Чтение онлайн

Хочется напиться, но виски дорогой, можно не ждать, что в голову быстро ударит. Но, может, хоть расслабит немного. Какой-то противный на вкус.

Презики эти дебильные. Может, они просто из сумки выпали, пока я Даню в комнату тащил?

Ничего не выпало, а они выпали.

Сука!

Усмехаюсь своим мыслям. Толи крыша едет, толи уже уехала. Меня швыряет от злости до самобичевания и обратно.

Курю одну за одной, глядя на темнеющее небо. Не знаю, сколько времени прошло. Ноги затекают и я сажусь на корточки, а потом и вовсе жопой на пол.

Не

хочу обратно. Вообще настроения развлекаться нет. Странно, что ментов никто не вызвал. Бабка что ли на дачу уехала?

Мысли путаются. Когда начинают кусать комары, дохлебываю остатки вискаря и с чистой совестью собираюсь отнести бутылку на кухню, в мусорку. У нас же дома мусорить теперь нельзя!

Усмехаюсь, пытаюсь встать и чувствую, что я в говно. В голове вроде даже более-менее ясно, а тело отказывается слушаться.

Кое-как встаю, с трудом вываливаюсь с балкона, шумно распахивая дверь.

Иду на кухню, качаясь из стороны в сторону. В зале никого нет.

Вот это да!

Иду дальше, на кухню. Сколько времени то прошло? Где все?

Захожу и, усмехаясь, облокачиваюсь о стену.

Все сидят за столом. Что-то едят. Видимо, ту штуку, что обещала Даня. А меня, похоже, звать никто не планировал.

– Ты где был?
– Влад с идиотским весельем смотрит на меня.
– Ты когда успел насинячиться? Ты что, бутылку чачи в одно лицо выпил?

– Чачи?
– усмехаюсь, удивлённо глядя на тару от вискаря.

– Ага. Художник привез с отдыха.

– Я думал, это виски.

– Во ты даешь!
– ржёт Влад.
– Семьдесят градусов!

– Есть садись, - Даня встаёт со стула, уступая мне место, кладет на тарелку кусок пирога. А на лице такая мина, будто я ее оскорбил до глубины души.

– Не хочу, - упрямо огрызаюсь, а улыбка сама растягивается.

– Петров. Закрой рот и ешь кулебяку, пока я добрая.

– Не хочу, - икаю.
– Я не хочу есть какую-то бяку.

– Петров, - шипит Даня, подходя ближе, - тогда вали спать.

Смотрю серьезно в огромные голубые глаза, беру с крючка полотенце и кладу ей на голову.

– Ты охренел?!
– взвизгивает Даня, срывая его и хлопая меня в ответ по башке.

– Странно, - хихикаю, вяло уворачиваясь.
– С попугаями срабатывало.

– Спать пошли!

Иду по коридору обратно в комнату, то и дело притормаживаю. Даня подталкивает меня в спину, шипя что-то себе под нос.

Доходим до кровати. Даня толкает меня, чтобы я упал, но я уворачиваюсь. Обхватив вредину за талию, падаю вместе с ней.

– Пусти, - рычит грозно мне в ухо, безрезультатно пытаясь вырваться из моего захвата.

– Полежи со мной.
– прошу виновато, утыкаясь ей носом в плечо.

– Сказку не рассказать?
– фыркает она зло, но брыкается чуть тише.

– Расскажи. Мне никто никогда не рассказывал сказок.

– Не прибедняйся, - цокает языком.
– Ладно, я только одну знаю. Про синего принца и пачку презервативов. Будешь слушать?

Психуя, отстраняюсь немного, глядя в ее лицо. Пытаюсь сфокусироваться. Даня хмурит

брови, губы надуты. Обижена.

Отпускаю ее талию, провожу ладонью по щеке, задевая пальцем пухлую нижнюю губу.

– А там принцесса-дракон будет?
– шепчу игриво и тянусь к ее губам.

– Будет, - усмехается Даня, морщась и отстраняясь.
– И она терпеть не может запах перегара от самогонки. Так ты будешь слушать или я пойду?

Вздыхаю, покорно отодвигаясь и поудобнее устраиваясь на подушке.

– Буду.

Просыпаюсь от назойливого звонка в дверь, оглядываюсь по сторонам.

Петров спит рядом, уткнувшись лицом в подушку.

Вырубился вчера моментально, ещё до того, как я успела хоть что-то начать рассказывать. И я, пока ждала, чтобы покрепче заснул, тоже, видимо, отключилась.

Сползаю с кровати, гляжу на часы. Время всего семь утра. Кого принесло в такую рань?

По пути отмечаю, что гости разошлись и даже прибрали за собой в зале.

Открываю дверь и вздрагиваю.

На пороге стоит огромный бородатый мужик. Не сразу замечаю на его руках совсем крохотного ребенка.

– Так, - растерянно смотрит на меня мужчина.
– Где Макс?

– Спит, - отступаю на пару шагов, потому что гость без спросу шагает внутрь.

– Отлично. Тогда на, передай ему.
– мужик пихает мне в руки ребенка, завозит коляску, разворачивается и уходит.

– Это что?
– охренев от неожиданности, бросаю ему вслед.

– Это его дочь, - слышу смешок из-за закрывающейся двери.

Смотрю на спящую крохотную девочку в стильном черном костюмчике. Она тихо сопит, то и дело причмокивая соской. Руки начинают трястись.

Дочь? У Петрова есть ребенок? А это что за мужик? Папа? Тесть? Господи, стыдно-то как! А что, если его родители воспитывают его ребенка, пока он тусит? И где жена, в таком случае?

Голова начинает трещать от самых разных версий.

Понимаю, что Максу в таком состоянии доверять ребенка нельзя, поэтому ставлю чайник и несу внезапное пополнение в зал.

Осторожно кладу на диван, сажусь рядом на пол и молча разглядываю девочку.

Сколько ей? Месяцев шесть от силы? Смешная. Маленькая такая. Щекастая.

Я малышей так близко, считай, и не видела. В нашей семье я самая младшая, родню вижу очень редко, у подруг детей пока ещё нет.

Сама не замечаю, как проваливаюсь в дрёму, положив голову на диван.

Когда просыпаюсь, ребенка рядом нет. И, хотя я понимаю, что уйти малышка самостоятельно никуда не могла, а, значит, это Петров забрал ее, все равно испытываю беспокойство.

Походив по квартире, нахожу Макса все так же спящим в моей кровати, но уже с девочкой.

Они лежат лицом друг к другу. Макс подоткнул ей подушку под спину и обнимает так аккуратно, будто не тяжеленная рука нависает над ребенком, а облако.