Чтение онлайн

– А как сделать, чтобы он заработал? И от чего он может защитить?
– поинтересовалась я.

– Не беспокойтесь, от любых слабых воздействий этот амулет вас точно защитит, активируется он просто, нужно прикоснуться к кристаллу, - охотно ответил маг.

Кулон смотрится вроде неплохо и на мне выглядит замечательно. Пожалуй, возьму, если цена устроит, амулет, конечно, слабый, зато вещица красивая.

– Боюсь, у меня не хватит денег на такую красоту, - удрученно говорю, снимая амулет.

– Неужели у такой красавицы нет одной серебряной монетки?
– удивляется маг.

– Есть, но этот кулончик не может стоить один серебряный, - отвечаю я.

– Не может, а стоит. Надо же помочь вашему горю, - улыбается маг-искуситель.

– Спасибо вам большое, - благодарно смотрю на хозяина лавки.

Кулон снова на мне, нереально дешево достался мне этот амулет. Решив тут же проверить приобретение, я коснулась кристалла и обомлела, он слабо вспыхивал,

– Это специально так сделано, чтобы покупатели-немаги могли увидеть, что артефакт активирован. Заряда хватает на неделю, потом придется подзарядить, - видя мое недоумение, пояснил маг.

– Никогда такого не видела, красиво смотрится, - не нашла что сказать я.

– Такое есть только у меня, больше никто в городе такого не делает. Да и я-то сделал на пробу, но раз вам понравилось, сделаю еще что-нибудь в этом духе. Один из покупателей надоумил.

– Покупатель магом видимо был?
– спросила я.

– В том-то и дело, что не маг, интересный паренек, пришел ко мне в лавку и попросил активировать любой амулет. Я его спрашиваю, зачем. Говорит, хочу посмотреть, что будет, понятное дело, что ничего он не увидел и вот тут-то и выдал мне, а почему в амулете нет индикатора активации. Я даже не понял, о чем он вначале, потом поговорили, он мне объяснил, оказывается, где-то далеко на севере что ли, это нормальное дело ставить такие индикаторы, - хозяину явно хотелось поболтать, и он явно был горд, что его товар пришелся по душе покупателю.

– А откуда был этот парень, я не слышала, что на севере кто-то живет, - удивленно спросила я.

– Не знаю, откуда они, но явно издалека. Он же еще потом у меня купил абсолютно бесполезную древнюю рукопись и потребовал, чтобы я покупку ему в сумку положил, вроде как у них сумка входит в цену товара, чудеса, да и только, даже интересно стало побывать на их родине.

– Их? Он не один был получается?
– невинно поинтересовалась я.

– Кого? Ах, да, парень с девочкой был, весьма странный ребенок, все время пока мы беседовали с молодым человеком, девочка старалась слиться со стеной и смотрела на меня такими глазами, будто я не маг, а самое жуткое чудовище в мире, - рассмеялся хозяин лавки.

Я едва не подпрыгнула, парень с девочкой, неужели мне дважды повезло, кулон почти даром достался, так еще и информация, о которой можно было только мечтать. Оказывается, Росмерт заходил сюда, и, если верить хозяину лавки, обещался еще зайти поболтать. Я невнятно распрощалась с магом и выскочила из лавки на улицу, это надо же - столько раз тут бродили и не догадались пройтись по магическим лавкам. Хотя кто знал-то, что он интересуется древностями, может еще и парень-то не тот, почему маг говорит, что Росмерт не обладал магическими способностями. Если Росмерт смог так разворошить Храм, то уж скрывать свои способности он, наверное, умеет, помнится, я тоже, когда его впервые увидела, не определила в нем мага. Ладно, разберемся, начало положено, если раньше я не знала ничего, то теперь у меня есть место, куда Росмерт может наведаться. Эх, жаль, нет Кревира, да тут и Торнед бы сгодился последить за лавкой, одной практически нереально выловить Росмерта у лавки, еще и магией пользоваться чревато проблемами с Храмом. Надо возвращаться домой, и так уже упарилась гулять, там и поразмыслить можно, что делать дальше. Обратный путь был еще невыносимей, жара просто убивала, даже в тени можно расплавиться, добравшись наконец до дома, я в изнеможении упала в кресло, почти сползая на пол. Хотелось есть и не хотелось вставать, неразрешимая ситуация, я немного повалялась в кресле, выясняя победителя, одержал победу в конечном счете голод, пришлось подниматься и тащиться на кухню. Смотреть на горячую пищу я не могла, сама себя ощущая хорошо прожаренным куском мяса, поэтому быстренько порубила салатик на скорую руку. Кулинария не моя стихия, получилось не особо красиво и вкусно, но вполне съедобно, свежие овощи в любом виде полезны, короче, перекусила и отправилась дальше предаваться отдыху. Почти уже задремала, как услышала возню в дверях, моментально вскочила, в открытой двери появилась тетка, хозяйка дома, жутко радостная, что я дома, видать уже не первый раз приходит.

– Ну что, Нарсия, ты готова заняться посадками?
– жизнерадостно интересуется эта зараза.

– Какими посадками?
– не понимаю я.

– Как же, вчера ведь договорились, - вскидывается тетка.

– Послушайте, я вам заплатила за проживание, немало заплатила, может, вы оставите меня в покое.

– Но как же, а садик, я вот и рассаду у подруги взяла, - запричитала хозяйка.

– Я устала, в такую жару только сумасшедшие могут работать на улице, - попробовала я отговорить тетку от ерунды.

– Да какая жара-то, там же тень, что ж это делается-то, пустила жить, думала хорошая девочка, а вон чего, оказывается, - проскрипела хозяйка.

– Почему сразу нехорошая, деньги я вам заплатила, надо сказать даже больше, чем надо, за свои же деньги мне еще пришлось и приборкой заниматься, - не выдерживаю я.

– Когда

Только жалоб властям мне не хватало, начнут выяснять, кто такая, откуда взялась, это мне совершенно незачем. Придется помогать с этим проклятущим садиком, угораздило же снять этот дом.

– Ладно, ладно, договор есть договор, помогу, чем смогу, но только договоримся, я в рабство к вам не записывалась, так что садиком заниматься будем не чаще пары раз в неделю, у меня своих дел полно, - решила уточнить момент с садом.

– Конечно, конечно, пойдем, лопата у меня на улице, там работы всего ничего, - радостно заверила меня хозяйка.

Тетка оказалась воплощением зла, ее "всего ничего" заняло время до темноты. Место, где милая тетенька решила цветочки посадить, занимали основательные растения почти в мой рост высотой, колючие и с мощными корнями. Пока я освободила от колючего ужаса необходимую площадку, вся искололась, "добрых" слов в адрес хозяйки не было изначально, а после такого хотелось ее прибить лопатой. Потом надо было еще и вскопать грядочку, как это копать, я не знала, после долгих объяснений хозяйки и ее смеха над моими неуклюжими попытками у меня все же начало получаться. Если бы земля хоть немного меньше напоминала камень, дело бы пошло веселее, а так на копку и разбивание глыб земли ушла масса времени. После пытки копанием, настал черед хитрого инструмента для разравнивания грядки, садюга с рассадой долго и с пристрастием гоняла меня, чтобы все получилось идеально ровно. Наконец-то вид грядочки ее устроил, она покрутилась вокруг нее и, ткнув пальцем в грядку, велела выкопать тут ямку, я едва не убила ее, зачем мы столько времени убили на выравнивание, чтобы потом рыть ямки. В каждую ямку она притащила какие-то хилые растеньица, по мне так они уже были дохлые, и их стоило просто зарыть, но тетка была другого мнения. В конечном итоге мы посадили штук двенадцать чего-то там жутко полезного, оказалось, что это еще не все, пришлось бегать с ведром в дом за водой и поливать эту радость, мало того поливать грядку теперь мне надо будет каждый день вечером. Завершением пытки была невинная просьба притащить какой-то щит из досок и укрепить его сбоку от грядки, чтобы днем грядка была в тени, тренировки в цитадели по сравнению с этим были, пожалуй, намного легче. Хозяйка с чувством выполненного долга отправилась, как она сказала, отдохнуть, я же едва доплелась до дому, опираясь обеими руками на лопату, спина просто отваливалась. Попробовала расслабиться и провести восстанавливающую после тяжелых тренировок гимнастику, но ничего не вышло, стоило сменить дыхание под гимнастику, как тут же провалилась в сон.

Белый нервно расхаживал по комнате, его достало постоянное явление каких-то странных людей, они что-то говорили, о чем-то докладывали, сплошная серая рутина управления Храмом. Модель своего поведения удалось исправить, слишком умный Мастер, как выяснилось, вызывал легкое недоумение, которое могло перерасти в подозрения. Постоянно держать форму человека было несложно, но временами надо было переходить в свое истинное состояние, пока он находился в образе, накопление энергии извне падало в разы, да и мысленное общение со своими собратьями прекращалось. Гнетущая внутренняя тишина, пожалуй, это самое страшное из всех неудобств, пережитых за последние дни, как люди могут жить без единения разумов и общаться исключительно неудобным способом через звук? Да и само устройство тела человека верх неудобства, хорошо хоть не пришлось вселяться, обошлись только очень точной личиной. Правда, все равно остались неудобства, на людях приходилось пользоваться всеми этими бесполезными стульями, столами и прочим, обычным для людей окружением. Хорошо хоть у Белого, место которого пришлось занять, достаточный статус, чтобы иметь отдельное место обитания, могло быть и хуже, некоторые живут в помещениях на десять-двадцать человек. Тут, по крайней мере, достаточно уединенно, если можно так выразиться, почувствовав чье-то приближение, подумал познаватель. Снова раздалось шарканье ног и тихий стук в дверь, сколько же можно, на сей раз, о чем пойдет речь? О том, что какой-то мелкий послушник украл на кухне мясо, я уже слышал, то, что какой-то торговец заломил цену на поставку накопителей, тоже не новость. Чем отнимут время на этот раз?

– Мастер?

– Кто там еще? Я же просил не беспокоить, - раздраженно ответил Белый.

– Отчет по событиям в парке наши аналитики закончили. Вы просили как можно быстрее представить вам отчет, - извиняющимся тоном ответил пришедший человек.

– Хорошо, хорошо, положи на стол и оставь меня, мне надо отдохнуть. Отчет я изучу чуть позже, - отмахнулся Белый.

Человек поклонился и вышел, аккуратно затворив за собой дверь. Наконец-то спокойствие, надолго ли, чтобы избежать прихода нежелательных посетителей Белый поставил магическую блокировку двери. Вскоре в комнате не было никого, лишь под потолком висел слабосветящийся шар, от которого тянулся отросток к оставленному на столе отчету.