Моя долгожданная
Шрифт:
– Да вот был однин случай… Да, Максим?
– таращит на меня свои глазенки, покачивает головой.
– Меля, это была абсолютно нормальная белка. Просто вы не нашли с ней общий язык.
– Ага, ага… - кивает и заплетает волосы в косу, укладывает голову на подголовник, прикрывает веки.
– Так что там за история с белкой?
– толкает ее локтем Денис.
Меля начинает полушепотом пересказывать свою прошлогоднюю схватку с мелким грызуном за орех. Пусть они найдут какую-нибудь тему для разговора. Поглядываю назад. Меля активно жестикулирует полушёпотом вещая свои небылицы. Денис слушает. Слушай, слушай… Ты ее не переслушаешь.
Тренер
– А вот я не умею готовить полевую кашу, - неожиданно поворачивается ко мне, улыбается.
– Мелька тебя научит.
– Хорошо бы, - усмехается.
– На свежем воздухе все проголодаются быстро. Боюсь я не накормлю такую ораву. Должна была ехать еще одна мама, но заболела, а замену не нашли. Да и списки в ГАИ уже утвердить успели. Нового человека ведь вписать нужно было.
– Разберемся - киваю ей, придвигаясь немного ближе.
Юля стреляет взглядом в Дениса. Он терпеливо слушает Мельку лишь изредка вставляя короткие комментарии.
Сдвигаю ладонь на ее колено слегка касаясь ее руки. Она не отдергивает руку. Так и сидит соприкасаясь тыльной стороной ладони с моей ладонью. Разворачиваюсь, поглядываю назад. Пацаны в телефонах. Негромко переговариваются лишь единицы. Бросаю короткий взгляд на нее, собираясь подхватить ее ладонь. И тут раздаётся протяжный визг губной гармошки. Все, как один просыпаются и начинают галдеть. Меля наяривает какую-то простецкую мелодию, Денис смотрит на нее вытаращив глаза. Тренер давится собственным храпом, закашливается. Я и сам в легком ахере. Лет в десять она бренчала на укулеле, губную гармошку я вижу у нее впервые.
– Музыкальная пауза!
– поясняет она, закидывая гармошку обратно в сумку.
– Дай посмотреть!
– Мне дай!
– И мне!
– раздаётся отовсюду.
– Нет, извините. Вы же обязательно захотите попробовать, а я слюнями с кем попало не обмениваюсь.
– А не с кем попало?
Тут приходит мое время таращить на нее глаза и грозить кулаком.
– Давайте, я вам лучше песню спою?
– разворачивается и становится коленями на сидение.
– Я ее для подписчиков написала. Сейчас будет премьера, - Амелия прочищает горло.
Ты видишь наклонные линии?
Скажи для чего они?
За окном опять гроза,
А у меня в душе зима.
Сижу у холодного окна,
Понемногу схожу с умаааа, - надрывается Мелька.
Похоже, они примут ее за чокнутую. Что она вообще пытается сделать? Как я ее матери возвращать буду? Забирал то нормального ребенка.
– А как на тебя подписаться?
– орет кто-то с середины автобуса.
– Я тоже подпишусь!
– А давно ты ее написала?
– Только что, - произносит она, начиная копаться в телефоне.
– Я сейчас кьюар код по рядам пущу. Ты будешь подписываться?
– обращается к Денису.
– Ну давай, подпишусь, - бормочет он, вытаскивает телефон из кармана.
– Амелия, а мне подписаться можно?
– с улыбкой произносит Юля.
– Конечно, - протягивает ей телефон.
– Я только полчаса назад завела блог, а у меня уже столько подписчиков.
Глава 31
В принципе, в Меле я не сомневался. То, что она перетянет на себя внимание Дениса сомнений практически не было. Но по факту она пошла гораздо дальше. Одного Дениса
ей оказалось мало, и она решила заполучить внимание всей группы. Ближе к концу поездки Иван Романович начал поглядывать на нее недобрым взглядом. Наверное, стал переживать за то, что большая часть команды передумает соревноваться и останется в лагере варить с ней полевую кашу. Два пацана уже изъявили желание остаться, на так называемой кухне. За что получили по подзатыльнику от тренера.Почти всю оставшуюся дорогу дети играли в Крокодила. Кто стал организатором данного мероприятия, объяснять не нужно. Все ржали как кони. Самый младший член команды девятилетний Виталик Котиков и тот проникся к Амелии уважением, смешанным с нескрываемым восхищением, когда она изобразила грязные носки.
Нам осталось преодолеть последние десять километров, когда Меля исполнила песню про бобра и сорвав аплодисменты, раскланялась завершив мероприятие.
– Тут зрители аплодируют, аплодируют… Кончили аплодировать!
– похлопав сама себе произнесла она и плюхнулась обратно на сидение.
Юля наблюдала за всем происходящим с какой-то грустной улыбкой. В голову волей не волей закрадывались неутешительные мысли. Неужели она всегда будет такой? Вот вроде бы смеется со всеми, а в глазах печаль и какая-то нескончаемая тоска.
– Амелия, ты уже решила, кем хочешь стать?
– Юля повернулась назад к детям и слегка выглянув из-за спинки сидения, обратилась к Мельке.
– Не могу определиться, - произнесла Меля и снова принялась чесать расческой свою шевелюру.
Водитель будет плеваться и материться, когда обнаружит на сидении и вокруг него, место ее нескончаемой линьки. Метровые рыжие волосы однородном слоем покрывают пол у меня в квартире спустя лишь пару дней ее в ней пребывания. Что удивительно, на ее голове их не становится меньше. Прям загадка природы.
– Когда я была совсем маленькой, то мечтала стать консьержем. Эта работа казалась мне идеальной. Потом я подумывала стать водителем троллейбуса, но это было не долго. Как-то раз я увидела бабушку на рынке, которая чистила чеснок. Я тогда обожала чистить чеснок и решила, что вот она, идеальная работа. Сиди себе, болтай с подружками, чикай ножницами ботву.
– Когда это ты обожала чистить чеснок?
– удивленно интересуюсь я.
Такое ощущение, что абсурд который она несет не имеет ни конца, ни края.
– Не умничай, - кидает она мне и продолжает: - Потом я открыла в себе музыкальный дар и решила, что могла бы стать певицей. Но папа сказал, что это несерьезно, поэтому пришлось рассказать ему про консьержку и трамвай.
– А про чеснок рассказала?
– хмыкает Денис.
– Папа и без чеснока согласился оплатить мне вокальные курсы. Я походила на них годик и решила, что это не совсем то, чем мне хотелось бы заниматься. Потом был театральный кружок, потом танцы… короче, я пока ищу себя, - Меля трижды брызгает на себя духами.
От сладкого карамельного запаха начинает першить в горле. Денис закашливается, я тоже. Юля к ядреному запаху остается самой стойкой.
– Тебе нужно быть организатором праздников, - с улыбкой произносит Юля.
– Ты немножко похожа на повзрослевшую Пеппи Длинныйчулок.
– Такая же конопатая?
– улыбается Мелька.
– Такая же солнечная.
– Приехали!
– объявляет тренер, когда автобус замедлив ход останавливается следом за другим припаркованным на обочине автобусом.
– Не спешим. Никуда не несемся, организованно разбираем свои вещи. Группу Светланы Дмитриевны пропускаем вперед.