Чтение онлайн

Москва решительно не хотела меня отпускать в далекую холодную Сибирь. Едва я вернулся из Астрала в храм, а оттуда в Лазурь, меня срочно вызвал Модест, дежурящий в этот день на Проекте Чистота.

— У нас комиссия, Яков Георгиевич. Как снег на голову свалились, как у них и водится.

— Сейчас прибуду, — пообещал я и перенесся в контору, что построил нам трудолюбивый (а кто его спрашивал) мистер Стоун.

— Мы не знали, что вы на объекте, — искренне изумились проверяющие.

Потом начались долгие и подробные представления. Знакомый мне Арсений Владимирович

отсутствовал, его заменяла пышная дама, представившаяся инспектором санитарного контроля Московской Губернии, она же извинилась за отсутствие начальства. Имени я ее не запомнил, да и ее спутник, чиновник рангом повыше, из санитарной комиссии Государственной Думы, остался в моей памяти безымянным. Он явился преисполнен собственной важности, но мне до его чинов дела не было. Я не склеротик, просто не захламляю свою память несущественными подробностями. Тем более, что Сидоров, которого я, разумеется, взял с собой на встречу с властями, все фиксировал в электронной записной книжке.

— Вообще, конечно, мелкая свалка за чертой города обычно не попадает в сферу нашего внимания, — вещал тем временем напыщенный чиновник, — но нам рассказали, что ваша экспериментальная система творит чудеса. А мы привыкли развенчивать дешевые фокусы. У вас-то, надеюсь, фокусы посерьезнее. Ведите уже на саму свалку. Пока мы ее по запаху не нашли, но на то и зима. Где залежи, господин Беринг?

— Вы на них стоите, Аркадий! — с легким раздражением ответил ему вместо меня третий член комиссии, и к нему-то я отнесся серьезно. — Брусникин Федор Валерьевич, статский советник, возглавляю комиссию СИБ по охране природы и экологии, прошу любить и жаловать.

Мы с советником пожали руки. Внешне он чем-то напомнил мне Боброва, крупный и кряжистый, с умными глазами. Рукопожатие его оказалось крепким, не дробящим кости, как это бывает у некоторых, жаждущих самоутверждения. Брусникин явно ни в подобном не нуждался. Зато остальные смотрели на советника с легким опасением.

Четвертым членом комиссии был стажер, студент Московского Университета, в котором появилась экологическая кафедра. Руку он мне не подал, но не из гордости, а от стеснения. В его задачи входило вести протокол встречи, что он и делал на бумаге, зафиксированной на планшете*. Также чуть позже он по команде Брусникина занялся замерами токсичности и радиации при помощи маленькой переносной лаборатории, умещавшейся в один портфель.

* Вы же видели планшеты для бумаги, на которых удобно писать на ходу? Не айпадом единым…

— Это невозможно, — одновременно восхитилась и ужаснулась пышная дама.

— Фокус мы оценили, — ответил статский советник язвительным тоном, причем его раздраженная ирония явно адресовалась Аркадию. — Сейчас наш юный друг проверит, так ли все на деле чисто, как выглядит. Мы хотели бы ознакомиться с производственным процессом.

Я вопросительно взглянул на Модеста. Тот сверился с графиком.

— Через пятнадцать минут прибудет грузовик с партией мусора с полигона. Не желаете ли чаю или кофе, пока ждем? Зайдем в контору.

Мы и зашли. Я успел распорядиться, там уже накрыли простенький стол из самоварной комнаты. Естественно, суетиться и бегать через порталы никто на глазах посторонних не собирался, но пока мы здоровались, шустрые официанты «Вешних вод»

успели что-то приготовить на скорую руку. Только стажер, грустно поглядев нам вслед, схватился за свои пипетки.

Едва мы успели промочить горло, как обещанный мусоровоз прибыл. Модест дал ему знак остановиться, едва он въехал в ворота. Брусникин с интересом осмотрел чудо техники авторства Эммы и Василия.

— Интересно, я думал, что знаю все конструкции в этой сфере, — задумчиво пробормотал он, потирая подбородок.

— Я основал тюнинговое агентство «Северный ветер», — пояснил я. — Это наша разработка, довели до ума механизм, да и сам кузов.

— На каких же мощностях новый кузов отлили? — заинтересовался Брусникин.

— Без комментариев, Федор Валерьевич. Как и технологии переработки мусора — это коммерческая тайна рода Берингов.

— Понимаю, — протянул советник без особого энтузиазма. — Тогда вернемся к тайнам этого предприятия. Демонстрируйте.

Я дал отмашку Модесту, он жестами скомандовал шоферу, в качестве которого совсем неслучайно выступал Лемешев. Я же комментировал происходящее для комиссии, которая наблюдала за процессом с живым интересом.

— Мусоровоз направляется по огороженной дороге в зону выгрузки. Она, как видите, оборудована транспортной лентой. К сожалению, водитель слегка промахнулся, небольшая часть груза попала на поле вне рабочей зоны. Не проблема, наш сотрудник Фаррух на бульдозере счистит остатки мусора на конвейер.

— Остановитесь на минуту! — попросил Брусникин. — Давай, милый, возьми анализы после выгрузки. А то мало ли, окажете что специально для нас чем-то стерильным машину загрузили.

— По запаху не скажешь, — фыркнула дама, — вонь настоящая.

Стажер, впрочем, что-то быстренько замерил, и предъявил результаты Брусникину.

— Ладно, зафиксировали результат. Потом сравним.

— Вот я запустил ленту, это делается большой красной кнопкой на стене. Мусор уходит в зону сортировки и обработки.

— А в ней кто трудится?

— Никто, переработка полностью автоматизирована.

— Мы можем посмотреть на этот процесс?

— Нет. И сами видите, над окном ленты висит табличка «Не влезай, убьет!» Это действительно так. Находиться в зоне переработки опасно. Было бы опасно, но у нас установлена защита от дурака, а заодно и от случайно оставшихся в мусоре животных. Сейчас нам повезло, или нет, как посмотреть, никакая кошечка в эту партию не забрела. Если хотите, можете отловить где-нибудь, кинуть на конвейер, фильтр ее не пропустит, а инфразвуковой барьер отпугнет любую живность. Ну как, отловите?

— Нет, — сморщила нос дама. — Поверим на слово. Странно выглядит ваш фильтр, будто бы черное облачко над лентой зависло.

— Это тоже защита от любопытных глаз. Теперь, когда весь мусор передан, зона погрузки должна пройти санобработку. Прошу всех покинуть помещение, очистка займет минут пять. К тому времени плоды переработки переместятся в зону хранения.

Ангар, в котором выгружался мусоровоз, закрылся. Внутри заработала магия, о чем им знать не обязательно. Заодно заклинание расщепило на составляющие и видеокамеру, которую Аркадий якобы незаметно подкинул в угол. Еще одна проследовала в зону переработки, но и она покажет лишь темноту фильтра. Того самого «темного облачка».