Максималистка
Шрифт:
Вера подумала:
– Вот и я стану так же уныло и тупо собирать эти коробки в этом унылом месте. Чего не сделаешь, если надо. Главное – не раскисать.
Ход ее мыслей прервал тот самый Олег Николаевич, обратившийся к одной из работниц:
– Оля, покажи и расскажи девушке, что нужно делать. А я пойду, получу пока упаковку.
И он мигом удалился, оставив Веру вместе с Олей, девушкой невысокого роста и приземистой фигурой, смотревшей на нее если не презрительно, то явно с холодком. Да, собственно, так на нее поглядывали и все остальные – надменно и с нескрываемым интересом: что будет дальше.
–Ну,
Оля указала Вере на место возле себя.
–Что ж, работать, так работать, – и Вера начала свою трудовую деятельность в этом сером и безрадостном месте.
Глава IV
Работа была до смешного простой, но вскоре от монотонных движений начали болеть руки и кружиться голова. Вера, конечно же, не бросала свой труд, но вскоре прозвенел звонок, и конвейер остановился.
– Перекур, работничек! – иронически пропела Оля.– Сейчас обед.
– Не может быть, чтобы этот кошмар уже закончился, – подумала Вера. Она в изнеможении опустилась на стул, стоявший рядом. Многие женщины уже вышли из цеха, возле окна осталось три девушки, что-то бурно обсуждающие.
– А ты чего не идешь в столовую?
Вера подняла голову и встретилась с вопросительным взглядом миловидной черноволосой девушки.
– А, не хочется, – махнула рукой Вера.
–Понимаю, тяжело, – девушка явно была настроена с ней пообщаться.
– А нук, давай, поднимайся. Пройдешься со мной, я тебе экскурсию проведу по знаменательным местам. Пошли, пошли. Кстати, меня Ритой зовут. А ты – Вера. Это уже все знают, – усмехнулась Рита и препроводила Веру из пыльного цеха в коридор, где двигалась в разные стороны куча народу.
Рита действительно организовала за время перерыва полную экскурсию по их корпусу, показав Вере, все, что нужно: начиная со столовой и заканчивая туалетом.
–Ну, что? – минут через пятнадцать спросила она, – Как спина и руки, перестали болеть?
Вера кивнула головой.
– Это с непривычки, потом втянешься, и ничего болеть не будет.
Вера быстро представила безрадостную перспективу такой постоянной работы и внутренне содрогнулась.
– А я вот смотрю на тебя и не пойму, – Рита решила выяснить все до конца из первых рук. – Что ты здесь делаешь, чего пришла на такую работу? У тебя ж на лбу написано – человек умственного труда, интеллигент. Я ж не дура. Посмотреть на тебя – дай тебе в руки указку или посади в библиотеку – это будет то, что нужно. Руки у тебя ухоженные, ведешь себя не по-простому. Признавайся, девонька, откуда ты к нам залетела?
Вера в этот момент подумала – кто она такая, видно, оказывается, всем. А смысл тогда скрывать? И она вкратце рассказала Рите о своих перипетиях и, мягко говоря, неприятностях. Рита слушала, широко открыв глаза. В конце концов, она изрекла:
– Да, попала ты, Вера, в историю. Можно тебе, конечно, вернуться домой и опять работать с детишками. Чтобы без проблем.
– Я так совсем не хочу! Ничего не могу изменить, да? Я себя уважать потом перестану, если сейчас поддамся. Конечно, проще вернуться к родителям под крылышко. А что я могу сама? Неужели ничего? – Вера сказала то, о чем в последние сутки постоянно думала.–
Вот поработаю здесь какое-то время, а там видно будет.– Конечно, воля твоя. Но одно скажу – непросто тебе будет. И дай Бог мне в этом ошибаться. А теперь пошли в цех, пора уже, – Рита заторопила Веру. Девушки отправились на свои рабочие места, и вторая половина дня пролетела быстрее и легче. Или это просто Вера уже втянулась в работу.
Так прошло два дня, и каждый день все начиналось заново: ранний подъем, завтрак наспех под шумы и крики постояльцев хостела, монотонная работа и желание быстрее ее закончить. Только Рита привносила в этот серый безрадостный бег капельку оптимизма и света.
Иногда у Веры стихийно возникало жгучее желание закрыть глаза и сказать, что все это неправда, и она ко всему этому не имеет никакого отношения. Более того, один раз даже захотелось уехать домой, в свой маленький городок. Но мысль эту она быстро отогнала, понимая, что покоя там все равно не найдет.
Наступил третий день ее новой трудовой деятельности. Вера стояла за конвейером, предаваясь своим мыслям и автоматически делая свою работу.
–Как успехи? Справляетесь?
Обернувшись, она увидела свое начальство, то есть Олега Николаевича, начальника цеха, которого все называли «за глаза» Олежкой. Это было и понятно – молодой, симпатичный, да еще к тому же неженатый мужчина вызывал сильнейший интерес у коллектива, где, в основном, были девушки и молодые женщины.
– Все нормально, работаю. Пока получается, – иронически усмехнулась Вера. – Работа ведь не сложная.
–Это очень хорошо – изрек Олежка, но почему-то не уходил. Вскоре стало ясно, почему.
–Я хотел Вас спросить – а каковы Ваши планы на вечер? Может быть, сходим куда-нибудь, и я Вам более подробно расскажу, например, о нашей фабрике?
– Этот болван решил, что тема фабрики меня страшно интересует. Смешно, конечно, – подумала Вера, ни на минуту не отвлекаясь от работы.
– Должна Вас огорчить, Олег Николаевич, но сегодня ко мне приезжает подруга, и я буду весь вечер занята. Так что как-нибудь в другой раз, – как можно более мягко ответила она.
– Ну, что ж. Нет, так нет, – покорно ответил Олежка и, повернувшись, продолжил свой путь по цеху.
Но этот случай не остался без внимания у всех остальных. Глаза и уши близстоящих работали на прием, и вскоре информация распространилась по цеху со скоростью звука.
– Да, девахи! Мы тут долго и нудно обхаживаем нашего Олежку, который в сторону лишний раз-то и не глянет. А тут тебе здрасте, пришла и охмырила с первого разу. Чего в ней такого-то? Фифа размалеванная!– речь Сашки, давно уже положившей глаз на их начальника, была яркой и эмоциональной. – Ну, вот скажите, это справедливо, а?
– Да угомонись ты. Может, она ему просто понравилась, и все. Чего буянишь? – Ольга, хоть и была грубовата в жизни, но Сашку недолюбливала, поэтому отпарировала сразу.
– Получит она его прям сейчас! Как бы не так! – бросила Сашка и гордо удалилась в столовую.
Весь цех гудел. Одна Вера была в полном неведении – какая буря поднялась, оказывается, из-за нее. Отработав смену, уставшая и безразличная, она неспеша переодевалась в раздевалке. Внезапно выросшая как из под земли Сашка с нахальным и уверенным выражением лица подошла к Вере и громко, чтобы все слышали, сказала: