Мечты сбываются
Шрифт:
Дарос имел доступ ко всему, по праву рождения и по праву силы. Хотя, как оказалось, и он не знал всех тайн Храмового комплекса. Например, о существовании того самого тайного хранилища, куда он провалился в ночь покушения, он понятия не имел. Да и никто, наверное. То был акт доверия со стороны духа. Дар ценил это. От него никто не узнает.
Дарос беспрепятственно прошёл в зал. Он был огромен. И освещался сейчас только несколькими магическими светильниками, которые казались слишком тусклыми, чтобы хоть как-то разогнать тьму. Стены, потолок терялись в ней, и сами казались тёмными, что было вовсе не так. Несколько
Потрясающее, на самом деле, зрелище, когда всё здесь начинает празднично сиять! Или зловеще. Один из тех случаев, когда стены горели, был суд над Варгом. И горение это до сих пор снится ему в кошмарах. Теперь уже намного реже, чем раньше. И вот опять. Очередной суд. Чем он завершится?
Дар дошёл до алтаря и уселся прямо на пол. Облокотился об алтарь спиной. Запрокинул голову и закрыл глаза. Хотелось покоя. И чтобы не пришлось принимать решения, которые будут стоить кому-то жизни.
– Придётся,- почти сочувственно прошептал ему Хранитель.
Дар открыл глаза. Дух висел перед ним в воздухе, будто сидел на стуле. Прозорливо и сочувственно смотрел на него.
– Спасибо за помощь, Хранитель. Без неё я не справился бы.
– Ты не справился бы без Кирии,- чуть сварливо ответил дух.
Дар согласно кивнул, а Хранитель вернулся к тому, что интересовало его, на данный момент:
– Тебе придётся убивать, ты же понимаешь? И не в бою. Иногда, собственноручно.
Дар снова кивнул.
– Например, твоего дядю. Который более чем заслужил. Ты согласен?
Дар тоже спросил:
– А ты, Хранитель, согласен, что я оказал твоей любимице помощь? И что без этой помощи она бы тоже не выжила?
Дух едва не свалился с воображаемого стула от возмущения:
– Торговать благополучием пары! Не думал, что ты способен пасть так низко!
Дар снова кивнул, подтверждая, что да, он низок и есть:
– Но ты же согласен со мной?
– Я тоже спас тебя!- возмутился дух.
Дар, привычно уже кивнул, но не сдался:
– Вопрос всегда в ценности того, кому оказана помощь. Не так ли? Сколько бы ты не притворялся, Кирия ценна для тебя в гораздо большей степени, чем я или кто бы то ни было.
– Для тебя тоже!- обиженно вскричал дух, словно сам факт привязанности к кому-то был для него оскорбителен.
Дар кивнул, как болванчик, и примирительно сказал:
– Мне нужна только маленькая услуга. Одолжение, можно сказать.
– Какое?- нахохлился Хранитель.
– Сделай так, чтобы на суде Армос не смог раскрыть Кирию. Имя произнести или упомянуть косвенно.
– Всего-то! А накрутил! Просто попросить не мог? Интриган!
Это его "интриган" звучало просто оскорбительно. Дар не обиделся. Спокойно объяснил:
– Ты мог посчитать, что я пытаюсь вмешаться в порядок вещей. Например, сохранить королю жизнь.
Хранитель иронично уставился на него:
– А ты не пытаешься?
– Пытаюсь,- не стал отпираться Дар.
– Попробуй,- внезапно успокоился дух.
Глянул на него дружелюбно и одобрительно:
– То, что ты сохраняешь верность любви, делает тебе честь. Но ты форменный дурак, Дар! Если у тебя выйдет, то всё повторится, только в худшем варианте. Убей его и живи
спокойно!Дар отмахнулся от искушающего голоса Хранителя, гибко встал и направился к выходу:
– Суд завтра в шесть вечера. Будь готов, дух. И не забудь, ты обязан мне. Король должен молчать о моей паре!
***
Следующий пунктом, куда он направился, был собственный дом. Раст уже ждал его там. По-свойски сидел на кухне и распивал чаи с Кастором и Ивонной.
Гномы, как увидела его, так поняли всё без слов. Кастор помрачнел и нахмурился. Ивонна наоборот разразилась тирадой о том, как он загнал себя, прилипла к нему, как репей, и потащила к столу. Усадила, дотянулась и поцеловала в макушку, как маленького . А когда он попытался заговорить, просто заткнула: категорично заявила, что пока он не поест, разговаривать с ним никто не будет. Возразить не позволила. Стала сносить на стол снедь.
Дар вдохнул запах еды и понял, что просто смертельно проголодался. Когда он ел в последний раз? Ещё до волнений в столице! Не до того было. А потому набросился на еду и поглощал её просто в немыслимых для не дракона количествах.
Когда немного насытился, обратил внимание на Раста, кивнул ему на блюда, приглашая. Тот усмехнулся:
– Меня уже накормили. Твоя очередь, малыш.
Дар не обратил внимания на поддёвку и продолжил нажираться. Иначе он не мог бы назвать своё насыщение. Попросил Ивонну, чтобы она собрала ему чего-нибудь с собой. Гномка скорбно покивала и кинулась собирать кастрюльки и тарелки в кофр для пикника. Даже бутылку вина туда сунула.
Собрала, уселась поближе к мужу, взяла его за руку. Происходило что-то плохое с её мальчиком. Пусть этот её ребёнок - дракон, и прибить его трудно, но ведь возможно! Взгляд её метался от сына, подаренного богами, к мужу, а оттуда к Расту.
Дар всегда помнил о слабом сердце Ивонны, а потому не стал тянуть:
– Отошлите всех слуг из дома сейчас же. Скажите, чтобы уезжали к родным. Отправьте письма всем нашим. Пусть собирают детей, внуков, одежду на несколько дней и ждут. Раст и его оборотни заберут вас всех. Срочно. Поживёте у Раста в доме. Недолго. Наверное... Детям будет радость...
По мере того, как он говорил, брови его "родителей" сдвигались всё более грозно, а сам он терял запал. Последняя фраза и вовсе прозвучала просительно.
Ивонна вскочила упёрла руки в боки и смерила его осуждающим взглядом:
– Дети безусловно будут счастливы каникулам и вольнице с друзьями, тем более, что нам будет, судя по всему, не до них! Ну? Судя по твоему виду, ты пережил-таки очередное покушение! И сколько это ещё будет продолжаться? Вызови уже этого урода и прибей для всеобщего блага! Ты знаешь, скольких схватили без вины в последние пару дней? Ах, да! Ты же их и хватал! Мой сын на службе у маньяка! Какой позор!
Давно Ивонна так не расходилась. Да ещё и при посторонних. Испугалась! Дар резко выбросил руку и схватил её за запястье, подтянул к себе, хоть она и упиралась. Обнял. Даже сидя, он был выше. Маленькая, храбрая, справедливая и такая родная! Наверное, и родную мать он не любил бы больше. Они тоже никогда не разделяли его и своего родного сына. Любили и ругали одинаково. Нестор смеялся, что боги пожалели его и подарили родителям ещё одного сына, чтобы они не задавили его своей любовью.
Ивонна всхлипнула: