Маленькая страна
Шрифт:
– Так не рада меня видеть?
– черные брови взлетели домиком, слишком наигранно, чтобы всерьез.
– Синяки от нашей первой встречи еще не сошли, чтоб я жаждала заполучить новые!
– Ну-у, - не, не чувствовал он себя виноватым, - ты просто держи себя в руках, и мне не придется делать этого за тебя.
– Очень рада, что вам так весело. Я собиралась в библиотеку. Вы не позволите мне пройти?
– В библиотеку?
– он глянул весьма скептически.
– Ларис, скажи мне честно, ты в окно хоть изредка смотришь?
– Изредка. К сожалению. Взглянула б
– Не дерзи. Во-первых, ты меня и с двух шагов не признала, не то что из окна. А во-вторых, ты правда веришь, что тебя бы это спасло? Просто по возможности хотелось бы отложить знакомство с родителями.
– З-зачем с родителями?
– Взглянуть, у кого ж такое чудо выросло. Ты посмотри вокруг: тепло, солнышко, птички поют. А ты собралась весь день в стылом подвале провести. Нет, библиотека отменяется, мы с тобой гулять идем.
– Куда?
– я сделала еще пару маленьких шажков назад.
– В парк. Городской. Общественный, - его, похоже, мои маневры забавляли.
– Я имею право отказаться?
– постаралась взять себя в руки. Да что ж я его так боюсь? Ну, вампир. Не съест же он меня теперь. Если б вампиры убивали каждого встречного, людей на земле бы уже не осталось, разве нет?
– Право имеешь. Возможности крайне ограничены.
– Пожалуйста, ну что вам от меня надо? Я не хочу вас видеть, не хочу вас знать, хочу вообще забыть, что в этом мире существуют вампиры. Вы мне сами сказали, что прекрасно проживете без моей любви всем вашим дружным вампирским коллективом.
– Этот мир создан вампирами, Лариса, и забывать об этом крайне опасно. А я просто хочу с тобой поговорить. Неужели так трудно пройти со мной под ручку по центральной аллее парка. Крайне людной в это время суток.
– Мы уже говорили, - я, по-прежнему, потихоньку пятилась, он, столь же мелкими шажками, наступал.
– Я говорил. А ты попросту сбежала. Предварительно попытавшись устроить драку. А еще утверждала, что у тебя есть вопросы. А потом передумала их задавать. Это не правильно, Лара, нельзя убегать от проблемы, надо ее решать.
Вот я уже и Лара. А как все вежливо начиналось: "проходите, садитесь..." А дальше что - он объявит меня своей собственностью и уволочет в заоблачную даль?
– У меня нет проблемы, куратор. Я не знаю, что за проблемы у вас, что вы преследуете меня, и, поверьте, не хочу о них знать.
Я решительно развернулась, чтобы уйти обратно в дом. Но тут подъездная дверь резко распахнулась, и на пороге возникла моя мама, в распахнутой куртке, спешно наброшенной поверх домашнего платья.
– Что здесь происходит?!
– решительно ринулась она в бой.
– Вы почему не даете прохода моей дочери?! Лариса, это он? Это он тебе все руки изуродовал? Я сейчас же вызываю Силы Правопорядка!
Юркнув за мамину спину, я взглянула на него из-за ее плеча. И надежда на спасение разбилась о насмешливый взгляд его нечеловеческих глаз.
– А вы Ларисина мама, да?
– произнес он совершенно дурацким голосом, дождавшись паузы в ее монологе.
– А меня Антон зовут. Мы с Ларисой в универе познакомились, ну, мы же оба с медицинского...И Лариса обещала
Он что, правда думает, что его можно принять за наивного студента? Да его вампирские очи сияют так, что среди ночи день бы сделали! И он что, полагает, что она этого в упор не разглядит?
– Так вы ее мальчик?
– изумилась мама уже совсем другим голосом.
– Ларочка же нам совсем ничего не рассказывает. А я в окошко увидела, испугалась, думала незнакомый кто, да плохое чего замыслил. А в парк идите, конечно, погода-то какая. Лариса, иди-иди, не спорь, не обижай мальчика. Никуда не денется твоя библиотека. И так все время одна да одна. Как Лизочка-то от нас уехала...
– Мама, перестань!
– Пойдем, Лариса, не расстраивай маму. Вот сумку ей отдай, и пойдем, зачем тебе с собой тетрадки таскать.
– Да-да, Ларочка, давай твою сумку, я в дом-то отнесу, и правда, не нужна она тебе, - мама вцепилась с сумку, как клещ, и не успокоилась, пока ее не заполучила.
Да что ж он делает с ней, этот "милый мальчик Антон"?!
– Хорошо! Ладно! Я иду! Все довольны?
– Конечно, Ларочка, - проговорил он елейным голоском, даже не маскируя насмешки, - вот давно бы так.
Приобнял и повел прочь от родного дома под полным одобрения маминым взглядом. Доведя до лужи, резко обхватил меня ладонями за талию и взлетел. Невысоко, наши подошвы едва не задевали воду, мы словно скользили по ней. Издалека и не понять, что мы летим, но мама-то стояла здесь, рядом, и все прекрасно видела, и должна была понимать, что мальчику Антону такое не по силам. Но, судя по ее спокойной улыбке, не понимала.
– И что теперь, прикажете величать вас Антоном?
– не выдержала я, когда мы отошли на достаточное расстояние.
– Зачем?
– искренне удивился он, - Анхен звучит куда благозвучней. А вот обращаться лучше на "ты", у нас все-таки очень неофициальная встреча.
– Тогда, может, и руку свою уберете, - я попыталась сбросить ее, нагло устроившуюся у меня на талии, едва мы перелетели лужу.
– Может, - легко согласился он. И ничего не изменилось.
Я рванулась. Он не стал удерживать. Просто молча смотрел, как я пытаюсь сохранить равновесие.
– Зачем. Вы. Надо мной. Издеваетесь.
– то, что начиналось как вопрос, закончилось как утверждение. Но я была уже достаточно зла на него, и полна решимости не сходить с места, пока он мне не объяснит.
– Я?
– опять искреннее удивление.- Но я не издеваюсь. Я просто пригласил тебя на прогулку. И изо всех сил пытаюсь быть вежливым, несмотря на твое невообразимое поведение. Вот почему тебе все время надо мне противоречить? Почему нельзя просто сделать так, как я прошу? Ты не одну мою фразу не нашла для себя достаточно приемлемой, чтобы просто сказать "да". Это что, так немыслимо трудно?
– А вашей мудрости не пришло в голову, что я просто не хочу никуда с вами идти? И не обязана говорить "да"? Что мне само ваше общество НЕ приятно?