Чтение онлайн

Он внимательно изучал меня.

— Да.

Я задумалась о том, что читала в Интернете и в художественной литературе.

— Почему тебе это нравится?

— Ты спрашиваешь, было ли что-то, что сформировало мои предпочтения? — на мой кивок он ответил: — Нет. Здесь нет трагической предыстории. Никаких необычных рассуждений. Мне нравится контроль во всех сферах моей жизни. Это то, что я всегда предпочитал, и то, кем я всегда был. Все просто.

Ничего в этом не кажется простым.

— Есть ли правила

— Правила есть, но мне не хочется тратить время и силы на составление дурацкого контракта, который не стоит бумаги, на которой напечатан. Мы будем общаться, как в любых других отношениях.

Я покрутила вилку взад-вперед, нажимая зубцами на крошки торта, собираясь с духом.

— Ты, эмм, делишься или одалживаешь свою пар…

— Нет, блядь, — глаза Максимо вспыхнули, и он уставился на меня напряженным взглядом. — Если ты моя, то ты моя.

Все это было хорошо, но это не означало, что не было дюжины других женщин, преданных ему, пока он чередовал их.

Я сглотнула.

— А ты…

— Каждая чертова часть меня — твоя.

Мне пришлось заставить себя дышать, не обращая внимания на стук в груди и пульсацию клитора.

Максимо, должно быть, не понял напряжения, охватившего мое тело, потому что выражение его лица смягчилось.

— Мы можем закончить этот разговор в другой раз. Ешь свой торт и расслабься.

Я кивнула, но есть не стала — мысли были заняты другим. Через минуту я спросила:

— Это только в спальне? Сцены или что-то еще?

— Нет. Это не ради забав и хихиканья. Это двадцать четыре часа в сутки. Если ты согласна, это будет твоя жизнь, пока ты не решишь, что больше не хочешь этого.

— Как это будет работать, когда я перееду?

Его челюсть сжалась.

— Ты не переедешь.

— Я не могу остаться здесь.

— Почему, черт возьми, нет?

— Потому что мне восемнадцать.

— И?

— И я достаточно взрослая, чтобы быть самостоятельной. Найти работу. И все такое. Я не могу просто остаться здесь и… что? Быть твоей шлюхой?

Хлопнув ладонью по столу, он поднял два татуированных пальца на другой руке.

— Ты уже дважды намекаешь на то, что мне нужно тебя купить. Я не плачу за киску, а ты точно не шлюха. Чтобы ты ни накрутила в своей голове, выкинь это оттуда. Сейчас же.

Его слова помогли мне избавиться от гноящегося стыда. Маленький голосок в моей голове говорил, что я не права, что меня заинтриговало то, что он предложил. Что я шлюха, раз хочу этого.

Я сосредоточилась на своей тарелке.

— Я просто не понимаю этого.

— Посмотри на меня, — когда я посмотрела, он спросил: — Какую часть?

— Что я буду делать?

— Ты будешь делать то, что я скажу. Кроме этого, плавать. Читать. Шить. Делай все, что захочешь.

— Что ты от этого получишь?

— Помимо тебя? Я получу возможность заботиться о тебе.

— И это стоит всего этого? — спросила я, не понимая, как ему может быть выгодна забота обо мне.

Откинувшись назад,

— О, маленькая голубка, это того стоит.

Если бы можно было спонтанно испытать оргазм, я была бы уверена, что испытала бы его.

Стараясь не отвлекаться от темы, я спросила:

— Вещи, которые ты бы мне говорил делать… они необычны? Ты, типа, имеешь фетиш?

— Твою мать, — пробормотал он, но в его голосе не было оскорбления, так что это было хорошо. — Нет, Джульетта. Я не собираюсь просить тебя одеться в костюм гимпа и избивать меня всякой дрянью или что-то в этом роде.

— Костюм гимпа?

— Неважно. Я хочу сказать, что мои вкусы довольно скромные.

— За исключением того, что тебе нравится полный контроль над всем, — отшутилась я.

Но Максимо не воспринял это как шутку и лишь поднял подбородок в знак согласия.

— За исключением этого.

Я была рада, что он не любит ничего странного, но я все еще не была уверена, что смогу справиться с основами. У меня никогда не было секса. Я могу быть ужасна в этом.

Глубоко вдохнув, я пролепетала торопливым шепотом:

— Я никогда не занималась сексом и вообще ничем не занималась.

Когда он тихо выругался, у меня в животе образовалась яма.

Он собирается передумать.

И я разочарована.

Почему я так разочарована?

— Посмотри на меня, — приказал он.

И что это за мания — смотреть в глаза?

Тем не менее, я сделала, как он сказал, и с облегчением увидела довольную улыбку, искривляющую его губы.

— Я научу тебя тому, что мне нравится, — его улыбка переросла в волчий оскал. — Что еще важнее, я научу тебя тому, что нравится тебе.

Определенно спонтанный оргазм.

Когда я замолчала, он спросил:

— Что еще тебя смущает?

— Это кажется неожиданным.

— Это не так.

— Мы ничего не знаем друг о друге, — заметила я.

— Чтобы ты хотела узнать?

Я на мгновение задумалась, прежде чем начать с самого простого.

— Какой твой любимый цвет?

Его уголки губ приподнялись.

— Серый.

Логично, ведь именно в нем он живет.

— Сколько тебе лет?

— Тридцать три.

Примерно так я и предполагала, но все равно было удивительно.

— Это очень молодо для того, чтобы владеть курортами и, — я жестом показала вокруг, — всем этим.

— Я унаследовал три из четырех моих владений, хотя я много работал, чтобы построить их и сделать своими, — он сделал аналогичный жест вокруг. — И они процветают.

Это мягко сказано.

— Твоя семья рядом?

Я не могла представить, чтобы семейные ужины проходили, пока я была заперта наверху.