Между долгом и честью
Шрифт:
— Он вообще живой?
Джеймс поравнялся с ними и помахал рукой перед лицом Андриэля. Тот не шевельнулся, продолжая вглядываться в окна хижины. Элайджа решил сделать то же самое. Но не видел ничего необычного: покрытая соломой крыша, деревянные стены, небольшие окна, занавески желтого цвета. Дом выглядел ухоженным, возле двери красовалась клумба с маргаритками и какими-то еще неизвестными Элайдже цветами. Вполне возможно, что их Мэдисон привезла с собой из Остовии. Может, они нужны для какого-нибудь особенного зелья. Интересно, а Андриэль умеет готовить зелья? Элайджа вспомнил, как однажды видел лекаря за работой — тогда он был совсем мальцом, и отец послал его за лекарством для матери.
— Чужая магия, — произнес Андриэль, — я чувствую чужую магию. Она похожа на ту, что защищала Грегора.
— То есть где-то поблизости ходит ручной маг нашего короля, а у нас против него два меча и маг без магии? — усмехнулся Джеймс. — Это просто отличные новости.
— Что, рыцарь испугался какого-то вшивого мага? Куда же делась хваленая рыцарская смелость?
— Мы не станем сейчас ссориться, — вмешался Элайджа. — Насколько это опасно для нас?
— Значит, он знал, что она здесь, — сказал Андриэль, — не мог не знать. Маг всегда распознает мага, а этот, судя по всему, не слаб. Я не чувствую его поблизости, но отголоски его магии повсюду. Он что-то искал. Определенно.
— Или кого-то? Ты уверен, что его нет рядом?
— Да, — кивнул Андриэль. — Мэдисон, скорее всего, пыталась разорвать связь из-за этого. Он искал меня и решил действовать через других магов. Наверняка, ручная зверюшка Грегора догадалась, что Мэдисон из Остовии.
— Думаю, нам все-таки стоит войти в дом? — предположил Элайджа и пошел вперед.
Чем ближе он подходил к хижине, тем больше разделял беспокойство Андриэля. Примятая трава, причем складывалось ощущение, что кого-то в дом тащили против воли. Слегка покосившаяся дверь, словно ее захлопнули с силой, а также при ближайшем рассмотрении можно было заметить, что одна из двух клумб заметно испорчена. Это все ему определенно не нравилось. Он обернулся на своих спутников. Джеймс стоял позади в расслабленной позе, но от Элайджи не укрылось, что он держал руку на эфесе меча. Он словно прикрывал спину Андриэля.
— Ты готов к тому, что можешь там увидеть?
— Думаю, хуже, чем в темнице короля, уже не будет, — усмехнулся Андриэль.
Элайджа лишь пожал плечами, принимая его ответ, и толкнул дверь плечом. Та распахнулась так легко и просто, словно ждала гостей. Элайджа переступил порог и почувствовал запах лаванды, ландышей, зверобоя и множества других трав. Казалось, этот запах обволакивает, успокаивает. Элайджу окутало ощущение безмятежности, спокойствия и умиротворения. При всей своей собранности он оказался дезориентирован, да и еще приятный полумрак дома. Все это действовало, словно магическое внушение. Поэтому резкий толчок и вскрик Андриэля подействовали, будто ушат холодной воды. А уж когда он увидел причину такого поведения, то и вовсе окончательно вернулся в реальность.
Андриэль зря слишком уверенно заявил, что готов ко всему и хуже, чем в темнице, точно не будет, потому что к этому он был не готов совершенно.
— Мэдисон, ты не боевой маг! Как ты отказываешься понимать очевидное? Ты и минуты не протянешь в настоящем бою. — Голос Рикаса полон гнева и ярости. Пожалуй, таким брата Андриэль не видел никогда прежде.
— Ты не можешь вечно держать меня взаперти! Не можешь указывать мне, что делать. Почему ты вечно так поступаешь? Ты заставляешь других делать то, что угодно тебе.
— Я о тебе забочусь. Как ты этого не понимаешь? Эйдан был моим наставником, он спас мне жизнь и сделал тем, кто я есть сейчас. И когда он умирал, я дал ему слово, что позабочусь о тебе. И я его сдержу, даже если ты этого не хочешь!
— А сдерживать магию Андриэля тоже просил Эйдан? Ты загубишь его потенциал.
— Я сделаю все, чтобы его не потерять. Мэдисон, прошу, не заставляй меня прибегать к крайним мерам, — выдохнул Рикас.
— Тебе придется. Иначе, я все равно не смирюсь с положением дел. Ты забываешь, что я дочь Эйдана.
Тогда Андриэль видел Мэдисон в последний раз. Сильную, уверенную в себе и своей правоте. Она единственная всегда спорила с Рикасом. Только она могла вывести брата из его обычно спокойного состояния. Она единственная заставляла его сомневаться в принятых решениях. Рикас так и не узнал, что Андриэль тогда подслушал их разговор. Он не отважился сказать, что считает Мэдисон правой. Он никогда не решался спорить с братом, слишком сильно любил, уважал. Знал, как тому тяжело после смерти родителей. А теперь Андриэль должен принести ему еще одну дурную весть.
— Что с ней? — тихо спросил Джеймс, с ужасом глядя на тело Мэдисон.
Андриэль мог понять замешательство Джеймса: она выглядела высохшей куклой. Дряблая и сухая кожа, остекленевшие глаза, открытый в безмолвном крике рот.
— Он вытащил из нее всю жизненную силу. Осушил, как сосуд с водой. Вот почему я чувствовал, что связь рвется. Мэдисон наоборот приложила все усилия, чтобы сохранить ее отголоски. Поэтому я чувствовал все, что испытывала она в последние моменты жизни.
— Магия способна на такое? — ужаснулся Джеймс.
— Очень сильная магия. Думаю, зверюшка вашего короля может превосходить по силе даже Рикаса. И не удивлюсь, если зверюшка у него не одна.
— Мне жаль. — Андриэль почувствовал, как на его плечо легла рука Джеймса.
— Сейчас нет смысла сожалеть. Мы должны найти зелье и портал.
— А ты сможешь его открыть? Разве не для этого нужна Мэдисон? — спросил Элайджа.
— Ты просто должен поверить в свои силы, и все получится.
— Я даже при помощи зачарованной вещи не могу открыть портал. Ты хочешь от меня слишком многого. Я не могу владеть всей магией мира.
— Ты должен изучить портал. Однажды это спасет тебе жизнь, Андри. Как ты не хочешь этого понять?
— Ты сам лишил меня части силы и теперь требуешь невозможного.
Ссора с Рикасом произошла незадолго до его отъезда, а позже и плена. Они так и не помирились до конца. Андриэль хотел получить право голоса, обрести полную силу магии, а Рикас — его уберечь. Брат часто говорил, что Андриэль слишком похож на него самого. И сейчас пришло время это доказать.
— Я должен попытаться. До границы с Остовией месяц пути. Нам вечно придется прятаться и скрываться, а на любовь народа я сильно бы не рассчитывал.
— Я согласен, — кивнул Элайджа, — деньги решают многое.
— Думаешь, что тебя поймают и радостно сдадут этому самодуру? — фыркнул Джеймс.
— Ты сам знаешь, что как правитель Грегор не так плох, да и народ хоть и недолюбливает его за некоторые странности, но для страны он сделал немало.
— Я рад, что ты это признал, — влез в разговор Андриэль, — но маг может и вернуться. Если он рылся в голове Мэдисон, то знает, что я приду к ней за помощью. Поэтому нам нужно найти сферу и зелье. Мне нужно восстановить силы.