Монета Бога Теней
Шрифт:
Под треск костра разносились веселые выкрики Роланда, перешептывание Титуса с пивоваром и его женой. Спустя несколько минут из тьмы густой чащи показался пропавший куда-то Алистер, которого не было несколько часов. Он бодро перешагнул бревно и умостился на нем, начав тщательно разминать правое запястье — жжение было, как от ожога, что усиливало абсурдность произошедшего с ним.
— Ты в порядке? — Поинтересовался рыцарь.
— В полном. — Смутился его друг.
— У нас все темы для разговоров исчерпаны, а большая часть ночи еще впереди.
— Что с того?
— Роланд
— Легенду хочешь? — С ухмылкой поинтересовался Алистер. — Есть одна интересная история, она точно придется по вкусу нашему доблестному рыцарю, ведь она повествует об артефакте. — Поймав внимательный взгляд Титуса, рассказчик продолжил, но не отводил от него пристальный взгляд. — Давно это было, тогда еще, как поговаривают, боги жили среди людей. Был кузнец на севере, лучший в своем деле, и слухи о нем доходили до самих богов.
— Никогда не слышал. — Солгал рыцарь, но разведчик быстро понял это. А ведь реакция Титуса подтверждала: силуэт — не простой сон, "это" было на самом деле, что и настораживало Алистера, ведь если недавние события не были подсознательным озарением, то их придется считать самой настоящей реальностью.
— Бог Теней собственнолично навестил того кузнеца и потребовал выковать ему меч. Легенды гласят, что то был неимоверно острый клинок из черной стали. Первое оружие, выкованное из нее, и платой за его мастерство стали гроши, ведь кузнец не был требователен, да и цены тогда были куда мягче, нежели сейчас. Но боги не признают золото, и Владыка Тени заплатил кузнецу необычной черной монетой. — Алистер довольно пугающе взглянул на рыцаря. — Не ври, что не слышал такую историю.
— Даже если и так, то что?
— Ваш орден нашел именно ее в Темнолесье?
— Ну, возможно. — Нехотя признал Титус, все окружающие заинтересованно следили за диалогом, но ничего не понимали, казалось, что эти двое просто говорили о чем-то, понятном только им. — Ты не перестаешь меня удивлять, Алистер. Как ты узнал?
— Допустим, я догадался. — Соврал он. — Скажи мне одно, мой друг, ведь кое-что не укладывается у меня в голове. Ты герой, и с тобой все предельно ясно — спасти мир от угрозы — дело безумное, но благородное. Но вот что для меня загадка, зачем она Кроули? В чем особенность этой монеты, если она стоит того, чтоб предать свой орден?
— В ней скрыта сила, что стоит над всеми допустимыми законами жизни и смерти, нечто пугающе могущественное. В книгах об этом сказано очень мало, каждое ее описание спорное, а иногда даже абсурдное. Но в какую версию он верил точно, так это в ту, что была записана в "Хранителе снов".
— Хранитель снов? — Удивился Роланд. — Это ведь книга с детскими сказками.
— Многие такие сказки оказались просто переделанными историями. — Скупо процедил рыцарь, глядя, как воин с севера непонимающе хмурится. — Удивлен?
— Сказка о говорящем мече?
— Лежит в подвале ордена. — Резко ответил Титус, словно знал, что воин спросит именно об этом. — Он скорее не говорит, а поет, слов разобрать невозможно, но, мне кажется, это язык
древних. Понимаете, мой бывший соратник Кроули — человек довольно странный, ведь он давал присягу служить человечеству, однако, все равно не понимал, почему нельзя отдать артефакты простым обывателям. Он не хотел признавать, что эти вещи опасны…— Так что же было написано в сказке о монете?
— Воскрешение неживого, якобы возвращение в этот мир после смерти или наделение душой неодушевленного предмета, что-то вроде этого. — Седоволосый рыцарь посмотрел на удивленного Алистера, ему было одновременно приятно, что товарищ интересуется родом его деятельности, хоть это и было подозрительно. — Везерлех имеет одну достопримечательность — это статуя огромного рогатого существа, которая стоит посреди великого леса, по поверьям, она когда-то была живой и ходила. Якобы что-то прокляло эту тварь, превратив в белый мрамор.
— Неодушевленные существа? — Удивился разведчик.
— Знаю, полный бред. — Усевшись удобней, рыцарь подал пример всем остальным. — Просто таковыми считали слуг богов, их называли еще богоподобными, ведь они имели те же силы, ту же власть, чтобы делать за небожителей всю грязную работу. А почему, собственно говоря, их называли бездушными, так это от теории, что сперва глашатай умирал — и попадал к своему богу, а затем воскресал, наделенный даром.
— Куда же девалась эта ваша "душа"?
— Алистер, душа в рабстве у покровителя, а тело что-то вроде инструмента в руках божества. Кроули был уверен, что душа последователя тени находится именно в этой монете, ведь сам посуди, боги не могут взять душу живого человека к себе в мир, они забирают ее лишь у умерших. А вот провести такую аферу, вполне можно, каждый бог, по легенде, помещал частичку себя в какой-то артефакт.
— И вот такая монета, может спасти человека?
— Это не доказано, ведь такого никогда не случалось!? — Титус уже мог поклясться, что происходит что-то неладное
— С чего это вдруг столько интереса ко всему этому?
— Я не настолько туп, чтоб верить в сказки, если ты про это. — Пояснил Алистер, отодвинувшись от костра и с улыбкой осмотрев всех вокруг. — Я ведь тоже могу назваться богом, вылепить из навоза монетку, но мне никто ничего не продаст за нее. Какие бы свойства я ей не приписал.
— Я бы тебе заплатил. — Сказал Роланд. — Правда, заплачу тебе десять сребреников, если ты слепишь что-то из навоза. — С радушной улыбкой северянин смотрел на уроженца Темнолесья, в надежде хоть слегка его развеселись.
— Могу слепить твою копию из навоза, это будет несложно. Потом даже сотню монет отдам, если кто-то отличит. — Алистер все же улыбнулся, но улыбка получилась мимолетной — рука вновь заболела и это в очередной раз напомнило ему о приближающемся конце…
— В общем. — Продолжил тему Титус. — В той монете, по легендам, душа глашатая. Кроули уверен, что с ее помощью он сможет выкупить душу мраморного голема из заточения богов. Оживить статую и заставить ее служить его делу.
— Это должно не понравиться послушнику Бога Теней. — Заметил Алистер.