Мгновение
Шрифт:
– Ты живёшь прямо надо мной, - сказал Рун, и, поймав на себе растерянный взгляд Амины, пояснил: - Заметил надпись на звонке.
– Так вот кто въехал в те апартаменты!
– Канзи хлопнула себя по коленке.
– Если бы не зажигающийся по вечерам свет, я бы до сих пор думала, что они пустуют.
– С головой ушёл в работу, - историк виновато пожал плечами.
– Да и беспокоить тебя лишний раз не хотел. Я всё-таки приходил поздно, уходил рано и...
– Ну и напрасно!
– Амина фыркнула.
– В этом захолустье из развлечений только старинный бар, да и тот закрывается в полночь. За всем остальным
– А ты, значит, любительница оторваться?
– Вообще-то не очень, но скука творит с людьми удивительные вещи.
– Видимо, не со всеми, - подхватил Рун.
– Все кто здесь работает как будто...
– Гики, - кивнула Канзи, от чего её ярко-красная прядь соскользнула на лицо.
– Говорят только о работе, как помешанные. Нормальных шуток никто не понимает. Разве что этот русский, который тоже эксперт, но он какой-то зажатый.
– Вот и мне так показалось. А ещё Венсан выглядит весёлым дедулей.
– Да, он душка. Но с ним тоже на равных не пообщаешься. Так что я очень рада, что у меня - наконец-то!
– появился сосед с чувством юмора.
Амина легко улыбнулась, и Руну почудилось, что её взгляд задержался на его лице чуть дольше необходимого.
– Я тоже рад. Не терпится узнать, где ты пропадала все эти годы.
– Обязательно поговорим об этом в нерабочее время, - Канзи поспешно поднялась.
– Мне уже пора. Если что, ты знаешь, где меня найти. Чао!
И она ушла, а Рун, сам того не заметив, улыбнулся ей вслед.
Он покончил с едой и пошёл обратно в смотровую, но уже без особого желания. Разговор с Аминой вернул историка в реальность. При мысли об ещё одном дне в безликой комнате с голографическими проекторами Руна передёрнуло. За последние несколько суток он вглядывался в слепки так долго, что пресытился этим занятием. Поэтому, желая потянуть время, Этингер замедлил шаг и начал оглядываться по сторонам.
В дверях столовой ему встретился Юрий - Рун поздоровался, но тот в чисто русском стиле лишь хмуро кивнул в ответ и прошёл мимо. У гермодвери в рабочий сектор о чём-то спорили два молодых инженера, которые перешли чуть ли не на шёпот, когда историк приблизился. Он уже привык к недоверию со стороны персонала “Миллениума”, но не удержался и пошёл ещё медленнее. Инженеры замолчали, дожидаясь, когда заторможенный эксперт покинет зону слышимости. Боковым зрением Рун видел, что они провожают его взглядами, и внутренне усмехнулся. “Как будто мне есть дело до их секретов”.
Этингер повернул за угол и нос к носу столкнулся с Этаном Лебронном и офицером Ноа Валлтери, которые беседовали вполголоса, неспешно прогуливаясь по коридору. Физик посмотрел на Руна исподлобья, натянул излишне вежливую улыбку и поздоровался. Глава службы безопасности ограничился одним долгим взглядом, от которого по спине историка пробежал холодок. Так всегда происходило, когда их взгляды пересекались. Несмотря на внешнее спокойствие, Ноа чем-то походил на голодного тигра, готового к прыжку. Пожалуй, он был единственным в “Миллениуме”, с кем Этингер не желал встречаться ни по какому поводу.
Рун поспешил к лифту, и тут его нагнал месье Венсан, который вошёл в кабину почти одновременно с историком.
– А, герр Этингер! Добрый день, - лаборант приятно улыбнулся.
– Как прошли первые рабочие дни? Всё ли вас устраивает?
–
Спасибо, всё замечательно, - Рун пожал протянутую руку.– Мне здесь нравится.
– Наверное, даже больше, чем в новых апартаментах, - сказал Венсан и, заметив вопросительный взгляд историка, добродушно пояснил: - Вчера вы ушли с работы затемно.
– Да, есть такое дело, - рассмеялся Рун.
– Но дело не в квартире, нет. И, сказать по правде, сегодня я собираюсь уйти пораньше.
– Вы не первый, кого этот проект настолько увлёк, - лаборант понимающе кивнул.
– Но делу время, а потехе час. Всем нужно отдыхать.
Двери лифта открылись на нужном этаже и мужчины вышли.
– Но если в пределах “Миллениума” вам что-то понадобится, то можете смело обращаться ко мне, - сказал Венсан после короткой паузы.
– Герр Флагстад поручил мне помогать новым работникам с любыми запросами.
Рун тут же вспомнил о таинственном инженере, имени которого нет в базе. Сам историк ни за что не заговорил бы о нём, но тут просто грех было не воспользоваться случаем.
– Знаете, вообще-то есть кое-что, - сказал он, когда лаборант уже развернулся, чтобы уйти.
– Я копался в экспериментальных данных и наткнулся на одно имя... Аржун Карипани, кажется?
Разумеется, Этингер точно помнил имя и ошибку сделал нарочно. Но реакция месье Венсана тут же избавила его от необходимости притворяться дальше.
Лицо лаборанта приобрело печальное выражение, и весь он как будто ссутулился, от чего наружу проглянул его истинный возраст. Месье Венсан был очень стар.
– Арджун Крипалани, - поправил он.
– Это бывший руководитель проекта. Он стоял у самых истоков “Хроноса”. Его, к сожалению, уже нет в живых.
– Вот как?!
– Рун удивился не так сильно, как показал.
– Что случилось?
Лаборант нахмурился, будто сомневаясь, стоит ли рассказывать подробности.
– Его убила аневризма, - сказал он, помолчав.
– Во всяком случае, так говорят. Его смерть не стали афишировать, сами понимаете... Такие новости деморализуют людей. Герр Флагстад сказал, что у господина Крипалани было редкое генетическое заболевание, о котором тот предпочитал молчать. Якобы оно истончало сосуды, и летальный исход был только вопросом времени...
“Летальный исход - всегда вопрос времени” - подумал Рун, но вслух сказал другое:
– Вы говорите так, будто сомневаетесь в этой версии.
– Не знаю, герр Этингер, - Венсан сокрушённо покачал головой.
– Несмотря на высочайшую степень защиты, мы работаем не в самом безопасном месте. “Хронос” - это ни больше, ни меньше, чем дверь в новую эпоху, и поэтому многие хотели бы обладать его секретами, - старик вдруг понизил голос, и в его глазах мелькнул испуг.
– Я просто не хочу строить никаких предположений.
Рун не совсем понял, что Венсан хотел сказать последней фразой, но прозвучала она жутковато.
– Всё, что я знаю - господин Крипалани был сам не свой в последние пару дней, - продолжал лаборант.
– Засиживался допоздна, почти ни с кем не разговаривал... Может, и правда чувствовал приближение смерти.
– Давно это случилось?
– Недель за пять до вашего появления здесь. Он был замечательным человеком. Приветливым. Честным...
– голос старика дрогнул, и на него стало вовсе жалко смотреть.