Метаморфоз
Шрифт:
В газете разрешались споры, как научные, так и этические и нравственные. Мне было странно, как это за тысячелетия этот мир не дорос до массовых печатных изданий и гласности. Эту идейку я аккуратно подкинула наиболее способным членам своей редколлегии. И судя по загоревшимся глазкам - была услышана. Пусть эта бомба взорвется без меня. Еще одним новшеством - стали студенческие собрания - обсуждения. Сначала эти обсуждения касались в основном идей экспериментов и работ у гоблинов. Но в 'листках' мы стали знакомить студентов с различными культурными особенностями рас, различиями их законов и общественных устройств. Аккуратно объяснялись различия менталитета, иногда приводящим к непониманиям и даже войнам. Я ползала по полкам с историей,
В один из вечеров, оставшись одна, мысленно надавала себе затрещин. Все сводилось к тому, что я вновь расслабилась. Почувствовав себя чуть - чуть уверенней, я вновь высунулась из своей норы.
Увязнув по уши в дела королевства гоблинов, умудрилась стать провозвестницей новых идей. Ведь собиралась же тихо, как мышка проучиться свои семь лет в Академии. Получить диплом и по - возможности знания. А затем тихонько спрятаться в каком-нибудь уголке мира. У меня своих проблем выше крыши.
* * *
Проблемы заключались и в новом открывшемся умении - превращении. Просто однажды, преследуемая навязчивыми личностями, очень захотелось исчезнуть и слиться со стеной. Неожиданно, не замечая меня, мимо пробежали эти двое, а я от испуга произошедшего, еле выдернула себя из стены. Закрывшись в комнате, поняла, что это была не мимикрия под стену. Я действительно превратила себя в кусок стены. С помощью проб и ошибок, выяснила, что я оказалась способна превратиться абсолютно в любой предмет, независимо от его размера и внешнего вида, сохраняя при этом все свои мысли и чувства.
Начав экспериментировать, поняла, что неживыми предметами мое умение не ограничивается. Однако обращение в животное требовало от меня слишком большой сосредоточенности и как оказалось четкого представления о нем. Окружив себя изображениями животных и птиц, долго экспериментировала над превращениями. Проще всего получалось превращение в маленьких птичек. Скопировать полное превращение не получалось. Остановилась на более стилизованных изображениях. Однако полет в таких обличьях - оказался невозможен. Необходимо было копирование даже структуры пера. А это требовало длительной предварительной проработки всего материала, с последующим запоминанием облика. В противном случае получалось лишь схематичное животное, которое легко можно было отличить от настоящего.
Неожиданно легко мне далось превращение в кота, вернее кошку. Память об этом животном всплыло из подсознания прошлого. Оттуда тянулись воспоминания о ласковом, ручном и забавном зверьке. Четко вставали в памяти движения и способности этого существа. Этот мир не знал кошек. И потому, появление в моей комнате, рыже-белого в полоску существа вызвало просто бурю восторгов, особенно у женского населения общежития. В друзья ко мне срочно навязывались надменные аристократки, не замечавшие меня все четыре года. У меня пытались купить, украсть и сманить меня саму, в кошачьем обличии. Смех смехом, но когда кошка долго не появлялся на кухне, меня все начинали обвинять в продаже или убийстве негодницы. Приходилось оборачиваться и наводить шороху. В конце концов, все привыкли к отлучкам и самостоятельности животного, а нахождение в его шкурке дало мне возможность увидеть и подслушать многое.
А еще мы с Яном придумали Боба - железное подобие маленькой собачки с большой пастью, перетирающий камни в пыль и песок. Артефакт был несложным. В брюшко передвигающегося пса, вставлялся артефакт с несложным механизмом. Медленно передвигающийся Боб направлялся на кучу камней, где и включался механизм перетирания камня. Конечно,
за Бобом было необходимо следить, и периодически направлять его, но для работы около дома или в саду - он вполне годился. Отправив два экземпляра в Файнир, мы получили восторженные отзывы от женщин. С помощью наших Бобов была расчищена под сады и огороды территория двух семей. С собачками занимались дети, которые просили выслать таких игрушек побольше. Что мы и сделали.* * *
Четвертый курс я заканчивала достойно. На время экзаменов, меня отпустили из клиники, где я уже ассистировала у профессора два раза в неделю. Впрочем, больше половины студентов моей группы работали у Стайски ассистентами. Каждая операция с ним - становилась очередным уроком. Я любила работать с Рогулом. Однако осознание своей вины перед ним оставляло привкус горечи. Эти длинные, в несколько часов операции, я могла сократить вдвое, а то и втрое. Утомительное сшивание сосудов и нервных окончаний, сращивание костей и мышц, я могла бы завершить довольно быстро. Но открыться - было смерти подобно. И я работала, как и все, стараясь не выделяться, и не сорваться. По-моему Стайски был разочарован. Он видимо, чего-то все ждал от меня. Особого усердия к целительству я не проявляла, хотя и считалась по-прежнему его лучшей ученицей.
А на дополнительных курсах по телепортации меня хвалили. Быстро догнав по математике и другим предметам группу, я с помощью деканата сократила в своей учебе часы предметов, которые считала ненужными. С разрешения ректора, после драчки двух деканатов, за мою специализацию - моей основной специальностью осталась кафедра - целительства, а второй - телепортации. Отличие специализаций - было огромным. Общими оставались разве что предметы по языкам и физической культуре. И именно эти часы я и настаивала сократить. Совместить предметы не удавалось, и я получила разрешение на свободное посещение лекций. Конечно, если бы телепортисты не были столь редки, и их кафедра не считалась одной из высших - я не получила бы такой возможности.
Телепортисты не были сильными магами. Скорее это были представители точных наук. Для построения телепорта было необходимо провести кучу расчетов с привязкой на местности. Само построение - являлось построением различных объемных геометрических фигур, четко ориентированных по расположениям звезд и других телепортов. Чаще всего создавались прямые телепорты, как наиболее простые - от одного города к другому. Вершинами же мастерства, считались телепорты в столице, которые были ориентированы на несколько десятков городов. Такие телепорты тщательно охранялись и являлись ценнейшим государственным достоянием.
С базовой математикой и пространственной геометрией у меня было все в порядке, и с построением объемных фигур - сложностей не возникало. Наоборот мне приходилось сдерживать себя, в желании показать свои знания и умения. Потому спокойно досдала предметы для включения меня на пятый курс телепортистов.
* * *
После экзаменов меня вызвали в деканат. В деканате находился заместитель ректора архимаг Злотан Вур и декан целительского факультета Позер Лоут.
Передо мной положили договор по найму на работу в Академию после окончания учебы.
– Мы предлагаем, вам сейчас заключить соглашение с Академией. Это даст вам в первую очередь защиту. Наши службы охраны, уже предотвратили два покушения на вас с целью похищения. Вот почитайте, - он протянул мне документы.
– Одно исходит от гномов, второе - от соседнего человеческого княжества Потир. Княжество Потир - довольно бедное государство, условия проживания там довольно тяжелые, а ваши успехи в государстве гоблинов, многим не дают покоя.
– Но ведь я там, работала только целителем, все остальное делали другие студенты и преподаватели, - не удержалась я от восклицания.