Месть Змеи
Шрифт:
– Вы тоже магистр, миледи? – спросил Гектор и снова поклонился.
– Да, – ответила, мягко улыбнувшись, леди Грета. – Моя страсть – алхимия. Дочери Айсгартена всегда были обручены с горами, со сталью, которая верой и правдой служит нашему народу. Когда вы освободитесь, барон Гектор, нам нужно будет поговорить.
– Хочу заметить, она сможет научить тебя кое-чему, – добавил Генрик и продолжил после секундной паузы: – Мы никогда не ссорились со старым бароном, твоим отцом, Гектор. Прими мои искренние соболезнования.
– Его убили мечи гвардейцев Льва, – произнес Берган, надеясь, что упоминание еще об одной совершенной Котами жестокости поможет укрепить их шаткие отношения с кузеном.
Генрик посидел, покачал головой, затем засунул свою левую
– Похоже, у этого юного Льва длинная рука, усиленная мускулами Пантеры.
После того как Белый Медведь со своей кавалерией спас маленький отряд Бергана, путешественников отвели за укрепления, уходящие к центру военного лагеря герцога Генрика. Всю дорогу до Пастушьего зала Белый Медведь промолчал, но его офицеры охотно разъяснили Бергану сложившуюся ситуацию. Все основные силы стурмландской армии были расположены на горных склонах. В самом Айсгартене тоже оставался гарнизон, достаточно мощный, чтобы защитить городские стены и ворота, однако все внимание было обращено на группировку, находящуюся на южных склонах у подножия гор. Эта группировка должна была первой встретиться с угрожавшей Стурмланду армией Оникса. Если Зверь из Баста надеялся штурмом захватить Уайтпикс, он просчитался, недооценив решимость стурмландцев защищать свою родину. Один из офицеров сказал Бергану, что горы окажутся для врагов непреодолимым препятствием. Лорд-медведь молил Бренна, чтобы так оно и вышло.
– Когда ожидается появление Оникса? – заинтересованно спросил Берган.
– Они подбираются к нам постепенно, шаг за шагом. Вначале они взяли Дейлиленд, – здесь Генрик бросил короткий взгляд на Гектора. – Взяв под свой контроль Великую Западную дорогу, Оникс получил возможность свободно передвигаться через Проклятые земли. Сброд Мюллера приветствовал Котов и быстренько встал перед ними по струнке. Значительная часть армии Оникса, по сообщениям наших разведчиков, двинулась на восток, в Бейрбоунс. Здесь их следующим противником будут Олени. Не думаю, что люди Манфреда смогут оказать серьезное сопротивление Ониксу. Другая часть армии Котов направилась в Омир, чтобы помочь вернувшимся туда лордам-псам отобрать Азру у короля Фейсала. Ряды армии Оникса пополнены огромным количеством солдат Крыс, Ворон и Стрелков Мюллера. Так что положение во всем Семиземелье выглядит довольно кисло.
– Да уж, привкус у твоих новостей совсем не сладкий, – пробормотал Берган.
– Иногда приходят и хорошие вести, редко, правда. Вот, например, до нас дошли известия о том, что приведен в беспорядок военный флот Котов. Пиратство на Белом море по-прежнему процветает, поэтому многие бастийские корабли уже уничтожены. Прошел слух, что за нападениями этих просоленных морских дьяволов стоит барон Боса.
– Боса? – воскликнул Гектор дрогнувшим от удивления голосом.
– Боса, – подтвердил Генрик. – Я надеялся уберечь свой народ от ярости Котов, к тому же, казалось, стремился и лорд-кит из Моги. Благие надежды, да? Но я рад, что толстячок решился растрясти жирок и снова вышел в океан. Бренн знает, что его толкнуло на это, может быть, высадка бастийцев на его острове, может, еще что-нибудь, но очень приятно знать, что он теперь тоже на нашей стороне.
– Ты сам побывал там, не так ли, Гектор? – спросил Берган. – На том острове, вместе с Вегой. Наш юный друг одно время путешествовал на «Мальстроме» с лордом-акулой, Манфредом и королевой Амелией. Я знаю, Генрик, тебе не нравится Вега, но, знаешь, он за последнее время сильно изменился к лучшему, как и многие из нас.
Генрик недовольно шевельнул бровью.
– Я никогда не стал бы доверять лорду-акуле, этому изменнику и перебежчику. Настанет день, когда Вега получит по заслугам, помяни мое слово, кузен.
– Как я уже сказал, он сильно изменился. Не могу точно сказать почему, быть может, под влиянием Дрю.
– Такое впечатление, что этот Дрю оказывал огромное влияние на всех, кто когда-либо встречался с ним. Не могу вспомнить никого, кто оставался бы равнодушным при упоминании
его имени. Неудивительно, что бастийцы так ненавидят юного Волка, который вызывает у всех какое-то ненормальное поклонение. Даже ты говоришь о нем как о мессии.– Он принадлежит к древнейшему роду, Генрик, – страстно заговорил Берган. – Волк – благородный Зверь, один из первых детей Бренна. Душа Дрю широка и чиста, как у всех верлордов, сидевших за столом во время Первой Трапезы. В его жилах течет кровь Вергара. Но он намного мягче своего отца. Его воспитали простые люди, и это отложило отпечаток на его характер. Его восприятие окружающего мира отличается от… нашего. Вергар был упрям, для него весь мир был окрашен только в два цвета – белый и черный, делился на друзей и врагов. Этот юноша стремится к справедливости, равной для всех, и людей, и оборотней. – Берган улыбнулся, вспомнив бесконечные споры, которые они вели с Дрю, и закончил: – Он умеет различать все оттенки серого цвета.
– Вольнодумец? Опасная штука для того, кто собирается стать королем, – рассмеялся Генрик. – Хорошо, будем молиться Бренну, чтобы юный Волк объявился и не был утерян для нас, – он поднял вверх Белый Кулак Айсгартена и сжал его. Блестящие стальные когти спрятались в медвежьей ладони. – Я буду рад пожать волчью лапу!
Генрик поднялся, один из телохранителей заботливо поправил висевший на плечах герцога длинный белый плащ.
– Я должен оставить вас, милорды, – сказал Генрик. – Мне нужно до ночи проверить укрепления и выслушать доклады разведчиков. Вы можете следовать в Айсгартен, я дам вам эскорт – нескольких всадников. Не думаю, что вам будет интересно в Айсгартене, сейчас почти все жители покинули город, они здесь и готовятся к предстоящей битве.
– Если не возражаешь, кузен, мы тоже останемся здесь, – произнес Берган. – Ведь предстоящее сражение – и наше тоже.
– Мне кажется, ты сейчас не в той форме, чтобы принимать участие в бою, старый Медведь, – проговорил Генрик и наконец-то улыбнулся. В последний раз лорд из Айсгартена одарил Бергана своей улыбкой почти двадцать лет назад.
– У вас есть провизия? – спросил Берган. – Подкормите меня, дайте отоспаться, и я наберусь сил, чтобы смести с дороги любого врага. Кроме того, ты говорил, что людей у тебя не так много, – слегка подколол он своего кузена. – Полагаю, наша помощь не окажется лишней.
– Отлично. Оставайся на передовой и для начала прими горячую ванну. Я прикажу выделить палатки для тебя и твоих людей. И позволь заметить, – продолжил Генрик, понижая голос и подходя ближе к Бергану, – что в твоем отряде есть угры. Тебе известна история постоянных конфликтов между нами и ими? И о том, что мы ни разу не встречались со Слотой с глазу на глаз?
– Слота мертва, – сказал Гектор, вмешиваясь в разговор кузенов. – Ее убил Лев. Пока мы здесь разговариваем, за ее людьми охотятся отряды Лукаса. Те угры, которых вы видите, ваша светлость, принесли мне присягу на верность и являются моими личными телохранителями. Вы можете им доверять.
– Надеюсь, вам не придется жалеть о том, что вы набрали их в свою охрану, барон Гектор, – произнес Генрик, беспокойно шевеля бровями. – Они жестоки, эти угры. Единственный язык, который они понимают, – это язык силы.
– В таком случае я постараюсь воспитать их, ваша светлость, – улыбнулся Гектор.
Берган подошел к лорду-кабану, взял его за левое запястье.
– Я вижу, ты получил рану, мой мальчик. Это случилось во время последнего боя? – спросил он, указывая кивком на порванную перчатку. Гектор вырвал руку, прикрыл ее своей правой ладонью.
– Да, – натянутым тоном ответил Кабан. – Если вы не будете возражать, милорды, я хотел бы двинуться прямиком в Айсгартен. Не уверен, что принесу много пользы, если останусь здесь. Кроме того, я ведь всего лишь простой магистр.
– Не скромничайте, – сказала леди Грета. – Магистр-целитель, особенно такой известный, как вы, будет очень нужен именно здесь.
– Хорошо, тогда, может быть, вы позволите мне ненадолго съездить в ваш замечательный город? Я подлечусь там немного и вернусь.