Мальчик и Ангелы
Шрифт:
— Я видела только его спину. Серая дешёвая ветровка, кепка на голове, джинсы. Моя мать сидела на стуле возле зеркала, отец лежал на полу. Знаешь как говорят — "отнялись ноги"? Вот у меня именно так и было. Я просто сьехала на пол. Он моментально повернулся, пистолет посмотрел мне прямо в глаза. Такой чёрный, жадный зрачок. Потом я узнала что это была "Беретта" с глушителем. Он пользовался ей, говорил что это популярный пистолет, тяжело проследить.
На некоторое время наступила тишина, потом глоток, и клацание стекла о стекло. Звук стакана, опускаемого на журнальный стол — догадался Филин.
— Я не знаю о чём я тогда думала.
— Зачем?
Филин не видел что происходит в гостиной, но был уверен что Рики пожала плечами.
— Я не знаю. Я не могла понять почему он меня не убил. Это было-бы правильно, понимаешь? А он не убил. Я шла за ним, не помню сколько. Наконец он повернулся, и спросил: "Чего ты хочешь?". Я молчала. У меня в голове было пусто. Как ровное серое небо, не видно ни солнца, ни туч. Просто ничего. Такое небо у нас по полгода. В тот день оно тоже было такое. Он сказал: "Скажи что тебе надо, или уходи домой".
Голос девушки звучал монотонно, она ушла в воспоминания.
— Я попросила его убить меня. Он спросил нормальная-ли я. — Рики хмыкнула. — Мне хотелось плакать и смеяться. Он убил моих родителей, и спрашивает нормальная-ли я, здорово, да? Я хотела сделать ему больно, и сказала что он боится довести работу до конца. Он забрал у меня жизнь, так пусть сделает это по полной!
Филин слышал как тяжело дышит в гостиной Спартер.
— Налей ещё… Спасибо.
Рики снова отпила из стакана, и продолжила.
— Он так странно посмотрел на меня. "Ты отдаёшь мне свою жизнь?". Я до сих пор вижу этот взгляд во сне, и не знаю что он значит. Я молчала, и тогда он взял меня за руку и повёл с собой.
— Зачем? — снова вырвалось у адвоката. И девушка снова ответила:
— Я не знаю. Думаю что ему было одиноко, что у него начинала ехать крыша. Ему нужен был кто-то, с кем он мог жить.
— С девочкой, чьих родителей он убил?!
— А почему нет? У него не было друзей, он жил в чужой стране. Его звали Влад, он был русским, какой-то бывший исполнитель для КГБ, или ещё какой-то их службы. Потом был инструктором. Когда крысы побежали с тонущего коммунистического корабля, он тоже дёрнул в Америку. И обнаружил что никому не нужен. Всё что он делал всю жизнь — это убивал. В Америке он стал работать наёмным убийцей, продолжая существовать как привык. Ему не нужны были деньги — я видела его счета. Просто он ничего другого не умел, и не знал что ещё делать. Я оказалась таким-же осколком судбы как и он, мы прекрасно подходили друг другу. Я более-менее давала ему то, чего ему не хватало. Была дома, когда он возвращался, слушала его рассказы о прошлой жизни, о друзьях и врагах, спала с ним…
— Он… он насиловал тебя? — Спартер еле выдавил эти слова.
— Можно изнасиловать свою вещь? — в голосе Рики послышалась ирония. — Спарт, выпей, на тебя смотреть страшно. Да, я была его вещью. Мне было всё равно, понимаешь? Сперва было больно, но потом я привыкла. Я была беспомощна, безвольна, пренадлежала ему. А она говорит мне — "ты не знаешь что это такое" — фыркнув, добавила девушка непонятную фразу.
— Но
он не бил меня, над головой была крыша, я не голодала. Грёбаного чёрта, меня можно было назвать счастливой по сравнению с третью города!— Счастливой?! Как ты можешь так говорить?! Это бесчеловечно! Этот, этот монстр держал тебя как… как вещь!
— Заткнись, это мой рассказ или твой? — стакан стукнул по столу. — Ну и что, что держал? Я чувствовала себя вещью, так какая разница? Налей ещё…
Филин прислонился затылком к стене. Не удивительно что у девчонки такие закидоны.
— Может хватит? Ты выпила уже два стакана…
— Пожалуй ты прав. Мне ещё надо дотянуть до финала этой мелодрамы… Будет чертовски глупо если я упаду рожей в стол! Так, на чём я остановилась? Ах, да, спокойная жизнь с первым мужчиной… Короче, год спустя я попросила его научить меня. Ну, убивать.
Рики засмеялась, видимо лицо Спартера вытянулось, как обычно случалось когда он открывал неприглядные части жизни, о которых подобные ему люди предпочитали не задумываться.
— Сейчас попробую объяснить так, чтобы ты понял…
Судя по голосу, девушка немного плыла, но пока это никак не сказывалось на осмысленности её речи.
— Мой отец, он был таким как ты. Знаешь, из тех что считают что глобальное добро победит, и путь к этому — всем стать белыми и пушистыми. Подставляй вторую щёку, а потом и задницу — всё в этом духе.
Теренс издал какой-то звук, но сдержался.
— Я очень его любила, как каждая нормальная девочка. Во всём старалась подражать ему, даже когда эта глупость стоила себе дороже. Иногда у меня возникал вопрос — почему плохие люди живут лучше, почему они получают то, что хотят, а я нет? Но я никогда не говорила об этом с отцом, мне казалось что этим я его огорчу. Покажу что я недостаточно хорошая дочь, не понимаю его как нужно. Я не виню его, он был хорошим человеком, и хорошим отцом. Старался дать мне ту жизнь, которую считал правильной. Если-бы не случай, наверное и я прожила-бы в этом мыльном пузыре свою жизнь. Но так получилось что пришёл Влад, и четырьмя выстрелами ответил на мой вопрос.
Спартер видимо не понял, и Рики пояснила:
— По два на цель, второй в голову, контрольный. Да, я тоже думаю что двойка — фигня. Тройка куда надёжнее.
Филин невольно оскалился, услышав нервный вздох адвоката.
— У меня взяло примерно год привести в порядок свою голову, а потом проснулось желание жить. Быть способной влиять на свою жизнь, и жизни других. Чтобы никто не мог больше сделать меня своей вещью. Тогда-то я и попросила Влада учить меня. Знаешь, я думаю что он этого ждал, и даже надеялся, — добавила Рики задумчиво. — Это дало ему вернуться назад, жить прошлым. Иногда он даже называл меня "курсант".
Она засмеялась.
— Если все русские инструктора так дерут своих курсантов по ночам, это многое объясняет!
Стекло звякнуло о стекло, что-то забулькало, и спустя какое-то время — кашель Спартера.
— Короче, быстро прокручиваем вперёд, лет этак на шесть. Или семь? Да какая разница… Короче. Я выяснила кто заказал моих родителей. Это был местный бандит, достаточно крупный, некто Джонни Лердер. Мои отец и мать имели счастье заметить Лердера в неправильном месте, в неправильное время. Джонни-Л связался с Владом, и убрал их.