Меч и перо
Шрифт:
– Хорошо, ступай, приведи Тохтамыша.
Хадже Мюфид поднялся, и тряся головой, вышел.
Атабек Мухаммед, развалившись на подушках, прикидывал, что ему сулит будущее родство с эмиром Йнанчем. Во-первых, после того, как он женится на внучке халифа, он будет считаться зятем повелителя правоверных. Это будет способствовать росту его славы и поможет ему одержать победу над теми, кто правит в соседних странах, прикрываясь, как щитом, покровительством халифа. Возможно, таким образом, он расширит свои владения. Во-вторых, пребывание его тестя эмира Инанча на посту правителя Арана обеспечит безопасность северных границ салтаната. В-третьих, Гатиба редкая на Востоке красавица.Своей
Вошел хадже Мюфид и доложил о приходе визиря Тохтамыша.
– Пусть войдет, - велел атабек.
Старый визирь появился на пороге и поклоном приветствовал хекмдара.
– Присаживайся, мудрый старец!
– сказал атабек Мухам
мед.
Тохтамыш сел. Лицо его светилось плохо скрываемой радостью, он ликовал в душе.
Атабек Мухаммед понял, что хадже Мюфид успел шепнуть визирю, зачем его зовут.
– Кажется, старый евнух сказал тебе кое-что?
– спросил он.
Хадже Мюфид оскалил в улыбке зубы.
Тохтамыш кивнул головой.
– В этом нет ничего удивительного, - сказал он.
– Таков закон природы. Луна берет свой свет от солнца, а звезды вращаются вокруг луны. Наш уважаемый хазрет эмир - это луна, освещенная солнцем, под которым я разумею атабека Мухаммеда, мы же, его слуги, подобны звездам, которые вертятся вокруг луны. Пусть всемогущий аллах не отделяет нас, тусклых звездочек, от нашего солнца и нашей луны. Все ли теперь ясно элахазрету?.. Если у элахазрета есть какие-нибудь приказания, я могу передать их джанабу эмиру и его жене Сафийе-хатун. Что касается их дочери, я дал указание хадже Мюфиду, и вы можете передать ей через него все, что захотите. Можете ему довериться.
СВИДАНИЕ
Атабек уже полчаса сидел один и ждал Гатибу.
Первое свидание! Атабек страстно желал его, не меньше, чем полководец желанной победы в бою.
Гатиба пришла, опоздав больше, чем это было положено.
Она вошла и остановилась посреди просторного зала, гордая, красивая, окруженная многочисленной свитой,
Атабек понял ее маневр: своенравная красавица хотела, чтобы владыка огромного салтаната сам подошел к ней.
Он поднялся с кресла, с минуту задумчиво смотрел на Гатибу, затем пробормотал:
– Она достойна этого...
Атабек приблизился к ней и поздоровался.
Гатиба стояла, потупив голову. "Как все меняется!.." - думала она.
– А ведь не так давно я приходила на свидание к другому. Что сулит мне эта встреча? Нет, только не счастье. Я чувствую это..."
Служанки и рабыни вдруг куда-то исчезли, словно растворились в воздухе.
Атабек и Гатиба остались в зале вдвоем. Впрочем, это было не совсем так. Время от времени из-за занавеса на дверях появлялась согбенная фигура старца, давая атабеку тем самым понять, что Гатибу пока еще невозможно оставить с ним наедине.
Это был хадже Мюфид, повидавший на своем веку много подобных встреч.
Молчание затянулось.
Атабек Мухаммед сделал еще несколько шагов навстречу Гатибе.
– Не позволит ли прекрасная девушка взять ее счастливую руку?
– Вы уверены, что она счастливая?
– Если бы владелица этой руки не была счастливой, хекмдар огромного государства не пришел бы к ее ногам.
– К чему вам моя рука?
– Хочу вручить ей свое сердце.
– Интересно знать, сколько у элахазрета сердец? Как я слышала, вы уже подарили свое сердце двум женщинам. Я - третья. Разве один человек может иметь три сердца?
– Ошибаетесь,
прекрасная девушка, у меня только одно сердце. И я отдам его лишь одной! Клянусь святой чалмой халифа, если я и дарил прежде кому-либо свое сердце, то теперь забрал его назад. Отныне оно принадлежит прекрасной Гатибе!– Мне кажется, об этом говорить еще рано. Великим хекмдарам приличествует терпение, они должны тщательно обдумывать каждый свой шаг.
– Проявлять терпение на пороге близкого счастья - значит не ценить по настоящему этого счастья. Я верю в свою судьбу. Я добиваюсь руки не какой-нибудь безвестной девушки, а дочери эмира, внучки халифа багдадского, руки прекрасной Гатибы, весь облик которой дышит благородством.
Гатиба на миг задумалась, потом сказала:
– Я хочу спросить агабека, кто нужен ему - просто жена, женщина, или товарищ, друг, который будет помогать ему в управлении государством?
– Клянусь вам, Гатиба, вы разделите со мной мой престол. Прекрасная девушка будет драгоценным камнем в моей короче. Я не буду делать ничего без ее согласия. Не пожалейте для меня своей руки, и я ничего не пожалею для вас.
– У приверженцев моего деда отобраны их исконные владения. Когда они будут возвращены им? Я еще не услышала от вас решительного слова по этому поводу. Вот почему я колеблюсь и не протягиваю вам своей руки. Когда мужчина находится с глазу на глаз с девушкой, он клянется пожертвовать всем - и жизнью, и головой, и душой. Но эти клятвы являются результатом преходящего чувственного порыва, - разум и личные убеждения к ним не причастны. Впрочем, я не смею заносить элахазрета в число подобных мужчин. Но в то же время я не постесняюсь назвать вам цену своей руки. Я могу отдать свою руку элахазрету лишь при определенных условиях. Их - семь. Я перечислю их. Первое, пока атабек Мухаммед жив, мой отец будет править Северным Азербайджаном.
Атабек Мухаммед приложил руку к груди.
– Желание прекрасной Гатибы не вызывает возражений с моей стороны. Могу ли я не поручить своему тестю править в моих владениях? Каково ваше второе условие, моя прекраснейшая мелеке?*
______________
* Мелеке - царица, государыня.
– Мое второе условие таково: вы не заставите меня ревновать вас.
– Объясните, что вы хотите этим сказать?
– Я хочу сказать, что вы не должны иметь несколько жен.
– Клянусь вашей красотой, вы будете одна владеть моим сердцем.
– Третье условие такое: Северный Азербайджан должен подчиняться не Тебризу, а непосредственно Хамадану, то есть лично элахазрету.
– Неужели Кызыл-Арслан допустил какую-нибудь нетактичность по отношению к вашему отцу? Есть ли смысл раздувать вражду между Гянджой и Тебризом? Кызыл-Арслан умный, энергичный, мудрый, сострадательный и благородный хекмдар. Если бы вы знали его лично, уверен, вы бы не стали выдвигать это условие. Вы желаете, чтобы Северный Азербайджан
подчинялся непосредственно Хамадану? Но ведь и без того все государства, входящие в салтанат, обязаны подчиняться нашей столице. Пусть прекрасная Гатиба ни о чем не тревожится.
– Вот мое четвертое условие: вы должны переменить свое отношение к поэту Низами, который является недругом моего деда - повелителя правоверных.
– Я видел поэта всего один раз и думаю, больше не увижусь с ним.
– Пятое условие, - вы дадите награду придворному поэту Абульулле, которому покровительствует мой отец. И это должно быть сделано в присутствии поэта Низами.
– У меня нет возражений.
– Шестое условие: я хочу иметь право приезжать в Гянджу тогда, когда мне вздумается.