Чтение онлайн

— Хм, — сказал Ярослав. Странные выверты подсознания. — Щит, так щит. Вернемся к лавине. Ты случайно не в курсе, почему мы ее тут ждем?

— Без понятия, — махнула лапкой выдра. — Это тебе знать лучше. События вокруг тебя собираются, проблемы растут как грибы после дождя, загадки толкаются локтями и уже умудряются шуметь в твоей голове даже тогда, когда ты о них не думаешь. Но помощи ты не просишь. Почему — не ясно. Ты же не гордый. Ты отлично знаешь, что самостоятельно не справишься. И тайнами ты дорожить не умеешь. Так зачем ты ждешь того момента, когда неподъемный щит, которым ты пытаешься отгородиться

от мира станет единственной преградой на пути стихии? Не поможет же он тебе.

— Хм, — повторился Ярослав. — Я так понимаю, сбежать у меня уже не получится.

— Нет. Свое ты не бросаешь. Жадный.

— Отлично. Осталось только понять, где найти желающих оказать мне помощь.

— Посмотри вокруг, дурень! — рявкнула выдра, воинственно встопорщив усы. — Почему ты не сказал своему учителю про осьминога?

— Я ему сказал.

— Ладно, перефразирую фразу. Почему ты не рассказал эльфу, как пытался узнать возраст печати? Что тебе помешало?

Что помешало?

А ведь действительно, что именно помешало сознаться в собственной глупости?

Если подумать, отбросить целый список разумных, но далеких от истины оправданий, наступить на горло самолюбию, то можно уныло признать, что просто не хотел выглядеть в глазах Ярена жизнерадостным болваном, сующим пальцы в розетку. Всего то.

— Вот-вот. И так везде, — нахально влезла в размышления выдра. — Ты боишься признаться себе, что твои действия зачастую неправильные и ничем не оправданные. А еще ты не просишь помощи потому, что кто-то наверняка без труда справится с тем, к чему ты даже не знал как подступиться. Тебе просто хочется быть в собственных глазах чем-то большим, чем ты на данный момент являешься. Взрослый, самостоятельный, не нуждающийся ни в чьих советах, да? Запомни, малыш, даже боги не могут знать и уметь все. Вон драконы знают многое, но они почему-то вымирают. Странно, правда?

— Странно, — согласился Ярослав. — Наверное, они не знали какой-то мелочи, которая и довела их до такого состояния.

— Вот, вывод, имеющий право на существование. Не уподобляйся драконам.

— Не уподобляться? — тупо переспросил Ярослав. — В смысле?

— Подумай над такой вещью. Отражение повторяет твои движения, или это ты повторяешь движения своего отражения?

— Отражение? Ты хочешь сказать, я веду себя как дракон именно потому, что у меня есть его отражение?

— Болван. Ты ведешь себя как дракон, потому что это отражение — приемлемое для тебя оправдание, — возмущенно фыркнула выдра. — А ведь на самом деле на выбор и поступки это отражение никак не влияет. Оно позволяет немного под другим углом видеть мир. Иногда. Не сваливай на других свои ошибки.

— Это трусость? — улыбнулся Ярослав.

— Это глупость и самомнение, — отмахнулась выдра. — Ладно, мне пора, тебя будить пришли.

Выдра качнула усами, смешно переваливаясь, пробежала по щиту круг, вернулась в центр и застыла изящным украшением.

— А ведь симпатичный герб, — решил Ярослав. — Обязательно такой над воротами повешу.

Гора покачнулась и глухо зарокотала. Ярослав задрал голову, пытаясь рассмотреть несущуюся на него лавину, и от следующего толчка проснулся.

— И что мне теперь делать? — спросил у потолка Ярослав.

— Что делать? — отозвался кто-то.

Ярослав

перевернулся на бок и увидел чем-то обеспокоенного Далени. На плече ушастого любителя гор сидел шахиш и смотрел на своего хозяина с каким-то нездоровым любопытством. Словно у него на голове рога выросли. Ветвистые такие, покрытые черным лаком для пущей красивости.

— Что? — спросил Ярослав у обоих.

— Ты странно спал, — сказал Далени.

Мыш покачал усами, словно подтверждал.

— Странно?

— Сложно объяснить. Выглядело так, словно из твоего спящего тела куда-то ушел разум. И на попытки разбудить ты не реагировал.

Ярослав сел и задумался. Разум значит ушел. Прямиком к незнакомой горе, щит подержать и с выдрой пообщаться. Не доверять ощущениям Далени глупо. Особенно после дурацкой клятвы, после которой он начал называть создателя-недоучку своим якорем. Еще одна непонятная загадка. Может выдра права и пора сознаться во всех этих непонятках и попросить помощи? Ярену, например, признаться. Он же тоже создатель, должен хоть что-то знать. Еще можно попытаться с Менке поговорить, возможно, что-то полезное расскажет, если вспомнит.

Хотелось зарыться поглубже и просто отдохнуть. От всего и от всех. Ничего не делать, не думать, не существовать.

Или пора подыскивать психолога?

Ага, это будет весело. Рассказать ему о драконах, зеркалах, осьминогах, проблемах, а потом долго возмущаться, когда он посоветует сходить к психиатру.

— Далени, ты случайно не знаешь какого-нибудь специалиста по сельхозугодьям?

— Не знаю. А тебе он зачем?

— Чтобы указал некоторым надоедливым личностям наилучшее место под огородик. Они надо мной издеваются.

— Я спрошу у папы, — пообещал добрый парень. Взгляд у него был странный, как у того психолога, который обязательно к психиатру отправит.

Выспавшись и немного подумав, Ярослав решил, что пришла пора разгребать накопившиеся проблемы. Или искать людей, на которых эти проблемы можно будет переложить. К делу он подошел обстоятельно. Составил список из первоочередных задач, дописал к некоторым имена тех, кто мог помочь с их решением, возле большинства поставил знаки вопроса и понял, что понятия не имеет, кого об этом можно спросить.

Выпив водички, подергав флегматично настроенного полосатого грызуна за уши и увидев, что к замку бодрым шагом приближается Ладанэ, Ярослав решил взяться за те проблемы, которые можно было решить хотя бы теоретически. А на все остальные забить. Вдруг сами развеются как туман над рекой? Или с течением времени потеряют свою актуальность. Или кто-то добрый и обремененный врожденной гениальностью, пробегая мимо, подскажет, что с ними можно сделать. В общем, сделал вид, что они на данный момент не актуальны.

Больше всего Ярославу понравились те проблемы, которые после некоторых размышлений и попыток посмотреть на них с разных сторон перестали быть таковыми. К ним парень смело отнес бесконтрольное пополнение животного мира, военные действия водников против драконов, попытки изобрести магический двигатель для мотоцикла, вечное недовольство преподавателей академии и странности Киого. Как-либо влиять на все это бессмысленно, а если кто-то в процессе этих развлечений пострадает, то кто ему доктор?