Чтение онлайн

– Ты смеешься? Главный свидетель полиции, утверждающий, что Дженни Вудс задавил “порше-911”, – женщина, которая ненавидит меня за то, что я сумел оправдать мужчину, который, по ее словам, ее изнасиловал?

– Примерно так, – сказала Мадлен. – Я удивлялась, почему ты не за решеткой. Полагаю, теперь мы знаем почему.

Но

я думал иначе.

– Как велика вероятность, что именно она была именно там и именно тогда?

– Очевидно, достаточно велика, – сказала Мадлен.

– Да ничего подобного! – Я отодвинул приговор. – Та же больная голова, что спланировала убийства Бобби и Дженни, заранее обеспечила себе так называемого свидетеля на одно из убийств.

– Ты не веришь, что она была там?

– Нисколько.

– Кто-то упросил ее лжесвидетельствовать?

– Да. Иначе почему она указала только марку автомобиля? Наверняка ведь могла бы узнать и меня.

– Значит, лжесвидетель. Мартин, как часто такое бывает на самом деле?

– Какая разница. Главное, это происходит именно сейчас.

Мадлен отпила еще глоток пива. Пока мы сидели в баре, уровень шума постоянно возрастал. Кто-то принялся метать дартс. Острые стрелки вонзались в мишень на стене. Рядом пахнуло потом из-под мышек, я невольно поморщился.

– Зачем понадобился свидетель? – спросила Мадлен. – Разве не было технических доказательств?

– Нет, – ответил я. – Ничто не связывало меня и автомобиль с местами преступлений. Хотя… на капоте “порше” была, а может, и есть вмятина, которую я не могу объяснить. Не знаю только, что она доказывает.

– Значит, по-твоему, водитель останавливал машину, выходил и осматривал своих жертв? – сказала Мадлен. – А потом вызвонил свидетеля, чтобы усилить доказательную базу?

– Возможно. Но, пожалуй, свидетель все же с самого начала входил в его расчеты. Если бы удалось более-менее убедительно показать, что первую жертву

сбил мой автомобиль, то связать его со второй жертвой не составило бы труда.

В мишень вонзилось еще несколько дартс. Мадлен смотрела на мужчин, которые их бросали.

– Кто еще, кроме Люси, имеет доступ к твоему “порше”? – спросила она.

Я открыл рот и снова закрыл.

– Люси? Извини, ты что, думаешь, тут замешана Люси? – При мысли об этом сердце у меня замерло. – Кроме того, я бы не сказал, что она “имеет доступ” к моей машине. Доступ имею только я один. У Люси нет собственных ключей от “порше” и никогда не будет.

Мадлен избегала смотреть мне в глаза.

– Это наверняка был кто-то, кто мог взять твою машину, Мартин. А доступа к ней не имел никто, кроме тебя. И Люси, потому что она очень близкий тебе человек. Она ведь вполне могла взять ключи в тот вечер, когда ты находился в больнице?

Я покачал головой.

– Ты так говоришь, будто само собой разумеется, что в ту ночь воспользовались именно моим “порше”. Но, как мы установили, доказательств этому нет. Никаких.

– Это как посмотреть, – сказала Мадлен. – Ты отметаешь свидетеля. А вот я все же сомневаюсь. Я проверила реестр автомобилей. Угадай, сколько “порше” такой модели и цвета в Стокгольме? Три. Полиция говорила с владельцами и исключила из расследования как их самих, так и их автомобили. Я сама видела кой-какие предварительные материалы. Сумела получить выдержки заодно с другими документами. Дверь твоего гаража не повреждена, взлома не было. Машину тоже не вскрывали. Ты не хуже меня знаешь, что невозможно сесть в машину и тем более завести ее без ключа, не оставив следов. И если машина была твоя, Мартин, придется признать, что преступление совершил кто-то из твоего ближайшего окружения.

Я продолжал протестовать:

Конец ознакомительного фрагмента.