа от ошарашенных крестьян, граф продолжил:
— Во-первых, вернет вам Длинный Пояс. Это вы хотели потребовать, правда? Так это и я сделаю. Пожалуйста, распахивайте свой Пояс и сейте, что там положено. Нет у меня никаких овец, а если будут, вы же и решите, где их пасти. Мы с сэром Роландом в этом деле совершенно согласны. Так, сэр Роланд?
— Так, — отозвался тот.
— Что еще?
Все мужики молчали.
— Не стесняйтесь. Вы же оружие приготовили, чуть в бой не пошли! За что? Что ты им обещал, Роланд?
— Я ничего не обещал, — запротестовал тот, — я ни о чем ни с кем не договаривался, я уже вам говорил это и еще раз скажу. Но, конечно, будь у меня власть, я заботился бы о людях, добавлял бы зерна тем, у кого нечего сеять, и разрешал рубить лес, если кому надо починить дом. Судил бы по справедливости. Не стал отнимать хлеб у голодных. Защищал бы с оружием в руках от всех бандитов...
Он умолк. С удивлением обвел взглядом все лица и понял, что его слушают, затаив дыхание. Все. В том числе и граф Арден. А Родерик, не проронивший ни слова за все время, улыбается широко и радостно с облюбованного чурбака неподалеку.
— Как это просто... — тихо сказал лорд Конрад и поглядел на крестьян.
— Это все, что вам надо? Знать, что лорд позаботится о вас в нужде и рассудит честно?
— И еще... — решил все-таки подать голос Родерик. — Насчет этого Пояса. Отец, я теперь знаю, в чем его важность. Рон мне объяснил. Это общинная земля, притом очень хорошая. Урожай с Пояса всегда шел в налог лорду, вместо того, чтобы собирать с каждого двора... Его пашут и засевают все вместе.
— Верно ли понял мой сын, староста? — обратился граф к отцу Рона.