Миры Тани Гроттер (сборник)
Шрифт:
– Знаешь, когда ты делаешь губки бантиком, а бровки домиком, ты становишься похожа на МАЛЕНЬКОГО…
– ГНОМИКА? В таком случае ты похож на БОЛЬШОГО ГОМИКА!!!
Она отвернулась от него, но тут же повернулась обратно:
– Значит, это ты заведуешь проведением этого ужаса? – сказала она.
– Не такой уж это и ужас, – Глеб усиленно изучал свои ногти.
– Ну да!!! Вам, некромагам, все, что связано с кровью и насилием, доставляет удовольствие!!! – прошипела она.
– Не надо так нервничать. – Глобус спокойно смотрел на арену. – Я всего лишь хотел доказать беспомощность твоего Ваньки. И как видишь, успешно.
Таня
– Он недостоин тебя! – воскликнул Глеб.
– Можно подумать, ты достоин! – озверела Танька и чуть не выцарапала ему глаза. – Сначала называешь меня своей невестой, а потом еще в чем-то обвиняешь Ваньку, который не может справиться с бугаем в доспехах и с серпом, хотя Ваня вооружен только дурацким молотом!
– Семейная сцена? – услышала она голос губернатора.
Амфитеатр притих. Все с замиранием сердца смотрели на гладиаторов. Естественно, Ванониус.
– Таня, быстрее! – шептал ей на ухо Бейбарсов, а она не могла оторвать взгляд от острого лезвия, приставленного к шее Валялкина.
Внутренний голос заговорил с чувством, с толком, с расстановкой: «Это нереально, это Матрица. Ваньку не убьют, потому что он агент Смит, а уничтожить его может только Глеб, потому что он Нео!»
Глеб решил не сидеть сложа руки. Если Ваньку убьют, а он ничего не сделает, то Гроттер его никогда не простит. Он легким движением руки отвел лезвие в сторону от маечника.
Одарив Глеба благодарным взглядом, Таня рванулась с места и через секунду была перед губернатором.
– Привет, красавчик!
– А-о-а-о-а!!! – страшным голосом закричал Линолеум и попытался убрать с экрана Тициану. Девушка рванулась к медальону. Он почти оказался в ее руках… еще сантиметр и… водоворот и новая реальность. «Внутренний голос был прав: все мы загружены в Матрицу. Значит, я Тринити».
Глава 6
Третье испытание
– Труна, Труна! – кто-то аккуратно тряс ее за плечи. – Очнись!
Слова долетали до Тани, как из тумана. Голова была будто набита ватой и поэтому туго соображала. Вслед за звуками появилась картинка. И первым, что увидела Гроттер, был юноша лет девятнадцати. У него были удивительные зеленые глаза, темные волосы и счастливая улыбка.
– Слава богу, ты очнулась! Ты нас здорово испугала. Вот уж не думал, что от счастья можно в обморок грохнуться! – сказал парень.
– От счастья? Какого счастья? – недоумевала Таня, осматриваясь вокруг себя.
Труна, именно так ее обозвали, находилась в просторном светлом помещении, где было полно народа. Зеленоглазый парень помог ей подняться на ноги.
– Вы можете продолжать, – кинул он пожилому священнику, – она в порядке.
– Итак, согласны ли вы, Гарольд Пупперсон, взять в жены Трунгильду Гроттейзи? – спросил священник.
– Да, – коротко ответил какой-то там Пупперсон.
– А вы, Трунгильда Гроттейзи, согласны взять в законные мужья Гарольда Пупперсона? – Он выжидающе посмотрел на Таню.
До нее медленно доходил смысл сказанного. Молчание затягивалось. Люди начали перешептываться.
– Ну же, скажи «да»! – прошептал ей на ухо юноша.
– Ну
да… Стоп… НЕТ! – но ее последние слова заглушили вопли толпы.– Горько!
– Горько!
Парень наклонился к Тане и поцеловал ее. Но Гроттер не ответила ему на поцелуй, потому что до нее наконец-то доперло, кто этот человек. Она только что стала женой ГУРИЯ ПУППЕРА!!!
И Таня снова потеряла сознание.
Очнулась она скоро, там же, где и упала в обморок. Кто-то брызгал на нее водой. Девушка резко села, и Пуппер от неожиданности вылил на нее добрую половину воды из кувшина. Таня укоризненно посмотрела на своего мужа.
– Извини, солнце мое, я не специально… – бормотал он, пытаясь стряхнуть уже впитавшуюся воду с Таниного белого платья.
– Хватит заниматься ерундой! Лучше помоги мне подняться! – сказала она, протягивая ему руку.
Гурий деликатно поднял ее на ноги.
– Кажется, мне надо переодеться? – с этими словами она удалилась.
Скрывшись из виду своего муженька, она отловила первую попавшуюся девушку:
– Извините, не подскажете, где находится моя комната? Я после обморока помню все очень смутно.
– О да! Ви так сильно радоваться, что потерять сознание прямо на церемонии. Сюда, пожалуйста.
Девушка провела Гроттершу, точнее, уже Пуппершу, до ее покоев.
Таня прошла в свою комнату и закрыла за собой дверь. Теперь у нее наконец было время обдумать ситуацию, в которой она оказалась.
«Ну и где я? Судя по всему, я в какой-то деревне». И Гроттер была уверена на сто процентов, что она здесь крестьянка. Но как история допустила, чтобы Пуппер тоже был простолюдином? Ну, Глеб, естественно, скоро объявится, и если не королем, то какой-нибудь шишкой – это сто пудов!
Ее размышления прервала открывшаяся дверь. Но никто не вошел. Она выждала еще минуту и решила выглянуть за дверь. Она высунула голову в коридор и… что-то тяжелое ударило Таню по затылку. Свет померк, и Гроттер рухнула на пол.
Таня очнулась оттого, что в лицо ей бил яркий свет. Она села. Гроттер находилась в роскошной комнате. Большую ее часть занимала огромная кровать, на которой, собственно, она и сидела. Взгляд ее уперся в камин. Несмотря на то что сейчас было лето, в нем горел огонь. На столике возле кровати стоял завтрак (скорее всего, это был завтрак, потому что он состоял из апельсинового сока, яичницы и тостов). Таня была так голодна, что моментально его уничтожила. Дверь оказалась заперта снаружи. Таня была словно птичка в клетке. Чего она ждала, кого она ждала, зачем? Совсем не похоже на Таньку Гроттер. Активную, дерзкую, боевую девчонку. Надо действовать! План побега:
1. Взять и связать все простыни. Получится здоровая веревка.
2. Эту веревку закрепить за что-нибудь тяжелое (например, за ту же кровать).
3. Открыть окно, выбросить веревку и по ней спуститься вниз.
Чем вам не план побега? Боится высоты? Да не смешите меня, а как она летает?
Ладно, не хотите этот план, вот другой:
1. Найти что-нибудь острое.
2. Взломать замок и выйти наружу, предварительно захватив что-нибудь тяжелое, чтобы защищаться от охранников.
Что, и это не подходит? Придумайте что-нибудь сами. В этом деле главное фантазия. Нет, действительно что-то происходит с этой Гроттершей. Она сидела на подоконнике, смотря вдаль, так и не сделав ни единой попытки к бегству. До конца дня никто не появился.