Чтение онлайн

Но не попытаться я не мог. Так и ходил от надгробия к надгробию, читая незнакомые имена, годы жизни и смерти, последние слова близких. Время от времени я бросал взгляд на черные ворота, всегда зная, где выход из царства Аида.

Опрятные и заброшенные, большие и поменьше, дорогие и совсем простенькие плиты… Но все были не те. Не знаю, сколько прошло времени. Наверное, немало.

В животе заурчало от голода. В тишине погоста – словно медведь в берлоге заворочался. Я почувствовал, как запылали уши. Мне было стыдно перед мертвецами!

– Как же мне тебя найти! – с досады крикнул я.

Мой голос растворился в тишине. Распался на атомы и исчез.

А вместо эха я услышал карканье.

Метрах в десяти от меня сидела большая черная птица. Ворон наклонил голову и уставился на меня блестящим глазом. Это уже было чересчур.

– Вы меня преследуете? – страх уступил место злости.

Я прямо шкурой почувствовал, что еще немного – и вся эта готическая эстетика мутирует в истинно лавкрафтовский ужас или ромеровской [12] рукой ухватит прямо из-под земли за ногу.

– А может, ты мне путь указываешь? – я сжал кулаки и сделал шаг к птице.

Ворон перепрыгнул на другую плиту, пару раз чиркнул клювом по камню. Но стоило мне подойти ближе, вновь перелетел. Я следовал за птицей, пока в какой-то момент она просто не взлетела вверх и не скрылась из вида. А я остался стоять посреди могил, окончательно потеряв ориентир.

– Окей, – капитулировал Бравый Макс. – Это поражение.

– Нет, чудак, – ответил Макс Всезнайка, – Это ведь не плановая застройка. В этом «городе» все жильцы лежат в одну сторону.

И я пошел. Просто шел прямо, и когда увидел черные ворота, то нисколько не удивился. Я вышел на тропинку и пошагал через парк. Графа и его человека я в тот день больше не встретил. Зато встретил Марго, которая была столь любезна, что подвезла до дома, а по пути угостила обедом шахтера.

– Угощайся, – Марго откинула салфетку, и на меня пахнул аромат пирожков. – Обед шахтера [13] .

– Знаете, – уплетая божественной вкусноты угощение, сказал я, – я хотел стать фотографом, но с такими аргументами я пересмотрю свои планы.

– Даже не знаю, что тебе сказать, Макс. Шахтерские пирожки можно есть и без работы в шахте.

– Тут я совершенно с вами согласен!

Я раздумывал, уместно ли взять еще один, но Марго сама предложила добавку.

– А вы знали моего деда? – без особой надежды спросил я.

– Сомневаюсь, что его кто-то знал, – засмеялась женщина. – Я всего лишь работала на твоего деда, как и моя мать до того. Кстати, мой контракт бессрочный. Так что, если вы покинете дом, я вновь буду за ним присматривать.

– До конца жизни?

– Выходит, что так.

– То есть вы ни разу не видели моего деда, – на всякий случай уточнил я.

– Я видела чеки от него, и этого вполне достаточно.

– Чеки, – протянул я, вспоминая фильмы про сыщиков. – А они вам почтой приходят?

Марго кивнула:

– Хочешь, чтобы я сказала тебе адрес отправителя?

– Вы чертовски умны для женщины с такими прекрасными кулинарными данными!

Марго рассмеялась.

– Хорошо, я гляну.

Но думаю, адрес тот же, что и у нотариуса в вашем завещании.

– Хм.

Я почесал макушку. Лезвие Оккама [14] перерезало пуповину только зарождающейся истинно шерлоковской истории. Но еще один кусочек, как влитой, встал в душевную прореху. Сытость и блаженство совершили переворот, полностью подчинив разум.

Я абсолютно уверен, что людей, которые держат при себе свежую выпечку, следует причислять к волшебникам. Ведь нет большего счастья, чем спрятать в родное брюхо ароматный сочный пирожок, а лучше – два или три.

Веки отяжелели, висок уперся в прохладу стекла. Сладкая полудрема сплетала узоры, за окном мелькали дома совершенно чужих и не знакомых мне жителей города, который я только начинал узнавать. И где-то в кронах деревьев играл ветер, иногда так похожий на шепот.

Что ж, я не нашел ничего. Ни среди живых, ни среди мертвых.

Было немного обидно, что у городка нет темной истории, а наш дом не отметился ничем, кроме короткой строчки в адресной книге. Но, может быть, тайна была столь ужасна, что все следы о ней были стерты? Эта мысль внушала надежду.

Игрушечный городок посреди островка природы. Три часа от автостанции, и ты среди загазованных мостовых и людских потоков мегаполиса. Три часа обратно, и словно попал на два века назад. Да, местные байки тянут на страшилки, и даже способны нехило пощекотать нервы, но в них не верят даже те, кто их рассказывает. Ну вот, неужели старик на полном серьезе считает, что птица может утянуть душу, а деревья плести сеть интриг и быть посредником с бездной?

За все время я не встретил никого моего возраста. Я дружил со стариками и собаками, хотя, если вспомнить очуменные пироги тетушки Марго, в этом были определенные плюсы.

Если мы тут останемся, Кэр, может, разрешит завести собаку. Эта мысль растянулась улыбкой. Хорошая мысль.

Я вышел у дома Марго и уже оттуда увидел ЭТО. Яркое пятно на колесах – затаившийся аквамариновый «Мини Купер». Это могло означать лишь одно: у нас в гостях Ви-ликолепная Вивиен.

Тетушка Ви появилась в жизни мамы еще до того, как я перешел из слюнявого младенца в стадию разумного существа. Поэтому сколько я себя помню, я помню и ее. Она была всегда. У меня не было бабушек, дедушек, но была тетя Ви. Они были с Кэр словно сестры, хотя и не состояли в родстве.

Ее приезды были стремительны, хаотичны и краткосрочны. Создавалось впечатление, что она врывается на своем «Мини Купере» в гостиную и активирует функцию веселья.

Ви – ровесница мамы, что по меркам подростка – старуха, но выглядит она потрясно. Как красотки из глянцевых журналов. На ней неизменно столько украшений и стразов, что для меня всегда оставалось загадкой, как ее не утащили сороки. Ведь вес и рост (она была немногим выше меня, а я еще даже до четырех с половиной футов не добрался) позволяли.