Меценаты зла
Шрифт:
– Тормози, – кивнул Громов, приоткрыв дверь.
Жак вжался в спинку кресла, напряг руки и нажал на педаль тормоза. Громов рыкнул – руки дернуло во всех суставах. Едва не опробовав крепость панели и стекла, он все-таки удержался на кресле.
Машина скользила вперед, закапываясь в землю. Из-под колес летела земля с пучками вырванной с корнями травы. Не дожидаясь, пока джип остановится полностью, Кирилл десантировался, оттолкнувшись от внешней ступеньки.
Земля ударила в ботинки, Громов сделав несколько быстрых шагов, и все-таки растянулся на траве, больно ударившись грудью
Птеродактиль продолжал терзать машину. Несколько раз он ее поднимал на десяток метров и бросал боком вниз. От таких кувырканий, даже бронированные стекла покрылись сеткой белых морщин.
Кирилл, не спуская с рептилии глаз, двигался к валяющимся сумкам. Монстр из прошлого колыбели человечества не обращал на людей и крупицы внимания.
Одна из бутылок лопнула от удара, залив сумку водой. Остальное нехитрое имущество было в порядке. Кирилл вытряхнул воду, взвалил обе сумки на плечи и легким бегом стал догонять француза.
Птеродактиль еще пару раз трахнул джип об землю и, удовлетворившись результатом, полетел прочь.
– Рептилия – это такая сигнализация патрульных джипов от воров. С функцией выведения машины из строя, – сообщил Кирилл Жаку, словно ничего не случилось, и они просто выехали из города на пикник. – Ну и втопил же ты.
Француз нахмурил лоб и произнес:
– Это же невыгодно экономически.
– Если враг смог захватить эту технику, значит, ей не место в вооружении Рекса третьего.
– Если верить слухам о безумии диктатора и его помощников, то, может, ты и прав.
– Или просто тестируют новое вооружение таким образом, – продолжал предполагать Громов.
Жак забрал сумку и пошел за выброшенным оружием.
– Не судьба, – сказал он.
На земле лежал погнутый, почерневший от микровзрыва автомат. Видимо, птеродактиль уронил на него джип.
– Такую штуку потерял, – с сожалением сказал звездолетчик.
– Что-то она не особо помогла, – поморщился Жак.
– Ты это патрульным скажи, – мрачно произнес Кирилл. – Пойдем, а то мы как на ладони.
Спустя полчаса, когда до Ламберта остались считанные километры, в небе появилась точка. Кирилл бросил сумки и Жака под ближайшие невысокие кусты, а сам включил на форме режим маскировки и улегся лицом вверх.
– Неужели за нами вернулся?
Громов молчал.
– Это грузовой флаер, – вскоре сказал он. – Джип забрал и улетел.
– Подозрительно, – заметил Жак. – Почему они нас не ищут?
– Думаю, у них есть кому возить продовольствие, – осадил его Громов.
– Кирилл, это не шутки, – пропустив шпильку мимо ушей, сказал Жак, – тут какая-то подстава, ловушка. По идеи, они давно должны были оцепить весь район и потихоньку выкурить нас отсюда.
– Ты уверен, что они знают, где мы? Может, на Тайле в порядке вещей убийство патрульных. Просто
обычным людям этого не говорят, – звездолетчик поднялся на ноги. – Разве мы не можем сейчас сидеть в столице в каком-нибудь подвале, а группировка борьбы за свободу уничтожить патруль?– Ну-у… – поднимаясь на ноги, протянул Жак.
– Ты обо всем так говоришь, словно возглавлял ведомства Рекса вместе с Эгоном Шульцем и Светлячком Теодором! – не скрывая раздражения, протараторил Кирилл. – Не нагнетай, пожалуйста.
– Я предупреждал, – обиженно буркнул Жак и зашагал к упирающимся в небо домам.
Ламберт выглядел более живым, чем столица. В воздухе носились сотни гражданских флаеров, многие здания украшали ярко светящиеся полотна с названиями фирм и корпораций. Хоть население и было меньше, чем в Гротенбурге, людей на улицах гуляло значительно больше.
Во всех четырех системах знали, что Тайла находится в стальных тисках диктатуры. Но даже шипастых рук Рекса третьего хватало только на столицу. В Гротенбурге живут самые верноподданные, самые властные, самые запуганные, самые глупые и самые умные люди в галактике.
Кирилл и Жак вошли в Ламберт и легко слились с местными жителями. Громов, в темно-салатовом костюме и синей сумкой, выглядел как работник по озеленению мегаполисов низкого ранга, а Жак и вовсе вел себя как обычно. Лишь коротко стриженые волосы зачесал на бок с таким видом, словно бы эта нехитрая маскировка могла сделать его неузнаваемым.
– Космодром на другой стороне города, – сообщил Жак озирающемуся спутнику. – В центре тоже есть небольшая площадка, но это для правительственных кораблей.
– Там мне хочется появляться меньше всего.
– Мы выглядим очень подозрительно, – продолжал искать поводы для беспокойства экс-водитель. – Если у нас спросят документы…
– Подозрительно до обыденности, – кивнул Кирилл. – Два рабочих идут на нехитрую службу. В сумках – инструменты и еда. Личного транспорта нет, на общественном… экономим.
– Нет, давай все-таки прокатимся, – покачал головой француз. – Подземный монорельсовый поезд – дешевле еще ничего не придумали.
Станцию они нашли в полукилометре от первых двух кварталов. Рядом ютилось полдесятка скромных магазинов. Возле входа на станцию стоял высушенный голодом и болезнью мужичок с протянутой жестянкой.
На глазах у спутников патрульные заломили нищему руки и надели на него наручники. Бедняк что-то причитал, пытаясь оправдаться.
– На Тайле нет нищих, – шепотом объяснил Жак, когда «преступника» погрузили в обширный кузов машины патрульной службы города.
– А социальной службы разве для этого нет? – нахмурился Кирилл.
– Есть, ты ее видел, – усмехнулся Жак. – Проверят, есть ли у него родственники и отправят работать на какой-нибудь закрытый объект.
– Удобно, – вздохнул Громов, становясь на платформу эскалатора. – Как в той древней поговорке: «нет человека, нет проблем».
Самодвижущаяся лестница продолжала нести их в недра подземной инфраструктуры. Внизу, в ступеньках тридцати, ехали четверо мужчин. Больше никого Кирилл не заметил. Лишь несколько запыленных глазков камер бесстрастно следили за происходящим.