Монета встанет на ребро
Шрифт:
– Госпожа ведьма, а разве это не неприлично - так задирать юбку?
– тут же по-детски наивно и бестактно влез Рекх.
– Я думал, что женщины не должны так делать!
Туор, смерив Рекха укоризненным взглядом, тихонько засмеялся в бороду, а я отчаянно зарычала, торопливо одергивая злосчастное платье и закутываясь поплотнее в плащ. Велир ревниво щелкнул клювом над ухом у мальчишки. Критиковать величественным презрением мое поведение было его птичье привилегией.
Этот "милый" ребенок за неделю так надоел мне, что порой и последнее, без того невеликое, человеколюбие приказывало долго жить, и только оперативное вмешательство Фреля, коротким окриком отправлявшего мальчугана в камбуз
– Госпожа ведьма (уж в чем-чем, а в отсутствии вежливости его упрекнуть нельзя было ни разу), а как называется это заклинание?! А оно сложное?! А оно сильно ауру отнимает?! А так могут только ведьмы или и чародейки? А оно у вас любимое?
– и потом ещё штук десять подобных вопросов-возгласов. Лицо Фреля, как раз в тот момент ведшего философские рассуждения о прелести детской непосредственности, описанию не поддавалось!!!! Я же с нескрываемым хохотом сползла с кресла на пол и не могла успокоиться ещё с четверть часа после ухода посрамленного Рекха.
– Неприлично, - сквозь зубы подтвердила я, успокаивающе поглаживая перья ворона.
– Туор, давайте я заговорю лодку.
– Не надо!
– отмахнулся пират.
– Что уж я, не догребу, что ли?
– И хочется вам лишний раз трудиться?
Туор беззлобно хохотнул в бороду:
– Да чего уж там, госпожа ведьма! Уж не за тридевять морей собрались! А мне руки размять - самое оно. Вы садитесь спокойно, не тревожьтесь.
Я пожала плечами: мол, мое дело - предложить, и уселась на лавку рядом с мальчишкой. Тот сразу же подорвался, освобождая мне место, и чуть не опрокинул в порыве энтузиазма лодку - я в последний момент успела соскочить со скамьи, уравновесив второй бок успевшей-таки черпануть слева воды ладьи.
– Ой!
– испуганно, но запоздало воскликнул Рекх.
– Уй!
– язвительно передразнила я, раздраженная донельзя. И угораздило же его поехать с Туором!
– Приземлись уже куда-нибудь и не дергайся! Тоже мне, пират! Чуть лодку не завалил!
Мальчишка обиженно насупился и сел на скамью, я, от греха подальше, умостилась на другой. Туор ловко оттолкнулся от берега и, размеренно опуская в воду весла, погреб к виднеющемуся темным пятном кораблю.
Небо бархатным низким куполом дышало на медленно отдававшее накопленное за день тепло море. Цепи созвездий раскинулись так близко, что казалось - встань во весь рост, протяни руку, дерни на себя, словно кошку за хвост, - и звезды золотистой осенней листвой осыплются в доверчиво раскрытые ладони. Поверхность воды, мерно взрезаемая веслами, морщинилась расходящимися кругами да плавно откатывалась пологими хребтами, располосованная острым носом лодки.
До корабля мы доплыли быстро, даже и заметить-то не успели, а темная громада уже заслонила собой небо и море. Веревочная лестница с негромким плюхом упала к моим ногам.
– Лезь первым!
– я посторонилась, пропуская вперед Рекха.
– Нет, мужчина должен идти по лестнице позади на случай, если женщина начнет падать!
– запротестовал тот.
– Хорошенького же ты обо мне мнения!
– негромко проворчала я.
– Лезь давай, кому сказала! Если тебя так
Судя по разочарованно вытянувшемуся лицу мальчишки именно ради этого вида, а отнюдь не дурацких правил этикета он и хотел пропустить меня вперед. Ничего, будет знать, как ведьму к приличиям призывать!
– Ну вы там уже закончите препираться - или мне лестницу через полчасика скинуть?
– лениво-иронично раздалось сверху, и испуганный Рекх тут же загнанной белкой взлетел по лестнице:
– Есть, капитан!
– Сгинь, Рекх, - поморщился Фрель.
– Если из-за тебя вот та милая девушка ещё раз решит разнести мне всю каюту, то добром это для тебя не кончится, обещаю!
– Есть сгинуть!
– бодро откликнулся мальчишка, и по палубе глухо застучали, удаляясь, его голые пятки. Фрель перегнулся через борт, тщетно пытаясь высмотреть оставшихся внизу:
– Эй, Ваше Ведьмовство! Вы там что, теперь бережете неразвращенность Туора? Беречь нечего, могу лично вас заверить!
– Да лезу я, лезу!
– ворчливо отозвалась я, снова неприлично поддергивая подол и примериваясь к ступенькам. С учетом сапог на шпильках процесс подъема грозил затянуться надолго…
Женщина за рулем - как первокурсница с шэритом в руках.
Женщина за штурвалом - ничуть не лучше.
– Госпожа ведьма, левее!
– Ага! Йыр его возьми - не поворачивается!!!!
– Госпожа ведьма, должен! Сильнее!
– Да не поворачивается он!!!
– Давайте я помогу!
– Ты меня за идиотку держишь?!! Я сама!
Фрель, недовольно обернувшийся на наши злобные препирательства, изменился в лице и заорал что было мочи:
– Иньярра, врупт рааз квыров, СКАЛЫ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Одним резким, уверенно-привычным движением, совсем непохожим на мои вдохновенно-бестолковые рывки, он провернул штурвал, в последний момент выводя корабль из-под хищно оскалившихся влажными утесами скал… Выровнял судно, убедился, что оно снова бодро вскинуло нос, уверенно вспарывая водную гладь, и ме-е-едленно обернулся на нас с рулевым. Нехорошо так обернулся… И ещё более недобро спросил:
– Ну, и кто же догадался дать…этой… ей штурвал?
Рулевой, проспоривший мне четверть часа за штурвалом ещё неделю назад - мы все поджидали удачного момента, чтобы капитан не заметил - виновато потупился. Но Фреля столь искреннее, хотя и безмолвное проявление полного раскаяния не удовлетворило:
– Где были твои мозги?!! Да она же как будто в первый раз штурвал увидела!!!!
– Ну, в первый, - обиженно проворчала я, отметив, что ко мне лично взбешенный Фрель в принципе не обращается. Дурной знак.
– Ну и что?
– Ну и то, Иньярра, - разъяренно повернулся он ко мне, - что ты мне только что чуть корабль не разбила! Впрочем, это же сущие пустяки в масштабе мировой революции, не так ли?!!!
Меня даже передернуло от столь едко-злобного сарказма. Не ожидала я такого от пирата, честно признаться…
– Брось. Не разбила же. И вообще, неужели ты думаешь, что я бы позволила "Лирте" врезаться в скалы?
Пират, уже чуть поостынув, смерил меня презрительно-намешливым взглядом:
– И что бы ты, интересно, сделала?
Я притворилась очень задумавшейся:
– Ну… Например, можно было бы дематериализовать скалы… Или телепортировать корабль… Или…
– Стоп!
– удивленно перебил Фрель.
– А почему же ты ничего этого не сделала?
Я пожала плечами:
– Не успела: ты подскочил и начал вопить, как девица, ненароком заглянувшая в мужскую баню. Я-то его, - кивок в сторону рулевого, - попугать чуть-чуть хотела.
Фрель насмешливо сощурился, осторожно, с завораживающей угрозой в движениях приближаясь ко мне: