Механизм жизни
Шрифт:
Вернувшись, он продолжил отшельничать.
И вот – королевский вызов.
Первый раз в жизни Торвен позволил себе усомниться в преимуществах абсолютной монархии. Стать жертвой тирана – не лучший жребий. От портретов веяло самодержавной тоской. Повернувшись лицом к залу, он вдохнул разреженный эфир, полюбовался почтенными спинами и сиятельными затылками. Стайки рыбок-прилипал крутились возле жирных акул. Самая большая стая пристроилась в центре, под газовой люстрой, окружив толстяка-генерала с орденской лентой через плечо.
Отставной лейтенант хмыкнул. Этот уж точно здороваться не станет! Небось на золоте ест, на соболях спит, на людишках
– Торвен? Ты?!
Прилипал унесло девятым валом. Толстяк, не разбирая дороги, проломился сквозь толпу, ухватил Зануду за плечи, тряхнул от души.
– Привет, лейтенант! Не забыл, что мы на «ты»?
– П-привет! – с трудом выдавил Торвен. Немного подумал и на всякий случай уточнил: – Привет, экселенц!
– Помнишь, помнишь! – захохотал генерал. – А почему в гости не заходишь? Я уже полгода как в Копенгагене. Забегай, без чинов, без мундира и…
Он криво усмехнулся, кивнул на прилипал и уточнил:
– Без этой сволочи.
Зануда сглотнул. Против генерала он ничего не имел. Тот и впрямь заслужил право обращения на «ты», председательствуя на прощальном обеде офицеров Черного Ольденбургского полка в далеком 1814-м. Когда Андерс Вали-Напролом внес предложение отбросить казенное «вы», толстяк зааплодировал первым. А перед этим он, штатгальтер Норвегии и губернатор острова Фюн, с изрядным выражением прочел королевское послание.
Фредерик VI не жалел похвал для волонтеров.
С тех пор они виделись очень редко – отставной лейтенант Торбен Йене Торвен и бывший штатгальтер, а ныне наследник датского престола Христиан Ольденбург. У каждого оказались свои собственные дела.
– Есть новость, – толстяк перешел на шепот. – Там подписали «слоника».
Он победно улыбнулся и щелкнул себя по ленте.
– Поздравляю!
Торвен сообразил, что там что-то переменилось. В прежние годы его величество наотрез отказывался жаловать нелюбимого родственника в кавалеры ордена Слона. [85]
85
Высший из датских рыцарских орденов. Знак ордена представляет собой фигурку слона, покрытую белой эмалью, с синей попоной. На аверсе расположен крест из пяти бриллиантов, на реверсе – инициалы правящего монарха. На спине слон несет башню и мавра с копьем.
– И ввели в Тайный Совет. Наконец-то! Ты вот что, Торвен. – Улыбка исчезла. Лик Христиана Ольденбурга был надменен и строг. – Нас обоих не слишком любят, лейтенант. Учти это – и приходи в гости. Понял?
Генеральское рукопожатие оказалось неожиданно крепким.
Вокруг зашумела толпа. Наиболее смелые прилипалы взялись писать круги в опасной близости. Царедворцы присматривались к изгою, имеющему столь чиновных покровителей. Кое-кто рискнул пожелать доброго дня. Зануда стоял столбом, даже не пытаясь осмыслить происходящее. Добрый принц Христиан, обнимающий фронтового товарища, столь же естественен, как и теория теплорода. Что все это значит?
Долго размышлять ему не дали. Отставного лейтенанта вызывал король.
В кабинете его встретили воем – долгим и тоскливым. Торвен вжал голову в плечи, решив, что довел-таки монарха своими прегрешениями и тот позабыл от гнева человеческую речь. Выть
на ослушника – вполне по-королевски.– Тихо, Полоний! Вот видите, Торвен! С вами даже реликтовые хищники не желают знаться. Ну, тихо, мой славный, успокойся…
Зануда чуть не присвистнул. А кто это у нас жмется к шторе? Старый приятель – «пёсик» из Эльсинора с оторванной лапой? Родной братец тамбовских «волков»?
– Иди, Полоний! Обидели собачку…
Его величество лично соизволил открыть дверь, выпуская изрядно перетрусившую гиену. Перед тем как исчезнуть, хромой Полоний повернул голову в сторону страшного гостя и по-собачьи взвизгнул.
– Вы невозможны, лейтенант, – резюмировал король, затворяя двери. – Тем не менее мы пригласили вас, дабы рассеять глупую сплетню. Наши слова о топоре и плахе отнюдь не следует понимать буквально. Более того, если мы и гневаемся на вас, то вовсе не за выбор вами подруги жизни. Но почему вы не поставили нас в известность? Почему не пригласили на свадьбу? Святой Кнуд и святая Агнесса! Нам казалось, что мы с вами – не чужие.
Речь Фредерика VI звучала сурово. Фамильный нос торчал багинетом, целясь в лоб ослушнику. Сильные пальцы хищно сжимали трость. Но, как ни крути, король – о Господи! – извинялся.
– Толки о моей женитьбе, ваше величество, преждевременны. Я немедленно пришлю в Амалиенборг нижайшее приглашение, едва решится вопрос о подданстве будущей фру Торвен. Без этого ни о каком венчании не может идти речи.
Его величество почесал нос и указал тростью на стул:
– Садитесь. Мы пригласили вас, отставной лейтенант Торвен, не ради ваших личных дел. Мы нуждаемся в совете юриста. Скажем больше, совет требуется по весьма щекотливому вопросу…
Зануда кивнул – щекотка была по его части.
– Нам нужно назначить некое лицо на важную должность. Однако сие лицо – скромного происхождения. Мы в затруднении.
Тоже мне, проблема! Торвен еле удержался, чтобы не развести руками. Как выразился принц Христиан? Подписали «слоника»?
– Наградите это лицо орденом Слона, государь. Уверен, за наградой стоит длинная очередь. Намекните тем, кто числится в списке первыми, что орден они получат лишь вместе с вашим кандидатом. Поверьте, они сами придумают ему заслуги и все прочее. Еще и умолять вас станут! А кавалеру высшей награды можно пожаловать, скажем, графский титул. Графа – в Тайный Совет, после чего назначайте хоть…
Он вовремя прикусил язык.
– Хоть наследником престола, – закончил король. – Вы циник, лейтенант! Увы, ход наших мыслей оказался сходен, что никак не говорит в нашу пользу. Зато совесть чиста. Сами предложили – сами и расхлебывайте, граф фон Торвен.
– Нет! – выдохнул Зануда. – Государь, нет! За что?!
Дрожащие пальцы с трудом нащупали край столешницы. Но предательница-трость, копия монаршей, с громким стуком покатилась по полу, не позволяя сбежать.
– И не пытайтесь падать на колени, – король безмятежно улыбнулся. – Указ о назначении вас членом Тайного Совета мы подписали еще вчера. Равно как и представление в Геральдическую палату. Надеюсь, вам известно, что в нашей Гренландской колонии есть поселение, которое называется Тырвен? Неизвестно? Ладно, это не имеет значения. Я велел заменить в названии одну букву и дал сему майорату статус графства. Он ваш, любезный. Вкупе с гербом: белый медведь на лазоревом поле. Вы морщитесь? Странно! Неужели вы не хотите, чтобы ваша дочь стала фрейлиной, а сын – гвардейским офицером?