Чтение онлайн

Горничная ничего не ответила. Казалось, что сейчас она понемногу начала понимать ход мыслей создателей.

«На самом деле, с точки зрения отдачи приказа, Господин Сэдэо совершил ошибку. Из-за плохой формулировки он стал слишком расплывчатым. Если бы не Инсомния, то я бы продолжила бездумно убивать людей.»

Несмотря на то, что Тенерис считала создателей идолами, она не была настолько наивной, чтобы считать, что те не ошибаются. Однако сейчас она прокручивала эти мысли в голове без всякого осуждения.

«Но Господин бы наверняка подумал, прежде чем отдавать такой приказ… Может, он это специально?»

Если бы к этому выводу

пришел кто-то другой, то он мог бы решить, что раз Сэдэо использует жизни других людей для обучения своих подчиненных, то это крайне жестокий человек. Но у Тенерис было другое мнение.

— Если хозяева решили донести до нас, что не всех людей нужно убивать, то убить несколько людей для понимания этого будет крайне жалкой ценой.

Продолжая сражаться, Тенерис произнесла эти слова в пустоту и посмотрела в сторону Сэдэо. Сейчас он уворачивался от летящих в него заклинаний и отстреливался от наступающих врагов. При этом те, кто пробегал мимо, даже не удостаивались его внимания. Затем горничная кинула свой взор на крышу, где с винтовкой в руках лежала Хитори. Прикрывая своего брата и генералов, она стреляла в тела крестоносцев и магов, как только они готовились нанести удар. И, как и Сэдэо, она полностью игнорировала тех, кто не угрожал жизни ее товарищей.

Волосы Тенерис развивались на ветру. В этот момент она еще раз подчеркнула для себя, что для того, чтобы стать похожей на создателей, нужно приложить гораздо больше усилий, чем она думала.

«Не знаю, пойму ли я вас когда-нибудь… но я постараюсь.»

* * *

Пять всадников приближались к Слеиму, оставив за своей спиной огромное полчище крестоносцев. В руках у ведущего был примитивный белый флаг, сделанный из какой-то рваной футболки, прибитой к небольшой коряге.

Отвергнутые, наблюдавшие за этим, в непонимании приоткрыли рты. Лишь Индицибус решил озвучить то, о чем все из них сейчас думали.

— Теократия выслала парламентеров?.. Сами привели армию, и теперь хотят вести переговоры?

Недовольного генерала поддержали все, кто стоял на городской стене. Даже военнообязанные люди не стали возражать.

В BaMO были немного иные традиции, нежели в этом мире или в мире Сэдэо и Хитори. Если здесь отправка парламентеров со стороны нападавших считалась обычным делом, а в мире создателей проходила периодически, то в BaMO это считалось невероятным бесчестием, сопоставимым с насмехательством над противником.

Естественно, что каждый из Отвергнутых воспринял бы это как личное оскорбление, и эта ситуация не стала исключением. Но как бы им не хотелось всадить пули в головы всадников и запустить в армию Теократии огромный огненный шар, им все же придется попридержать свой пыл до начала сражения.

Сейчас перед ними стоял вопрос, кого нужно отправить на переговоры. Ибо хоть они и оскорбились, но не выйти на встречу к врагу было бы просто унизительным, что ударило бы по и так слабой морали солдат еще сильнее.

— Ладно, я пойду. Подготовьтесь к началу атаки, — сказал Индицибус и пошел в сторону лестницы.

— Господин Индицибус, при всем уважении, но вам нельзя идти туда.

Акира схватил крестоносца за руку, после чего тот остановился и повернулся к командору лицом.

— Почему?

— Ты важная составляющая операции. Тебе опасно покидать город без необходимости, — вместо Акиры ответил красный рыцарь, что добавило убедительности

словам командора.

Кстати, кроме генералов и создателей, только этот рыцарь и ему подобные обращались к Индицибусу на «ты». Они были его личным отрядом, в котором практически сразу установилось неформальное общение. Хотя сам Индицибус редко появлялся вместе с ними, так как его основная деятельность проходила на основной базе, в то время как его подчиненные были расставлены по южным территориям, но их отношениям это никак не помешало.

Сейчас же перед крестоносцем стоял один из его самых преданных бойцов, интендант Слеима Ульрих, чье мнение он сильно уважал. Так что не прислушаться к нему он просто не мог.

Никому из присутствующих такая фамильярность не показалась чем-то неуместным, но Зак Труториан, который совсем недавно стал частью Отвергнутых, впал в небольшой ступор вместе со своими людьми.

Отпустив руку генерала, Акира и Ульрих отошли к остальным.

Осмотрев собравшихся, Индицибус в раздумьях приложил пальцы к подбородку. Однако его решение было довольно быстро озвучено.

— Хорошо. Раз так, пусть ведением переговоров занимается один из личей.

Неожиданный ответ заставил услышавших перевести взгляд на Индицибуса. Обычно ударные вели себя крайне дисциплинированно, но сейчас в строю начали перешептываться.

Акире это не понравилось, но когда он собрался сделать бойцам замечание, возле него прошло существо в мантии, что заставило его забыть про поведение солдат. Тем более, что когда остальные увидели это существо, то разговоры тут же прекратились.

— Мы выполним ваш приказ, — Лич демонстративно поклонился, но было очевидно, что в этом жесте нет ни капли уважения к Индицибусу. — Если нужно только припугнуть этих людишек, то проблем не возникнет. Однако Мы не станем возражать, если вы прикажете уничтожить их.

— Это лишнее, — но генерал не был бы собой, если бы отреагировал на подобного рода насмешку, когда парламентеры уже разозлили его гораздо сильнее. — Надеюсь, ваш ответ передаст позицию Отвергнутых в отношении Теократии и ее вторжения.

— Разумеется. И Мы уже знаем, что именно им сказать.

Подняв свой гладкий череп, лич тихо засмеялся, а огонь в его глазницах разгорелся еще сильнее.

Не только у людей, но и у ударных от этого вида сперло дыхание. Хотя последние также были нежитью, но они не могли не заметить ту ярость ко всему живому, которая появилась во взгляде лича. Подобное было чуждо абсолютно всем. Можно даже сказать, что именно личи отличались от обычной нежити, а не ударные.

Обычные люди не будут ошибаться, если посчитают, что вся нежить ненавидит живых. Это заложено в самой основе безмозглых созданий, которые смогли восстать из мертвых.

Но что если дать им разум? Вернуть свободу распоряжаться собственной жизнью? Останутся ли они такими же жестокими убийцами, или смогут более здраво смотреть на тех, кто еще не прошел через смерть? Наверное, даже если бы речь шла не об Отвергнутых, то нежить этого мира тоже могла бы переосмыслить свое существование. Но вот чье отношение останется неизменным, так это у тех, кто сохранил свою личность даже после смерти. И, как оказалось, это правило применимо не только к Сэдэо и Хитори.

Смотря за тем, как лич удаляется от остальной группы, Зак Труториан решился задать Индицибусу вопрос.