Монстры хитрее всех!
Шрифт:
– Вау! Да вы еще более придурочные и антисоциальные, чем мне помнилось! – заметила Венера и прошла мимо этого белокожего дуэта, а Робекка с Рошелью последовали за ней.
– Прочь с дороги, мы бузим, мы вам точно говорим! – пропели тыквенные головы Сэм, Мартин и Джеймс. Они пропрыгали по коридору общежития, волоча за собой на поводках своих ручных лягушек-быков.
– Может, тыквенные головы думают, что они живут в мюзикле? Тогда стало бы ясно, почему они постоянно поют, – принялась размышлять вслух Робекка.
– Не, я думаю, им просто нравится доводить окружающих, – отозвалась Венера. Тут Рошель всплеснула руками и помчалась
– Буу-жур! [9] Скелита! Цзинифайр! – радостно вскричала Рошель, обнимая новеньких учениц Школы монстров.
Скелита, наряженная как на День Мертвых, отличалась собственным стилем, оригинальной смесью традиционного мехсиканского и готического стилей. Ее длинные черно-оранжевые волосы превосходно сочетались с ярким макияжем и потрясающе короткой юбкой. Не менее стильно выглядела и Цзинифайр с ее золотистой кожей и длинным хвостом; ее волосы, в которых ярко-зеленые пряди сочетались с угольно-черными, были уложены в сложную прическу и украшены цветами.
9
Искаженное «бонжур» – «добрый день» (фр.).
– Это мои подруги, Робекка и Венера. А это тоже мои подруги, Скелита и Цзинифайр, – радостно представила друг дружке две пары девушек Рошель.
– Добро пожаловать в Школу монстров, – поприветствовала новеньких Венера, а Робекка добавила:
– Вам тут обязательно понравится! Тут здорово – просто зашибись! Ну, большую часть времени…
– И на всякий случай хочу уточнить: нет, никто здесь на самом деле не расшибается, – серьезно объяснила Скелите и Цзинифайр Рошель. Те улыбнулись в ответ.
– Hola, chicas! ?Que tal? [10] – поздоровалась Скелита.
– Ни хао [11] , – произнесла Цзинифайр, чуть склонив голову. – Я очень рада, что попала сюда. Ученики школы выглядят очень приятными.
– Si, si! [12] Трехголовый Фредди, Генри Горбун, Вуди-бой, тыквенные головы – они estupendos [13] , – с воодушевлением затараторила Скелита.
– На самом деле, я немного беспокоюсь о Вуди-бое. Он просто одержим некой девушкой по имени Фрэнки Штейн, – призналась Цзинифайр, а затем добавила: – Я не думаю, что это жанканг, или, как говорите вы, полезно для здоровья – любить того, кто не любит тебя.
10
Привет, девчонки! Как дела? (исп.).
11
Здравствуйте (кит.).
12
Да, да! (исп.).
13
Потрясающие (исп.).
Всем было известно, что эта кукла вуду ростом с человека, с глазами-пуговицами, кожей, сшитой из лоскутов, и с торчащими из тела иголками не могла не любить Фрэнки. В конце концов, ведь именно Фрэнки его создала.
– Любовь без взаимности – пустая трата времени, – согласилась с Цзинифайр Венера.
– Ох, время! Вот уж точно ужасное слово, – заявила Робекка. Ее взгляд зашарил по полу. – Лед мне в зажигалку! Я что, успела опять потерять Пенни?!
– Ты ее не потеряла, – вклинился в разговор чей-то мягкий голос. – Ты просто забыла ее в «Шестеренке».
Рядом с Робеккой стоял необычайно милый одноглазый юноша по имени Ки Клопс, и в руке он держал Пенни.
– Ой, Ки, спасибо! Ты, как всегда, спас меня, – радостно выпалила Робекка, и ее теплая медная рука легла на плечо юноши. Но затем она вдруг отдернула руку. – Погоди, а что ты делал в «Шестеренке»? Ты же не механический! Или, во всяком случае, в прошлом семестре был не механическим. Ой, мамочки! С тобой что-то случилось? Несчастный случай? Нет, конечно, обзавестись механической частью – это не конец всета…
– Нет-нет, со мной ничего не случилось. Я зашел
в «Шестеренку», потому что искал тебя, – негромко перебил ее Ки. – Но теперь мне пора идти.И, сказав это, юноша умчался.
– Mi abuela [14] всегда говорила, что робкие – самые лучшие, – игриво произнесла Скелита.
Робекка застенчиво улыбнулась, а молодая мехсиканка подтолкнула Цзинифайр локтем и указала на наручные часы.
– Я ужасно извиняюсь, но нам со Скелитой нужно идти. У нас назначена встреча с мисс Сью Нами по поводу наших шкафчиков. Я была очень рада узнать, что они розовые, – произнесла Цзинифайр, вежливо поклонившись. – Сай тьен [15] . Пока-пока.
14
Моя бабушка (исп.).
15
До свидания (кит.).
– Адьос! [16] – добавила Скелита.
Через считаные секунды после ухода новых учениц внимание Робекки, Рошели и Венеры привлекло великолепное зрелище. Да, мисс Подлётыш – в пурпурном брючном костюме, на высоченных каблуках, в жемчужном ожерелье, с превосходно уложенными кроваво-красными волосами – трудно было не заметить.
– Привет, ученицы. Или, может, лучше называть вас соседками? – негромко прошипела мисс Подлётыш.
– Пардонe муа [17] , мадам Подлётыш, что вы сказали? – переспросила изящную драконицу Рошель.
16
До свидания (исп.).
17
Прошу прощения (фр.).
– После событий прошлого семестра я подумала, что мне разумнее будет оставаться в кампусе. И судьба распорядилась так, что мне дали комнату как раз рядом с вами, девочки.
Глава
ЧЕТВЕРТАЯ
Собрание, посвященное началу семестра – на нем присутствовали директриса Бладгуд, мисс Сью Нами и прочие сотрудники школы – было одновременно совершенно обычным и в то же время очень необычным. Оно оказалось всеобъемлюще и почти до скуки типичным в том, что касалось учебных курсов, общественных мероприятий и тому подобного. Однако же странного в нем не было ничего, если не считать того факта, что за все собрание никто ни разу не заговорил о происшествии с шептанием. Этот эпизод словно бы вычеркнули из истории Школы монстров.
Мисс Сью Нами бесцеремонно объявила собрание закрытым, и главный коридор заполнили девушки и юноши. Все взволнованно вглядывались в экраны своих гробофонов, изучая расписание занятий.
– Должна признаться, я одобряю отказ директрисы Бладгуд от бумажного расписания. Зачем убивать деревья, когда можно просто отправить электронное письмо? – мимоходом обронила Венера, глядя на экран своего ярко-розового гробофона.
– Да, только я сомневаюсь, что директриса Бладгуд так поступает из соображений защиты окружающей среды. Скорее ее пугает идея разгребать множество бумаг, особенно если учесть ее синдром помраченного сознания, – высказала предположение Рошель.
– Можно мне гробофоны? Пожалуйста! – попросила Робекка и цапнула девайсы у подруг.
– Я никак поверить не могу, что до того, как тебя разобрали, ты пользовалась для переписки пишущей машинкой и посыльной летучей мышью, – заметила Венера, покачав головой.
– На самом деле, Венера, у летучих мышей есть такая способность – эхолокация, которая позволяет им при помощи звуковых волн определять местонахождение существа или предмета. Она делает их искусными навигаторами, – разъяснила Рошель. Венера приподняла брови.