Марья Вранница
Шрифт:
– Вранница упоминается?
– ткнул я пальцем в небо.
– А вот, кстати, да. Раза по три на каждой странице. Как ты думаешь, Денис знает польский?
– С чего бы?
– Ну, это его предки...
Я неопределённо хмыкнул, покачав головой, и углубился в изучение фотоотчёта с какой-то выставки бородатого года.
Денис вернулся под вечер. Один. Светку к тому моменту уже распирало от желания задать ему целую кучу вопросов по поводу дневников на русско-польском, но, увидев выражение лица моего старого друга, она предпочла оставить их все при себе. Его трясло крупной дрожью,
– Собираемся и уезжаем...
– хрипло скомандовал он с порога, ухватившись за дверной косяк.
– Едем? А... А Юлька где?
– Едем срочно!
– выкрикнул Деня и разрыдался.
Привести его в себя и заставить рассказать, где же Юля, у нас получилось далеко не сразу, но полная чашка горячего чая, щедро сдобренного коньяком, сделала своё дело. Следуя литературным клише, я должен был бы сказать, что рассказанная им история потрясла нас и напугала до дрожи в коленях, но всё было не так. В первую очередь мы заподозрили, что Юля с Деней вместе решили продегустировать местные грибы.
Как мы и думали, влюблённая парочка справедливо решила, что посещать памятные места развенчанной легенды нам будет не очень интересно, так что, наскоро позавтракав, они отправились в маленькую экспедицию вдвоём, прихватив с собой термос чая и пару бутербродов. До Девичьего камня Денис и Юля добрались быстро и без приключений. Побродили вокруг, самопровозглашённая ведьма с умным видом поразмахивала над валуном руками, поражаясь его энергетике.
А вот с обратной дорогой всё вышло не так гладко. Возвращались они вроде бы по той же тропе, по которой и пришли, но при этом никак не могли понять, где находятся. Сосновый бор, куда более древний, чем деревенька Враново, окружал со всех сторон, а разлапистые ветви деревьев практически заслоняли небосвод.
– И страшно было, понимаете?
– проговорил Денис, содрогаясь всем телом.
– Такая жуть стала накатывать непонятная, будто всё хорошее в жизни уже закончилось, а дальше - только тьма и ужас.
Мы торопливо успокоили его какими-то глупыми фразами, и он продолжил рассказ.
Бор становился всё неприветливее, а на ветвях, склонявшихся почти до самой земли, стали появляться вороны. Огромные, откормленные, лоснящиеся, они провожали Дениса и Юлю колючими взглядами, лениво прыгали по корявым сучкам и иногда хрипло каркали.
– Словно старухи смеялись, - сравнил Денис.
– Противно так, скрипуче...
А дальше началось что-то совсем уж непонятное. Сгустился сумрак, воздух стал вязким. Было даже ощущение, что его приходится с усилием проталкивать в лёгкие. Я вздрогнул, вспомнив ощущения из своего кошмара. Одновременно с этим на Дениса и Юлю навалилась жуткая апатия. Разговор затих, они оба погрузились в свои мысли. Между деревьями замелькала неясная тень огромного размера, но в тот момент это почему-то совершенно не напугало моего друга и его спутницу. Карканье звучало уже непрерывно, со всех сторон, словно мерзкие птицы предчувствовали что-то.
Тень мелькала всё ближе и ближе, вопли ворон превратились в настоящий смех, хриплый и надсадный, как кашель тяжело больного человека.
А потом раздался
вопль, и Денис окончательно утратил контроль над своим телом. Ноги его подогнулись, и он рухнул на землю. Мышцы ломило, словно ему только что пришлось пробежать марафон с мешком цемента на плечах, он жадно глотал вязкий, пропитанный непонятной вонью воздух. А ещё - благодарил высшие силы за то, что трава, редко пробивавшаяся через ковёр из шишек и иголок, устилавший землю, загораживала ему обзор и мешала увидеть, что происходило с Юлей. Он мог разглядеть только, как шевелилось нечто огромное, тёмное...– А ещё звуки...
– прошептал мой друг, сделав жадный глоток чая с коньяком.
– Будто мокрые тряпки рвутся. И чавканье. Мерзкое такое. С причмокиванием. А вороны облепили все деревья вокруг этого существа. Молча. И по одной, может, по две спускались и тоже клевали. Как причастие...
Плечи Дениса снова заходили ходуном, и мы решили не мучать его продолжением истории. Заставили выпить ещё немного коньяка и уложили спать. Разморённый алкоголем, он быстро забылся беспокойным сном.
– Что будем делать?
– шёпотом спросила Света, когда мы вернулись на кухню, оставив Деню в комнате.
Я пожал плечами:
– Не знаю. Как думаешь, что у них там произошло?
Света обхватила себя руками за плечи и быстро прошлась взад и вперёд по комнате.
– Звери напали на них? Или просто галлюцинации? Может, то и другое. Не знаешь, Денис употребляет что-нибудь?
Я помотал головой. Насколько я знал, Денис всегда старался держаться подальше от наркотиков.
– Пойдём её искать?
– спросила Света.
Я посмотрел за окно. Ночь стремительно опускалась на Враново, скрадывая острые углы и окрашивая стены деревенских домов в тёмно-серые цвета.
– Нет, Светкин, не пойдём, - она возмущённо вскинула голову, и я поспешил продолжить: - Ты этот лес не знаешь, я тоже. Денис идти не в состоянии. Ночью только сами сгинем.
– Ну, может... Может, кого-нибудь из местных попросим нас проводить?
– Кого, Свет?
– Да хоть кого!
ТУК.
Громкий стук в стекло заставил нас вздрогнуть и замолчать.
ТУК. ТУК.
– Что это?
– шёпотом спросила девушка.
– Не знаю...
– так же прошептал я, стараясь отогнать от себя образы из ночного кошмара. Шумно сглотнув, я сделал шаг в сторону окна. Сейчас отдёрну штору, а там белая рука с птичьим когтем вместо ногтя...
– Ворона...
– с облегчением выдохнула Света и замахала руками: - А ну, пшла!
Наглая тварь громко каркнула, отряхнулась, распушив оперение, и грузно спрыгнула с подоконника, скрывшись во мраке. Мы перевели дыхание.
– Свет, мы не можем идти ночью в незнакомый лес. А из местных тут только старухи древние, куда они нас поведут?
– Проверь телефон, Дим...
– попросила Света.
Я достал трубку. Как и ожидалось, сети по-прежнему не было - Денис так и предупреждал. Думаю, ещё в начале разговора мы оба уже понимали, что нам придётся ждать утра. Мы не знали ни дорог, ни леса, а надеяться на помощь местных не было смысла.
– Ладно...
– выдохнула девушка, решаясь на что-то.
– Давай по кофе?