Машина смерти
Шрифт:
Неожиданно прогремел динамик:
– Борт 4907 ко взлёту готов.
– Борт 4907, взлёт разрешаю, - ответил я.
– Давай, запускай свою птичку.
Все молча наблюдали взлёт самолёта. Трёхмерный радар работал отлично. Никто не мог оторвать взгляда от последнего самолёта, соединявшего нас с домом. Мы видели, как самолёт поднялся над мысом Хэллет. Затем "Последний вздох" набрал высоту над горой Сабины и, покачивая крыльями под ударами антарктического ветра, взял курс домой, в Штаты.
Мысль о доме пришла в голову всем одновременно. В моём сознании сразу ожили пейзажи моего родного штата Вайоминг в разгар весны. Медведи гризли, грозно бродящие после зимней спячки; огромные
– Давай-ка проведаем Счастливчика, - сказал я Саю Блэквеллу.
Но прежде, чем я успел сдвинуться с места, зазвонил телефон. Звонили из администрации станции. На связи был сам контр-адмирал Гарри Батлер, по прозвищу Счастливчик. Свою кличку он заслужил тем, что, когда большинство из нас страдало характерной для Мак-Мердо хронической усталостью толстой кишки, он ходил с неизменной улыбкой на лице.
– Сэм! ______________________________
По Фаренгейту.
– 126,9F = -88,3C. Температура по шкале Фаренгейта связана с температурой по шкале Цельсия соотношением: tC = /(tF-32).
National Security Agency of the United States - Агентство Национальной Безопасности США - АНБ.
– 6
Я мысленно щёлкнул каблуками.
– Сэр?
Голос шефа гремел, как двигатель только что покинувшего нас самолёта.
– Оставь включённым аварийный сигнализатор.
– Что-то не так, сэр?
Контр-адмиралы редко бывают довольны.
– Сэм, ты любознательная гражданская крыса! Научишься ты когда-нибудь отвечать шефу "Есть, сэр!" и выполнять приказ беспрекословно?!
– Нет вопросов, адмирал, - ответил я.
– Будьте уверены. Я только хотел сказать, что мы включены в общую систему наблюдения и если что-нибудь случится...
– Черт тебя подери, Сэм!
– Есть, сэр!
– заорал я в трубку, но связь прекратилась.
Я сидел минуту неподвижно, голос адмирала эхом звучал в моей голове, и это не давало мне возможности сообразить, что же такого могло произойти с нашим "Последним вздохом". Катастрофа выглядела маловероятной, поскольку в любом случае мы бы приняли сигнал бедствия. Я обернулся и обнаружил, что чёрное лицо Сая Блэквелла рассматривает меня с вежливым любопытством. Это занятие я прервал просьбой:
– Займись ужином.
Мой мудрый приказ он передал по цепочке.
– Есть, сэр!
– услышал я голос младшего оператора радара, которого звали Лейси. Тем не менее, Лейси словно прилип к радару, внезапно чем-то обеспокоенный.
– Кажется, нас посетило привидение...
– едва слышно пролепетал младший оператор.
Услышав его голос, я посмотрел на экран, где светилась яркая чёткая точка находящегося в морозном небе неопознанного объекта. Это был не "Последний вздох".
Неизвестный объект приближался к Мак-Мердо со стороны полуострова Палмера, лежащего далеко к востоку от нас. Это означало, что объект добирался до наших южных широт со стороны Латинской Америки, а этот путь был долгим и рискованным. Я мгновенно сообразил, что следует запросить систему Ай-Си-Би-Эм, но радар уже опознал цель и выдал данные: "боинг-707", высота полёта 31000 футов, скорость 658 миль в час. Таким образом, незнакомый самолёт находился менее, чем в часе лёта от Мак-Мердо. На посланный сигнал "свой-чужой" незнакомец выдал совершенно правильный
ответ. Вдруг, в том месте на экране радара, где только что была лишь точка, вспыхнуло зелёное свечение. Это означало аварийную ситуацию. На станции все решили, что наблюдаемый объект терпит бедствие.Солнце продолжало медленно клониться к холмам на горизонте. Лёд уже казался чёрным. Я повернулся к Саю.
– Позвони в аэропорт и скажи, чтобы кто-нибудь сходил за ужином.
Пока Сай этим занимался, я взял трубку и связался со Счастливчиком Батлером, который молча выслушал моё сообщение.
– Продолжай наблюдение, Сэм, - невозмутимо изрёк он.
Неожиданно зелёное свечение на экране исчезло, и осталась лишь обычная
– 7
движущаяся точка.
– Что за чёрт!
– сказал я охрипшим голосом.
– Подожди, - услышал я голос адмирала.
– Слушай меня внимательно. Распорядись привести в порядок взлётно-посадочную полосу! Нужно убрать её так, чтобы она была похожа на гладильную доску. Если "боинг" удачно приземлится немедленно очистить весь лёд с его корпуса! Подготовь всё для заправки. Пусть зальют столько топлива, сколько влезет. Если надо, то и все двадцать пять тысяч галлонов. Вопросы есть?
Моё любопытство и на этот раз сыграло со мной злую шутку.
– Вы хотите сказать, сэр, что эта штуковина снова будет взлетать?
– Черт тебя подери, Сэм!
В приступе гнева контр-адмирал бросил трубку. Я вызвал Шельф-Стрип и, продолжая следить за точкой "боинга", лениво, как сонная муха, ползущей по экрану радара, передал все распоряжения Батлера. За те семь месяцев, которые я провёл на Мак-Мердо, нас никогда не посещал самолёт весом более трёх тысяч фунтов. Летом для этой цели служила долина Вильямса на острове Росса, покрытая мощной коркой льда толщиной в восемь футов. Но там никогда не приземлялось ничего, тяжелее "супер-конни". А зимой наш старичок "геркулес Си-130" садился на Шельф-Стрип, нашу взлётно-посадочную полосу. Так что шанс удачно приземлиться у незнакомца всё-таки был. А вот мысль о последующем взлёте в это время года казалась, по меньшей мере, нереальной. Если незнакомец удачно взлетит, это будет последним счастливым взлётом сезона. Удручённый своими мыслями, я вышел на связь с пилотом "боинга" и сообщил ему параметры приземления. При этом я с удовольствием вспомнил, что у нас никогда не было проблем с электроэнергией, которую на Мак-Мердо в изобилии вырабатывала атомная станция Пи-Эм-3. В такой холодрыге приятно было сознавать, что тебя всегда готова согреть тёплая печка, пусть даже ядерная.
Цепочку моих мыслей опять прервал ворчливый зуммер интеркома.
– Сэм, - загудел в трубке рокочущий бас Счастливчика Батлера, - я снимаю тебя с дежурства! Передай все дела этому, как там его... Блэквеллу. А сам сейчас же ступай в здание администрации.
– Но сэр, а как же...
– попытался я вставить слово, но щелчок в трубке и тишина напомнили мне, что связь с непосредственным начальством носит односторонний характер. Некоторое время я приходил в себя, потом повернулся к Саю и коротко бросил ему:
– Остаёшься за старшего.
В ответ он лишь молча кивнул и стал помогать мне в тяжёлой, часто повторяемой в жизни каждого полярника процедуре одевания, завершающейся натягиванием алой шубы, служащей разновидностью униформы для всех сотрудников станции Мак-Мердо.
– Они не любят засиживаться в Ливенворте, Сэм.
– Блэквелл распахнул дверь и помог мне шагнуть в морозные сумерки.
Жгучий холодный воздух проник в самые потаённые закоулки моих, всё ещё тёплых, лёгких. Температура воздуха упала до шестидесяти градусов ниже нуля и ______________________________