Мир иной
Шрифт:
В одном месте корни переплетались, образуя, что-то вроде навеса под которым стоял лежак, А на лежаке лежал огромный коричневый головастик. Если поставить его вертикально, то он был бы примерно с Литию. От тела головастика, там, где у людей положено быть плечам, отходили две короткие тонкие ручки.
Сопровождающие, наконец, приблизились почти вплотную.
— Это Босса, — сказал желудеголовый.
Головастик открыл один глаз.
Глазное яблоко было красным, что производило неприятное впечатление.
— Мы привели их, Босса, — объявила макароноволосая.
Головастик отрыл другой
— Босса видит, — объявил он.
Рот у существа был узкий, но длинный, словно пересекавшая лицо щель. Пожалуй, он немножко походил на Джаббу Хатта[1].
Босса зачем-то похлопал себя по животу, после чего принял прежнее положение.
Артём просто не знал, чего ждать от такого странного существа.
— Для нас большая честь видеть вас, великий шеф, — произнёс он, изо всех сил стараясь не разразиться хохотом.
Головастик вновь похлопал себя по животу.
— Босса знает, — выдал он новое сообщение.
Из его рта стремительно вырвался длинный язык, который поглотил пролетавшую мимо муху. Вернувшись обратно язык, прошёлся по всей ротовой щели: вероятно босса облизывался.
Головастик явно не выглядел опасным, и Артём задумался, каким образом, тот управляется со своими подчинёнными.
— Подойдите, к Боссе, — прервал тот его размышления.
Лития издала короткий фырк, но вместе с Артёмом подошла к серой туше.
Интересно, он всегда говорит о себе в третьем лице, — подумал Артём.
Как оказалось не всегда.
— Я удивлён, — головастик вновь приподнял над лежанкой переднюю половину туловища, в упор, уставившись на наших путников своими красными глазами. — Вы первые кому удалось уйти от Озера Забвения, подойдя к нему так близко.
— Просто повезло, — отозвался Артём. — Последнее время нам вообще везёт просто поразительно.
— Босса так не думает, — сообщил Босса. — Некоторое везение, вероятно, имело место быть. Но истинная причина — ваша сила духа.
И Головастик вновь откинулся на лежанку, прикрыв глаза. Было непонятно, окончилась аудиенция или нет. Но неугомонную Литию такие тонкости не волновали.
— Почему вы постоянно говорите о себе в третьем лице? — поинтересовалась она, — презрев дипломатический этикет.
Босса приоткрыл один глаз и, как показалось Артёму, посмотрел на Литию даже с некоторым интересом.
— Так солиднее, — объявил он, нисколько не стесняясь присутствия подданных. — Ещё чего-нибудь спросить не желаешь?
Сказав это, Босса открыл второй глаз, но тот уже смотрел на Артёма. Каким-то образом, Босса ухитрялся смотреть глазами в разных направлениях.
— Ну, если вы сами просите, — Эльта и глазом не моргнула, — мне было бы интересно узнать каким образом вы управляетесь со всей этой оравой. Наверняка вам это очень не просто!
В желудке у Боссы, что-то булькнуло, и он благодушно объявил,
— Ну, это просто: если не слушаются, то я их гипножу.
После чего он громко рыгнул.
Он что действительно гипнотизёр? — мрачно подумал Плохой. Подобная возможность внушала серьёзную тревогу, но и объясняла многое. Тут Артём вспомнил, как легко смог обойти стража врат. Это вернуло ему уверенность. Видимо ментальная деятельность големов действительно происходит
на другой частоте. Да и в любом случае, беседа проходила пока вполне мирно. Возможно, Боссе просто действительно захотелось глянуть на тех, кто смог не попасть под власть озера. Кстати, насчёт озера…Видя, что головастик вовсе не приходит в гнев от вопросов, Артём задал свой.
— Что такое это самое Озеро Забвенья?
Головастик вновь выстрелил языком, ловя новую муху.
— Эксперимент, — сообщил он, после того как облизнулся. — Эксперимент магиров. Очень давний. Ещё до последней глобальной войны.
— Жрать! — вдруг возгласил головастик не меняя интонации. — На троих!
Артём даже не понял в первый миг, что Босса обращается сейчас к своим слугам. Уродцы быстро притащили, что-то вроде крупного раскладного столика. На него тут же навалили всякой снеди, в основном мясной. Потом к столику приставили два табурета.
— Угощайтесь, — предложил Босса, — еда хорошему разговору не мешает, а наоборот способствует.
Упрашивать Лития себя не заставила. Она просто плюхнулась на один из табуретов, ещё до того, как босса, закончил свою тираду. Стесняться было совсем не в её стиле. Сам Босса, приподнявшись с лежака, подхватил со столика здоровенный кусок мяса и тут же целиком сунул в рот. Отчего щёки его раздулись словно у хомяка. Некоторое время головастик был занят исключительно тем, что пережёвывал пищу. Он весь отдался этому процессу.
Лития тоже явно не имела ничего против того, что бы перекусить. Миг, и её белоснежные зубки вгрызлись в кусок мяса поменьше. Артём тоже взял кусок, как раз средней между теми, что ели Эльта с головастиком. Надо признать, что предложение подкрепиться было сделано как раз вовремя: Плохой уже начинал испытывать свой аналог голода. Чувство неправильности и пустоты в желудке было ещё очень слабым, но от этого не переставало быть неприятным. Некоторое время вся трое жевали. Ножей с вилками им не подали, но Артём с Литией отнеслись к этому, как к нестоящей упоминания мелочи.
— А ты чего стоя ешь? — покосился Босса на Артёма, — после того как, наконец, смог одолеть свой кусок.
Но тут второй его глаз, перефокусировался на лёгкую табуретку. Потом головастик вновь посмотрел на массивную фигуру голема, обоими глазами.
— Мда, пожалуй, раздавишь.
Артём чуть виновато развёл руками.
— Эксперимент — это, конечно, интересно, — сказал он, стараясь вернуться к интересующей его теме, — но нельзя ли про это поподробней.
Некоторое время Босса всхрюкивал, поглощая очередную порцию, потом вальяжно сказал:
— Отчего же нельзя, я и сам хотел.
Своими лапками он постучал себя по животу, словно по барабану.
— Озеро забвения, это некогда созданный магирами архив, архив памяти. Они планировали сбрасывать туда важные воспоминания, имевшие государственное значение. Попутно магиры ещё вели здесь какие-то опыты с наследственностью. Мы, весь мой народ, являемся потомками тех, над кем они экспериментировали.
Но во время последней глобальной войны, что-то пошло не так. Озеро вышло из под контроля и превратилось в настоящего хищника. Теперь оно стремиться растворить в себе любого, кто окажется поблизости, забрав все его воспоминания.