Чтение онлайн

* * *

Ветер неистовствовал. Феликса туго заплела волосы в косу, но та уже наполовину растрепалась на ветру. В поясной сумке и в двух плотных мешках у ее ног лежала лучшая сталь, какую смогли найти Данатос и Лаэрт на Гардйо. Слитки немного отличались по форме и размеру, но это было неважно.

«Око Бури», сокрытый множеством иллюзий, одна поверх другой, уже ждал эскадру Беора к югу от Скьортальна. Феликса же занималась последними приготовлениями — созданием особого заклятия. Когда-то один мальчик из племени сардан дал ей прозвище.

Когда она вернулась домой, это прозвище подарило ей идею заклятия Стальной Гарпии. Несколько месяцев она изучала формулы для трансформации, процессы преобразования, алхимические составляющие. В итоге она вывела ритуал, который позволял ей превратиться в неземное существо, продукт магии, алхимии и воображения.

— Arno duin, sandano molten, — нараспев произнесла Феликса. Слитки с металлическим гулом поднимались из раскрытых мешков в воздух и прилипали один к другому, объединяясь и сплавляясь. — Ergo sum bellum, sungra mora cedare ferrotum, — сталь серебрилась в закатных лучах, текучая, светлая. — Boro de potecium, lehavere de vicia, — она развела руки, повернула ладони вверх. Это помогало раскрыть тело и дух для металла, который она собиралась впустить в себя. — Tottem mirta, miraklem!

Сталь разлетелась на мириады сверкающих капель, которые тут же устремились к ней. Кожу обжигало с каждой каплей, проникающей под кожу. Сталь стала частью ее крови, продолжением ее самой. Теперь она могла творить с ней все, что угодно: снаряды, оружие — или цепи, кухонную утварь, украшения… Но Феликса звалась Стальной Гарпией. Воином, повелевающим металлом. Ей было нужно нечто большее.

— Травишь себя железками, — пробурчала рядом Маронда. — Мастер Торран говорил, что даже у метеоритного дождя меньше побочных эффектов.

— Мастер Торран так и не понял главного принципа преобразования, — ответила Феликса. Ее голос сильно изменился — он звенел и вибрировал, искажая звуки. — Подобное притягивает подобное, так? Алхимики знают, что металлы есть даже там, где мы их не видим: в яблоках и гранатах, в мясе, особенно печени, в некоторых орехах и главное — в нашей крови.

— Спасибо за лекцию, — съехидничала Маронда. — А то я-то молодая и глупая, ничего в этом не смыслю.

— Мастер Торран старше меня в три раза, а связи так и не уяснил, — прозвенела Феликса. Тело становилось очень, очень горячим от брожения магической реакции внутри. — Чем выше уровень железа в крови, тем легче переносится ритуал. Я ведь говорила ему об этом, — она усмехнулась, вспомнив тот спор. — Торран ответил, что алхимики — чудаки и шарлатаны, а польза от них только в зельях «Боевой пыл».

— Неудивительно, — рассмеялась Маронда. — Те, кто достигает высот в боевой магии, не остаются преподавать. Торран — редкостный ретроград. И все же, напитывать металлом свое тело…

— Последствия есть, не спорю, — пожала плечами Феликса. — Но я и так каждый день очищаю организм от скверны и разложения, разгоняю кровь… заклинанием больше — заклинанием меньше, мне без разницы.

— Можно подумать, ты не знаешь иной магии для боя, — продолжала ворчать старуха. Она растирала кисти рук специальным черным маслом, усиливающим проводимость для стихийной магии.

— Эй, это ведь ты предложила продемонстрировать Стальную Гарпию, — не выдержала Феликса. — А теперь сводишь меня с ума своим брюзжанием.

— Потому что мне надо побрюзжать, — невозмутимо ответила Маронда. — Я так завожусь перед сражением. Я старая

больная женщина, не придирайся ко мне.

Феликса и без того понимала, почему Маронда гундит. Эта перепалка бывала у них каждый раз, когда им предстояло колдовать вместе. У Маронды было много привычек и ритуалов, сопровождающих все более-менее значимые действия и события.

— Паруса, — Феликсе становилось все тяжелее говорить. Голос наливался металлической тяжестью, а тело наоборот, становилось все легче — в ритуал входила магия левитации.

— Вижу, — кивнула Наставница. — Ждем пиратов.

Вскоре за парусами иллюзий «Ока Бури» показались несколько блекло-голубых силуэтов кораблей. Один был заметно крупнее. «Флагман Беора, — подумала Феликса. — Я бы не доверила никому новый корабль. Вряд ли он поступил иначе».

Вместо величественного силуэта фрегата с латунной обшивкой чародейки видели две торговые шхуны с потрепанными парусами. Штурман Беора должно быть, страшно недоумевал, как эти развалюхи развивают достаточно скорости, чтобы уходить от них. Но вскоре иллюзия кораблей поравнялась с фьордом и замедлила ход. Корабли Беора подошли совсем близко.

— Пора, — решила Маронда. Ее руки, пропитанные черным маслом, взлетели в затейливом жесте. Свободная желтая роба взбухла огромным пузырем под порывом шквального ветра.

Маронда, как и любой маг, работающий со стихией, стояла в напряженной, строго выверенной позе: ноги широко расставлены и согнуты под прямым углом, руки параллельно земле. В отличие от Феликсы, Маронда колдовала плавно и мягко. Если Феликса действовала рывками, резкими взмахами, то Маронда тянула силу из недр земли потихоньку, ласково.

Один из двух отстающих кораблей Беора дернулся и остановился. Феликса при желании могла бы разглядеть, как маленькие человечки носятся по палубе и убирают паруса. Вглядываться было незачем: мгновением спустя второй корабль точно так же дернулся. Феликса посмотрела на один из фрегатов, но ее надежды не оправдались: судно грациозно развернулось, покинув прежний курс. Возможно, кто-то на борту почувствовал присутствие магии.

Маронда досадливо цокнула языком:

— Ну и пройдохи, — пробурчала она. — Просекли. Твой выход, дорогая.

Девушка кивнула, разбежалась и прыгнула с уступа — чтобы тут же взлететь. Конечно, это не был полноценный полет. Металл тяжело поддавался левитации, но сейчас он являлся ее частью. Ее тело уже завершило трансформацию: стало легким, как птичье, но при этом прочным, как сталь. За спиной появились два стальных крыла из перьев с заточенными краями — не хуже клинков. Крылья походили на ястребиные — или крылья гарпии, — и каждое перо в них несло смерть.

— Поворот! — Феликса услышала крик капитана пиратского судна. — Орудия к бою! Шевелись, черти поганые!

Это был старый фрегат Блода Беора, тот, на котором он плыл в Бедеран пополнять флот. Ей достаточно вывести из строя рулевых, штурмана и канониров, чтобы корабль больше не представлял опасности для ее соратников. «Снесу еще румпель и грот-мачту, — решила Феликса, — чтоб уж наверняка».

Гарпия спикировала на верхнюю палубу и выпустила несколько маховых перьев в штурвал и рулевого. Широкий клинок прошел между спицами колеса и вонзился в доски, заклинив руль. Еще одно перо чиркнуло по ноге рулевого. Тот лежал теперь под колесом штурвала, истекая кровью. Он попытался встать, опираясь на свою саблю, но не смог.