Мой Повелитель
Шрифт:
– Да. Должен был, - голос Лафика дрогнул, в глазах блеснули слезы, - Да проклянут меня духи гор - будь ты хоть самим Хранителем Полуночи, я все равно рад тебя видеть!
Гном сжал меня в могучих объятиях, и я почувствовал, что камень упал с моей души. Я был по-настоящему счастлив просто потому, что, спустя столько лет, наконец-то снова встретил Лафика.
Мы сели друг напротив друга на деревянные скамейки. Кажется, Лафик их и сделал, теперь я уже и не вспомню.
– Ты улыбаешься, как идиот, - заметил Лафик.
– Просто я рад видеть тебя-прежнего.
– Не радуйся раньше времени. Я по-прежнему хочу знать, почему ты так поступил. Ты вроде сказал, не хотел служить в катаронской
– Возраст уже не тот. Весь день на ногах и спать вполглаза - я же не мальчик. Да и компания у нас тогда была дружная. Пошел бы я в одиночку - неустанно следил бы, чтобы свои же товарищи не обворовали.
– Нашел бы какое-то мирное дело тогда.
– Какое? Я только и умел мечом махать.
– Ну вот в Фальции же научился некромантии. Значит, мог чему-то научиться и в Катароне. Как там живется, в Фальции-то, Рихард?
Честно говоря, я был в ужасе, когда поближе познакомился с обычаями Фальции. В Катароне, конечно, всякие слухи ходили, но увиденное поразило меня до глубины души. Я понимал, что там часто проводят жестокие ритуалы и совершают человеческие жертвоприношения во славу Тьмы. Я был к этому готов. Но не ожидал, что местные жители считают такую жизнь нормальной. Если Рыцари Смерти приходили забрать у матери ее ребенка - она спокойно отдавала его. Даже не спрашивая, зачем, а ведь в большинстве случаев малыш не доживал до следующего дня, и каждый фалиец это знал. Никаких протестов, никакого сопротивления, ничего! Рабская покорность, безропотное подчинение словно были в крови у каждого жителя Фальции. По велению Хранителя Полуночи на заклание могли отправить целую семью, деревню, город - и никто бы из обреченных и слова не сказал!
Но даже в таких условиях, бывало, рождались дети с сильной волей, не желавшие терпеть подобные зверства. Если их не удавалось перевоспитать, их сдавали в Темную Цитадель сами добропорядочные родители. А там уже упрямцев превращали в Рыцарей Смерти - и несгибаемая воля начинала служить законам, с которыми так отчаянно боролась. Особенного статуса удостаивались и дети с магическим даром. Вырванные из кошмара рабского существования, они быстро привыкали к своей уникальности и начинали презирать простых людей. Хотя суть от этого не менялась, волшебники все равно оставались рабами Хранителя Полуночи. Просто, в отличие от остальных фалийцев, маги Темной Цитадели ни в чем не знали недостатка. И не Хранитель Полуночи виной сложившемуся в Фальции укладу жизни. Некроманты, демонологи и прочие маги, практикующие темные искусства, всегда были в почете у фалийцев, еще задолго до прихода настоящей Тьмы. И я не сочувствую этим жестоким, безнравственным людям. Им не нужно спасение, они не стоят жалости. Они сами заслужили своего Темного Властелина.
Но такие подробности я, разумеется, рассказывать Лафику не собирался.
– Некромантам живется очень даже неплохо. В отличие от большинства фалийцев. Не стоит об этом. И еще кое-что, - я поморщился, - Не называй меня больше Рихардом. Это имя принадлежит другому мне, жившему до ухода в Темную Цитадель. Я слишком изменился. Я уже не Рихард.
Гном фыркнул.
– Что за глупости! Скажешь тоже!
– И все же, я настаиваю. Зови меня просто некромантом.
– Что, и на людях?
– усмехнулся Лафик, - Ну ладно. Однако, что-то заставило тебя вернуться. Я обалдел, когда весточку от тебя получил. Сначала, как гонца твоего увидел, потом, когда понял, что письмо от тебя. Что это за уродец маленький был?
– Горгулья моя. Сам создал, из камня.
– Да я заметил, что не из соломы. Ишь ты, ну почти гном, ваяешь из камня скульптуры. Только что ж он страшненький-то такой? У
меня сердце в пятки от страха ушло, когда демона этого в комнате у себя нашел, а как он летать и верещать начал, я и вовсе чуть не обделался.– Ну положено ему таким быть. Тут уж не мне решать.
– Ладно. Уродец, значит, уродец. Горгулья, значит. Говори, друг, что хотел обсудить.
Я все рассказал Лафику. Он долго молчал и был непривычно серьезен, обдумывая разговор и теребя густой ус.
– Ты точно решил?
– наконец-то спросил он.
– Да, Лафик.
– Значит, ты ненормальный.
– Думаешь?
– Уверен. Ты сошел с ума.
– Я могу на тебя рассчитывать?
– Обижаешь! Я ведь не каждый день безумным некромантам помогаю. Разумеется, друг мой.
– Спасибо тебе, Лафик. Огромное. Не знаю, что бы я делал, откажись ты помочь мне.
– Оставь, - отмахнулся гном.
Я говорил совершенно серьезно. Разослав письма всем своим старым друзьям, я получил согласие на встречу только от Лафика. Конрик написал, что явится, куда я скажу, как только разберется со своими делами, но это займет несколько дней. Я его понимаю - гильдию наемных убийц покинуть без проблем так же непросто, как и Темную Цитадель. От остальных моих друзей не пришло никакой весточки.
– Скажи мне, - заговорил я, - Что случилось за эти восемь лет? Кроме тебя, на мое послание ответил только Конрик. Я надеялся, что Эрик по-прежнему живет в Тавре и тоже согласится со мной встретиться, но он ничего не ответил. Как и Лютер, и Люси Джокер, и Ольви.
– Ну, - гном достал резную трубку и набил ее табаком, предложил мне. Я, как всегда, отказался. Лафик привычно пожал плечами и закурил, - Много чего произошло, конечно. Ты ж не думал, что вернешься, и все будет по-старому? Хороших новостей мало. Что касается Эрика, - гном помрачнел, - Его убили год назад.
У меня сердце остановилось. Мы с Эриком дружили с детства, все трудности преодолевали вместе. Я был уверен, что он обрадуется моему возвращению и без раздумий согласится помочь. А теперь... выходит, Эрик - мертв?
– Кто?
– только и смог выдавить я севшим голосом.
– Наемный убийца, - буркнул гном. Я видел, как ему тяжело было вспоминать это, - И его самого, и его жену. Кто нанял - не знаю. И знакомство с Конриком не помогло.
Не сомневаюсь - узнав о случившемся, Конрик сделал все возможное, чтобы отомстить. Но не факт, что ему это удалось - наемные убийцы очень тщательно скрывают свои тайны друг от друга.
– Проклятье, какого дьявола плохие новости тебе должен сообщать я?
– рассвирепел Лафик, - Так на душе не по себе становится, будто я виновен перед тобой в чем-то.
– Это еще не все плохие новости?
– тихо спросил я.
– Люси, - Лафик опустил глаза, - Убита в таверне в Филанде рыцарями из ордена Антимагии.
– Тьма меня возьми...
Люси Джокер была волшебницей Воздуха. Веселая, легкомысленная девушка, познакомились с ней в какой-то таверне за игрой в карты. Несмотря на внешнюю хрупкость и беззащитность, она могла постоять за себя. Но я не представлял себе человека, у которого бы поднялась рука на это прекрасное, голубоглазое создание. Это ж каким надо быть мерзавцем!
– Шулерство до добра не доводит, - сказал Лафик, - Но я думаю, карты были лишь поводом. Этот новый орден - они ненавидят магов и не скрывают этого.
Я был потрясен. Люси нет, а больше никого из магов я не знаю. И значит, на их помощь мне придется не рассчитывать - никто не станет слушать некроманта.
– Рыцари и маги убивают друг друга? Это в Катароне теперь считается нормальным?
– Нет. Но, мне кажется, к этому идет. Рыцари набирают силу, даже император опасается ссориться с ними.