Миднайт Хилл
Шрифт:
Первым шел Роланд, на его лице играла самодовольная улыбка. Следом Ламмерт, показывая знак «ОК» пальцами. Мелисса расплылась в счастливой улыбке, пока не услышала голос директора.
– Санлайт, как удачно, что вы здесь, пройдите в кабинет.
Девушка нахмурилась, недоуменно оглядела присутствующих и скрылась за дверью.
Роланд отсутствием Мелиссы был даже разочарован. Он уже предвкушал как гордо, не обращая на не ни малейшего внимания, объявляет о своей дипломатической победе.
–
– Как все прошло? – обеспокоенно спросил Хьюго.
Пару мгновений они молчали, уступая друг другу право начать рассказ.
– Короче, сначала они меня прессовали, – начал Ламмерт, – но я был слишком подавлен, чтобы как-то реагировать. Но меня поразило то, что они даже не спорили, отчислять меня или нет – все уже было решено. Знаешь, как будто они только и ждали момента, чтобы вышвырнуть меня. Только Флеминг заступилась, типа, может, дадим ему шанс, но ее не послушали. А потом пришел Рол и тупо начал их шантажировать. Вот, мол, отчислите его, уйду и я, лучший ученик школы, и все в таком духе.
Роланд усмехнулся уголком рта и поправил:
– Это не шантаж, а дипломатия. Потому что еще я описал все плюсы и минусы их решения. Надо просто выдавать то, что нужно нам, за то, что нужно им. Ну и еще… предложить взятку.
– Взятку? – воскликнул Хьюго. Роланд жестом велел ему быть потише, и тот продолжил уже шепотом. – У нас нет денег на взятку!
– Мы их украдем! – торжествующе вставил Ламмерт.
Роланд закатил глаза и дал ему время посмеяться над своей шуткой.
– Я их выиграю. В европейской олимпиаде для школьников по физике, поездку на которую мне теперь проспонсируют. А ты зря смеешься, Ламм. Они теперь не упустят возможности отчислить тебя при любом удобном случае. Второй раз этот метод не сработает.
– Вас понял, последняя надежда школы! – по-воински отдав честь, воскликнул Ламмерт.
Хьюго похлопал братьев по плечам, наконец выразив облегчение оттого, что все позади.
Мелисса сидела в кабинете, положив руки на колени. Директору Бритвичу было за шестьдесят, он пыхтел, как мопс, перекладывая какие-то бумаги. Он был длинным и полнотелым, как батон хлеба. Удивительно, как мистер Бритвич подобрал на такую фигуру сидящий с иголочки костюм. Золотые запонки, оправа очков и зажим для галстука поблескивали в свете лампы.
Здесь был и мистер Спарктон, который сложил руки на груди, очевидно, недовольный тем, что Ламмерта не наказали. Миссис Окс, которую Мелисса уже видела в подобной обстановке, и только от этого становилось неуютно, замерла, скрестив пальцы, будто заснула с открытыми глазами. Миссис Флеминг поправляла цепочку под объемным воротником
и выглядела так, словно ушла бы отсюда еще час назад, если бы могла. Мелисса подумала, что не может прикинуть ее возраст, ведь аккуратные пальцы и подтянутая шея так не сочетались с сединой в волосах, усталыми бледными глазами и морщинами у носа.– Как ты хочешь наказать Ламмерта де Лордеса? – спросил директор, наконец оторвав взгляд в узких очках от стола. Он встал, словно хотел выглядеть внушительнее, смотря на ученицу сверху вниз.
Мелисса распахнула глаза и глубоко вздохнула.
– Я не хочу его наказывать.
– Почему?
– Он невиновен, – подняв одну бровь, раздраженно и с несколько вопросительной интонацией ответила она.
Директор Бритвич снисходительно улыбнулся. Оголившиеся зубы стояли такими ровными и чистыми рядами, что даже раздражали.
– Послушай, ты тут новенькая, я понимаю. Понравился красивый мальчик, не хочется его наказывать. Но ты его не знаешь. Он виновен.
Мелисса возмущенно засмеялась. Она хватала ртом воздух в попытках подобрать слова.
– А у вас есть доказательства? Вы провели расследование?
– У нас есть свидетель.
– Джули-Лу?! Она хочет его подставить.
– Послушай, – с лица директора не сходила снисходительная ухмылка. – Не хочешь считать де Лордеса виновным, не надо. Но кто-то должен выплатить школе деньги за порчу имущества.
– Да у вас полно лишних парт! Возьмите любую!
– Молчать! – грубо прервал Мелиссу директор, голос которого встрепенул всех присутствующих.
Миссис Окс, учительница литературы, вся занервничала и хлопнула по столу.
– Мерзавка! Посмотри, как ты себя ведешь со взрослыми людьми! Не стыдно так огрызаться? Перед тобой стоит директор, а ты хамишь, как уголовница! С тобой проводили беседу! А ты все равно не умеешь работать с возражениями!
– По мне, так это вы все тут не умеете работать с возражениями.
Миссис Флеминг усмехнулась, подперев голову ладонью, в то время как кабинет наполнил возмущенный гомон. Лицо директора Бритвича стало серьезным.
– Твоя мать, Грейс Гаст, тоже была такой строптивой, – сказал он. – Кричала, что вырвется в люди и плевать на нас всех тут хотела. И что теперь? Лебезила передо мной, выгораживая свою дочь-нахалку. Воспитание, – директор взмахнул руками. – Женщин вообще стоит учить послушанию и терпению. Только так они смогут стать хорошими женами. Что получится из тебя – одному богу известно.
Казалось, что у Мелиссы поднялась температура из-за ярости. Внутри все кипело, но она сжимала губы, иначе рисковала закричать на директора и его свиту матом. Каждый вдох давался с усилием.
Конец ознакомительного фрагмента.