Мой спаситель... или погибель
Шрифт:
Надю и Кирилла разместил во второй комнате на втором этаже, чуть дальше от нас. Приготовил спальню для Лики, где она могла полноценно отдохнуть после перенесённого стресса…
Ванна была погружена в лёгкие отблески свечения. Тени наших фигур, казались скользящими и гигантскими, нависшими мрачно над ними, как над неугодными.
Лика обречённо сидит на ободке ванны, протянув мне руки. Я сижу на мягком коврике у её ног. Стараюсь безболезненно нанести антисептическую мазь на её ладонях, после ожогов.
Она вкратце рассказала мне, что пыталась спасти девушку, где их заперли. Когда та прикладывала
— Ожоги не сильные, через пару дней всё заживёт, — равномерно, спокойно прошептал я, заматывая ладони бинтом. Наблюдал за её взглядом, который был направлен в пол, и по милому личику тиха скатывались бисеринки слёз. Моё сердце больно засаднило от невыносимого состояния своей вины, и что я, сам, не желая того, снова заставил Лику страдать. А она тихо терзалась. Не пытаясь поделится со мной: выплеснуть, прокричать, разразиться рыданиями тяжкой боли, которая её мучила. — Лика, не кори себя. Ты бы ничего не смогла сделать.
Она мне не ответила, продолжая вглядываться в пустоту. Дышала медленно, ровно. Зрачки расширены, словно погружённые внутрь себя. И я понимаю, что она мысленно вернулась в горящий дом.
— Лика, не надо, — я положил тюбик мази на пол и нежно прикоснулся пальцами к гладкому, подрагивающему подбородку. Стараясь обратить её внимание на себя.
— Может, я сплю, и всё это невзаправду… — одними губами прошептала она, а слёзы покорно упали на приоткрытые алые уста.
— Мне жаль, но ты знаешь ответ…
Лика с болью втянула воздух носом и закрыла ладонями лицо, отрицательно отмахиваясь головой.
— Нет! Я хочу проснуться… Пожалуйста! Пожалуйста!
— Родная… я не могу смотреть на тебя такую…
— Она не заслужила такой смерти… — резко процедила она, отняв руки от лица, и взглянула глубоко мне в глаза. По её щекам текли сокрушённо капли слёз.
— Я знаю.
— Это… это так ужасно! — всхлипнула она и крепко обняла меня за шею, уткнувшись лицом мне в плечо.
Я утешительно обнял её, прижав порывисто к себе. Мои пальцы ласково поглаживали её мягкие, шелковые пряди волос: стараясь успокоить, впитать боль, принять в себя этот кошмар, который ей пришлось пережить — только бы она не страдала.
— Всё будет хорошо…
Лика тихо плакала, уткнувшись влажным от слёз носиком мне в шею. И я ловлю себя на мысли, что мне давно нехватала таких проникающих и чувствительных объятий. Задаюсь вопросом: почему такие волнительные моменты происходят только в печальной ситуации жизни? Почему мы не можем обняться, так сладко-нежно, в порыве счастья или просто потому, что нам это нужно? Всегда найдётся большое, огромное, но… которое влияет на нас… мягко говоря — затруднительно.
— Ангел мой! — шептал ласково я, вдыхая родной: тропически-нежный кокосовый аромат шелковых волос. Вбирая в себя жаркое и хрупкое тело. Желая сгореть и снова возродиться из пепла, как птица феникс, только бы не позволить разрушить этот волнительный момент. Не хочу отпускать Лику. Никогда!
Она прижалась губами к моей шее. Ласкающими
прикосновениями жарких губ, запечатлела лёгкий поцелуй. Вызывая поток сладкого возбуждения. Дыхание её участилось. Со слабым стоном, она теснее прижалась ко мне, аккуратно прижимая обработанные мазью ладони к моим плечам.— Лика, ты сейчас подавлена, — я постарался остановить её неожиданный наплыв. Не хочу заниматься сексом, когда она в сокрушённом состоянии.
Но Лика отмахнулась головой и прижалась губами к щеке. Продолжая посыпать поцелуями моё лицо, и остановилась у моих губ.
— Мне это — сейчас нужно, — слабым голосом прошептала она, блуждая отчаянные взглядом на моих губах и глазах.
Она снова взяла меня под свой контроль, размывая границы времени и пространства, и я, словно под гипнозом её ярких изумрудных глаз, не смог сопротивляться. Сегодня я чуть её не потерял, и мой страх так яростна пожирал меня изнутри, что каждая клеточка моего тела дико сходила с ума. Разрывая меня. Поглощая частички разума, в страшные картины… и это состояние было не выносимым.
— Ну что ты делаешь со мной… — неодобрительно помотал я головой. Сгорая от желания с силой схватить её. Вложить в поцелуй всю свою страсть и любовь. Рассеять весь страх, который мы сегодня пережили. Просто наслаждаться друг другом и забыть на миг о мире, который окружает нас за дверями нашего убежища.
Я нежно прильнул к вишнёвым округлостям мягких, манящим губ. Почувствовав солоноватый привкус после слёз, которые она в отчаянии пролила.
— Ты уверенна? — хрипло прошептал ей в губы. Боясь, что она спешит с близостью, для того, что б забыться.
Она снова быстро кивнула, запрокидывая свои израненные руки мне за шею. И снова наши губы слились в жарком поцелуи, энергично углубляя поцелуй.
Впитываю в себя любовный трепет, излучаемый ею в порыве страсти. Лика отвечала мне жадным напором. Вкладывая в поцелуй всю свою боль и страсть. Наши языки сплелись, дразня и лаская друг друга, горячо растворяясь в сладких ощущениях. Руки мои ласкова блуждали по её спине. Остановившись у края майки, горячими ладонями юркнул к нежному бархатному телу, получая удовольствие от прикосновения.
Лика трепетно простонала.
Лёгкими движениями: я прошёлся по её жаркой спине, хрупкой талии, чувствительно продвигаясь к мягкому бархатистому животу, поднимая руки к округлостям груди, где в ожидании моих прикосновений возбуждённо затвердели соски.
Не знаю, что в этот момент происходило с Ликой. Может, она и вправду меня желала, а может, пыталась забыться. Но я почувствовал странное подергивание её тела. Словно она боролась с собой, словно ей было неприятно. Заставляла себя. И это меня сильно задело.
Я разъединил наши объятия и с напором посмотрел на её потемневший взгляд.
— Ты пытаешься кого обмануть… себя или меня?
— Не задавай вопросов, — чуть дыша, прошептала она. Приподняв пижамную — майку и быстро скинула с себя. Я остановил взгляд на оголённой, прекрасной груди. Она взяла мои руки и положила на вздымающиеся округлости грудей, массируя их моими руками. — Не хочу думать… просто, дай нам насладиться.
— Ты сумасшедшая… ты знаешь об этом? — тяжело вздохнув, прошептал я. Борясь теперь со своими тараканами в голове.