Мир. Наследники ушедших
Шрифт:
Он развернулся и, тяжело ступая, направился к своей секретарше. Учителя засуетились вокруг тела, старательно закрывая его своими спинами от любопытных взглядов учеников. Да, тяжелая ночка нам сегодня предстоит.
Глава тринадцатая
Каникулы
Ключ легко повернулся в замке, дверь приветливо распахнулась, и я перешагнул порог родной квартиры. Кинув сумку на тумбу и сбросив ботинки, прошлепал на кухню. Краем глаза я успел заметить в гостиной сверкающую разноцветными огоньками елку, по коридору плыл одуряющий запах мандаринов и шоколада, преследующий меня с тех пор, как я приехал в город. На дворе тридцатое декабря, завтра Новый год, даже мама, несмотря на горячую пору, обещала провести весь завтрашний день
Я загрузил в микроволновку тарелку с супом, отогнав мысль поэкспериментировать и попробовать самому разогреть его. Когда зазвонил мобильный, я привычно потянулся к зеркалу, после чего еще несколько секунд тупил, пытаясь понять, почему он не работает. В общем, пришлось перезванивать, но, я думаю, Егор был этому только рад:
– Новый год к нам мчится, скоро все случится, сбудется, что снится, что опять нас обманут...
– оглушив меня, проревел он в трубку и, не дав мне возможности послать его туда, куда добираться очень долго и трудно, закричал: - Ты уже едешь?
– Я уже приехал!
– Что же ты мне не позвонил, я бы тебя встретил?
– искренне возмутился мой друг. Ну да, ему же так не терпелось похвастаться новой машиной, которую ему подарил отец за то, что он с первого раза поступил на вышку. Не такая уж она и новая, да и деньги на права пришлось зарабатывать самому, но это только растравляло гордость Егора.
Вот интересно, а как бы он отреагировал, если бы я попросил его встретить меня в трех километрах от города, где автобусные остановки вообще не предусмотрены?! Хотя у меня есть хорошая отмазка - мне от автовокзала до дома идти всего ничего, буквально пятнадцать минут. О чем я ему и напомнил.
– Чего звонишь-то?
– ставя на стол тарелку и удерживая телефон меж плечом и ухом, поинтересовался я.
– Случилось что?
– Завтра Новый год, ты не забыл?
– Да, представь себе!
– огрызнулся я, облизываясь на свой поздний завтрак, который мне не давали съесть разные надоедливые личности.
– Склерозама у меня.
– Ничего, водка лечит все!
– хохотнул Егор.
– Я не пью!
– По праздникам пьют все. Научно доказано!
– да, забыл сказать, наш троечник, каким-то чудом наскребя проходные балы на ЕГЭ, поступил на фармакологический. Еще один повод для гордости особенно на фоне меня, твердого ударника, поступившего неизвестно куда, неизвестно на кого, да еще и по протекции бабушки, о чем я спьяну сболтнул еще на выпускном. Нет, точно, больше не пью... водку, точно.
– Чего тебе надобно, старче?
– Завтра в половине двенадцатого встречаемся у Галины, - протараторил он и отключился.
А я в сердцах выругался. Это надо же, забыть традицию, установленную нашими родителями еще в пятом классе, поздравлять классную с днем рождением (который у нее третьего января) и Новым годом. Окончание школы не причина рушить хорошие отношения с человеком, который заботился о нас на протяжении семи лет, об этом мы договорились еще в прошлом году. Надо будет завтра купить букет цветов и выбрать ей какой-нибудь подарок. Остальным членам семьи, посвященным в нашу с мамой тайну, я закупил все еще в Мире, предварительно посоветовавшись по этому поводу с Сиром. Не хватало еще преподнести Маринке что-нибудь опасное для жизни, или папе с Ириной - какую-нибудь контрабанду.
Мир не самое лучшее место для празднования Нового года. Здесь его отмечают в день весеннего равноденствия, зимой же у них только святки, которые снова прошли мимо нас, учеников ЛиМиНа. Кто нас отпустит бродить в одиночестве по улицам ночного города
с риском нарваться на школьников? А большая часть учителей, среди которых и Серпуховской, успели сбежать на каникулы сразу после того, как первый курс прошел обряд определения уровня. Оно им надо, сидеть здесь без дела в надежде, что их не заметят и не повесят на них дежурство? Остались только фанатики своего дела и те, у кого еще были назначены уроки.Я сидел на кровати, задумчиво листая учебник по рунописи, вспоминая. Мне самому казалось странным то, что Сир настоял на определении моего уровня Сил. Ведь всем давно было известно, что я не маг, так зачем? Очень хотелось бы знать, какой ответ показался Кощею удовлетворительным, почему он разрешил, но кто мне скажет?
В Лицей меня перевели только из-за того, что, в который раз ввязавшись в драку с Казариновым и его дружками, каким-то чудом умудрился пораскидать их. Преподаватели заинтересовались этим и даже забыли меня наказать. Оказалось, я все же имею доступ к Силе, но открывается он только в чрезвычайных ситуациях. За прошедшие полтора года мне не случалось более попадать в подобные истории (если не считать встречу со все тем же Казариновым на дне рождении Оксаны), так что я до сих считаю произошедшее тогда случайностью. Но молчу. Не желаю возвращаться в Школу. Учителя ведь лучше знают, что делают, не так ли?! Так пусть гоняют меня слушать лекции, смотреть, как ребята сдают экзамены, участвовать в определении уровня Сил.
Вообще, идея спуститься в подземелье мне показалась интересной, но не оправдавшей надежд. Простой подвал, сырой, пахнущий мышами и сухими травами. Я успел замерзнуть, прежде чем понял, что больше ничего меня здесь не ждет и можно вылезать. Но стоило мне начать подниматься по лестнице, как по подземелью прошелся легкий сквозняк. Я оглянулся, ничего не увидев, продолжил подъем.
– Ром! Тэ дэл о Дэвэл э бахт лачи! На дар, на бистыр...* (Цыган! Пусть даст тебе Бог счастья! Не бойся, не забудь...) - шепот оборвался так же резко и неожиданно, как и зазвучал.
Я испугался, не помню даже как мне удалось выбраться наружу. Сир утащил меня подальше от преподавателей и, хорошенько встряхнув за воротник, спросил:
– Ну, что ты видел?
– я замотал головой. Я ведь действительно ничего не видел, только слышал, да и в том, что слышал, не был уверен до конца.
Вампир отпустил меня и вернулся к своим коллегам. Не хотелось об этом думать, но ему почему-то не понравились мои слова, он ждал чего-то другого. Но еще больше меня волновали слова, что я услышал в подземелье. Не забудь... что? Почему голос прервался? И почему он казался таким знакомым? Это не бабушка, точно, хотя кто другой из моих знакомых знает цыганский? Только мама...
– Михаил?
– в комнату заглянул Градимир Максимович, один из тех, кого я причислил к фанатикам, что ему самому бы показалось странным. Он у нас не трудоголик, хотя и не лентяй.
Он вошел, не дожидаясь приглашения, и сев на стул, предложенный Кузей (отпуск у которого начался еще вчера), протянул мне нечто круглое, завернутое в бумагу:
– Позавчера был в деревне у твоей бабушки, как и обещал, - я напрягся, вспомнив ночь, когда буквально вломился к нему в комнату. Он провидец, один из тех немногих, кто считает, что озвучивание предсказание ничем не грозит человеку и ни в коем случае не программирует будущего. К кому еще я мог обратиться за помощью в расшифровке сна, что так меня перепугал несколько недель назад?! Правда, он не сказал ничего дельного, заявив, что не умеет разгадывать сны, но пообещал съездить бабушке в деревню, правда я не понял зачем. Она была единственной, и наследниц у нее не осталось.
Математик вздохнул и, поморщившись, продолжил:
– Нельзя сказать, что мне там сильно обрадовались, но согласились поговорить. Точнее, приказали отдать тебе это...
Я в последний момент успел отдернуть руку, шар упал на пол и медленно укатился под кровать. Я поднял голову и уверенно посмотрел на учителя. Знаю, сейчас я страшен, можете не говорить. И вообще, вам лучше оставить меня одного. Да, для вас лучше... дверь захлопнулась, и я обессиленный упал на кровать. Спросите, что это было? Я просто знаю, что он принес. Хрустальный шар, с помощью которого бабушка общалась с мертвыми. Я присутствовал при этом лишь однажды, и то только потому, что меня разобрало любопытство и вместо того, чтобы лечь спать, я подглядывал за ней.