Чтение онлайн

Больше всего предпринимателей волновало полное отсутствие отчетности о распределении бюджета. Принятого плана общих действий тоже не наблюдалось, отчего у некоторых людей создавалось впечатление абсолютной анархии.

«Я намерен продать все билеты и приложить максимум усилий на раскрутку мероприятия, но мне важно иметь понятную систему принятия решений, действий, нужна отчетность! — писал один участник Министерства. — Начало было многообещающим — собрали хороший бюджет, но на этом все и остановилось».

Геннадий

Ему так же безапелляционно отвечали, что сногсшибательных идей в разрозненной толпе, где каждый бредет в свою сторону, ожидать нелепо. «Это не бизнес-группа, а разрозненные инвесторы. Самоорганизации не получится. Хан должен вести орду!» Пытались внушить, что эффективность решений резко повысится, если людям будут предельно ясны их задачи и ход общих дел.

Предпринимательский Чингисхан оставался непреклонным:

«Вы не готовы к войне ! Это не учения, а фронт. Бюджет есть, где ваши предложения ?»

Ему вновь возражали: «На фронте действуют организованной армией, а не племенем, которому кто-то сказал бежать (это в случае, если цель — победа в войне). Если спросить у нашей «орды», что мы делаем и для чего, мало кто найдет что ответить, а уж тем более — куда бежать лично ему».

«Бюрократы!» — писал Балашов, а те отвечали, что они всего лишь выступают за разумную эволюцию от броуновского движения к направленному, осмысленному. На что Балашов заявлял, что физика денег подчиняется только личной воле и ответственности.

Находились и те, кто защищал своего хана:

« Вместо того, чтобы смотреть, сл ушать и учиться, вы просите разжевывать все до мелочей, а ведь вам н икто не обещал, что будет кормить с ложечки! Тем более, что никто не знает, что из этого получится. Вы отнимаете время свои м нежеланием думать и действовать самостоятел ьно».

Среди сторонников подхода Геннадия Викторовича к организации своей «орды» предложения звучали разные, в том числе и восторженные: «Представьте, если каждый из нас передаст информацию о форумах хотя бы трем людям, а те в свою очередь еще трем и так далее. Весь Киев узнает о Министерстве и скупит билеты! И что немаловажно — сарафанное радио не требует оплаты. За нами будущее!» Более приземленные комментарии, например, касательно раздачи рекламных листовок в налоговой администрации, видеороликов в метро, натыкались на критику или встречное предложение от организаторов реализовать свои идеи самостоятельно,

Сам предводитель украинского предпринимательства делился идеями нечасто, но делал это весьма метко — в эти редкие моменты орда сплачивалась в единодушном порыве. Так, например, полным согласием было принято предложение Балашова купить на деньги Министерства микроавтобус. Идея заключалась в том, что реклама на фасаде «Украинского дома» стоила почти так же, как «оттюнгованный» под заказ автомобиль. А потенциального эффекта давала меньше, ведь баннер не мог колесить по городу и транслировать зазывные треки с голосом самого Геннадия Викторовича… Выбор сделали в пользу машины, отказавшись также от дорогостоящей рекламы на телевидении, поскольку хан сказал, что современный мир требует оригинальных решений, а что может быть банальнее ТВ-роликов. В остальное же время, следуя заповеди «нравится всем только доллар», Балашов не реагировал на технические вопросы, предпочитая подбадривать публику: «Мы можем создать свою страну, параллельную государству, купив себе территорию в центре страны!»

Как это часто бывает в бесструктурных организациях, основанных на общей выгоде и честном слове, приблизительно через две недели общения неожиданно со всей ясностью возник вопрос, зачем инвесторам вообще проводить предпринимательские форумы. Хан сказал свое веское слово: «Цель форумов — заработать денег. А у нас все думают, как потратить и проконтролировать. Это — проблема не только нашей орды, но и всей Украины».

С каждым аутентичным комментарием Геннадия Викторовича в духе дзен-буддизма споры постепенно утихали. Да и аргументы предельно проясняли ситуацию. «Мы не банк. Если не будет предложений, идей, креатива, деньги пропадут, — продолжал онлайн-вещание Балашов. — Страна, просыпайся. Пора зарабатывать!»

Геннадий Викторович объяснял свою стратегию общения с инвесторами Министерства так:

— Теория разумного эгоизма проповедует рациональный подход к человеческим, профессиональным и государственным связям. Отношения строятся с обоюдной выгодой, и единственным критерием оценки людей, предметов, явлений и событий является их полезность. Так уж устроены люди: своя головная боль важнее чужого свидетельства о смерти. И отличаемся мы только тем, что кто-то открыто признает, что преследует свою выгоду, а кто-то пытается спрятаться за моральными принципами, списывая свои неудачи на порочность общества, государства, чего-либо другого. Чем больше людей в Украине скажут: «Я — разумный эгоист», тем быстрее мы заживем по-человечески, без вранья и лицемерия.

— Ага, а еще «цель оправдывает любые средства». Знаем мы эту философию. По-моему, аналогии с запрещенной книгой Гитлера неслучайно приходят вам в голову, Геннадий Викторович…

— Ты не права, Полина. Давай представим себе государство, основанное на принципах разумного эгоизма. В приоритете — интересы потребителей вместо интересов производителей, доходы и предпринимательская свобода, а не рабочие места с мизерной зарплатой.

Нужно было срочно останавливать шефа, иначе я рисковала услышать очередную лекцию про красивую Украину без налогов.

— Со страной ясно, вы вот что скажите. Зачем Министерству нужны добровольные инвестиции, мне понятно, а вот зачем оно предпринимателям, вложившим деньги?

— Кроме заработка для них это еще и блестящая перспектива вклиниться во власть, вырваться из электората, ведь это вполне реально.

— Геннадий Викторович, вы удивительно мыслите! По какой схеме это может осуществиться?

— При условии массовой поддержки нашего предпринимательского движения. Вдумайся, для того чтобы собрать 73 500 долларов пожертвований, мне потребовалось всего около двух недель. А если я продолжу сбор средств, кто знает, на что хватит итоговой суммы. В конце концов власть сама может прийти к нам с выгодным предложением, если количество последователей Министерства достигнет десятков тысяч.