Магия Открытий
Шрифт:
Мммм. С днём рождения меня! Ну, почти. Мой двадцать восьмой — в следующем месяце. Может, в этом году я даже устрою небольшую тусовку? Надеюсь, парни захотят прийти. Если они всё ещё будут в городе…
Когда я ехала в город, Мэйвен выглядел величественно, как король — лапы на краю корзины, ветер трепал его густую белую шерсть. Иногда даже этот ворчливый засранец умел наслаждаться мелочами.
То, как Фишер спас меня от Брайса, крутилось в моей голове по кругу с самого вчерашнего дня. Как бы приятно это ни было вспоминать, меня тревожила возможная ответка. Брайс был водным магом с характером ебаного психа. Он умел изображать хорошего парня, но за закрытыми
Меня бесило, что он решил, будто может вот так вломиться в магазин и угрожать мне, думая, что никто не слышит. Сначала я была готова послать его к чёрту, но потом он меня триггернул, и, блять… я почти сдалась. Воспоминания о том, что он со мной делал, заставили меня хотеть подчиниться — просто чтобы его успокоить. Где-то внутри всё ещё жила мысль, что если я смогу сделать его счастливым, он больше не причинит мне боли.
Но с абьюзерами так не работает. Они никогда не имеют в виду то, что говорят. Даже если ты слушаешься, всегда отвечаешь на звонки и трахаешься с ними каждый раз, когда они этого требуют, — этого никогда не будет достаточно. Мне понадобилось время, чтобы усвоить этот урок: ты не обязана подчиняться кому-либо, чтобы заслужить любовь или избежать его ярости.
Когда я увидела там Фишера, ставшего свидетелем всей сцены, мои щёки вспыхнули от стыда. Я не хотела, чтобы он видел во мне жертву или слабую. Я даже представить не могла, какие считывания он получал с меня в тот момент, а потом он… пригласил меня на свидание.
После того как Брайс, спотыкаясь, вылетел за дверь, Фишер повернулся ко мне. Его обычно светло-карие глаза были абсолютно чёрными. Он стоял спокойно — пугающе спокойно — и мы просто смотрели друг на друга, пока его глаза не посветлели на пару оттенков. Сделав глубокий вдох, он сказал:
— Я заеду за тобой в шесть в пятницу. Вот. — Он протянул мне руку. — Дай мне свой телефон.
Я вытащила его из заднего кармана и вложила в его большую ладонь. Его пальцы быстро пробежались по экрану, после чего он вернул телефон мне.
— Я добавил свои данные. Мне нужно бежать, но если тебе когда-нибудь понадобится что угодно — звони. И если этот мудак хоть раз снова приблизится к тебе, я хочу, чтобы ты позвонила мне немедленно.
В его тоне было требование — и мне совершенно не хотелось ему перечить. В отличие от приказов Брайса, в словах Фиша не было угрозы. Вместо этого я впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности.
— Хорошо. Обещаю. Если честно… я жду ответку после этой сцены. Даже до того, как ты вмешался, последствия всё равно были бы, — прошептала я последние слова, снова чувствуя унижение.
— Эй. Посмотри на меня.
Я смотрела в пол, и в поле зрения появились его чёрные ботинки. Он мягко взял меня за подбородок, приподняв голову, чтобы я увидела его лицо. Жёсткость, которая была в нём секунды назад, исчезла, уступив место чему-то мягкому. Не жалости. Слава звёздам. Я ненавидела жалость. Я могла, чёрт возьми, позаботиться о себе сама.
— Ты заслуживаешь уважения от партнёра. Я знаю, мы только познакомились, но я уже вижу: ты упрямая до невозможности, сильная, и твоя уверенность — это красота. Ты красивая. Ты уже ушла от него — и это говорит о твоей силе. Ты дала ему отпор, когда думала, что осталась одна — и это говорит о твоей смелости. Если он решит отыграться,
тебе не придётся встречать это в одиночку. В том, чтобы признать своё прошлое и подняться из него, нет стыда. И уж тем более нет стыда в том, чтобы попросить о помощи, когда она нужна. Люди, на которых можно опереться, делают нас грозными, а не слабыми.Я могла только смотреть ему в глаза, заворожённая его словами. Он легко сжал моё плечо и развернулся, направляясь к двери.
Не оборачиваясь, он бросил:
— Я серьёзно. Позвони мне при малейшем намёке на проблемы.
Когда я подъехала к «Мистическому Поросёнку», Роберта Миллер и Матильда Грабер сидели на одной из скамеек перед зданием. Увидев меня, они тут же поднялись. Эти двое были максимально эксцентричны. Яркие цвета, длинные ожерелья из бус, кричащий макияж — они выглядели как ходячий стереотип гадалок. Впрочем, Дар у них действительно был, так что образ подходил идеально.
— Доброе утро, милая. Мы ждали тебя. Нам нужно поговорить, но лучше внутри. Наедине, — сказала Роберта, пока её напарница нетерпеливо подпрыгивала на носках.
Ну что ж… будет интересно.
— Конечно. Дайте мне только зайти и поставить вещи, — сказала я, открывая дверь и пропуская гостей вперёд.
Внутри были Фрэнк и Арло — они уже закончили обновлять витрины и раскладывать новый товар. Они работали здесь несколько дней в неделю, чтобы я не сходила с ума, пытаясь тянуть всё одна.
— Спасибо, ребята, — сказала я, ставя сумку на барную стойку и обходя прилавок, проводя пальцами по тёмному отполированному дереву.
— Всё в порядке, дорогая. Ты могла не спешить. Мы пополнили сухие сыпучие запасы и разобрали вчерашнюю поставку от книжников, — сказал Фрэнк, похлопав меня по спине.
Фрэнку было под шестьдесят. Круглый живот, заразительный смех — следы частого веселья навсегда отпечатались на его лице. Я никогда не видела таких милых морщинок от смеха. Голубые глаза, седеющие волосы — он был очарователен.
— Вы слишком хороши ко мне. Без вас я бы утонула, — сказала я, специально посмотрев на Арло, чтобы он понял — я говорю не только о его партнёре.
Арло ответил мягкой улыбкой. Где Фрэнк был громким и шумным, Арло был его тихим стражем. Худой, на десять лет моложе, с таким же огромным сердцем. Лохматые светлые волосы, искренние карие глаза, которые затягивали — он был не из разговорчивых, но умел слушать. Они были вместе уже двадцать лет и планировали обряд связывания на начало осени. Это будет адская вечеринка. Весь город будет приглашён — мы все любили их, и одна мысль об этом заставляла меня улыбаться.
— Хорошо, что я пришла вовремя — эти две прекрасные дамы буквально устроили на меня засаду, — подмигнула я ведьмам за спиной, слыша, как Фрэнк хмыкнул со смехом.
— Дитя, это важно, — сказала Матильда, уже подталкивая меня вглубь магазина, в комнату для таро и хиромантии.
Я махнула Фрэнку на прощание, слыша его низкий смешок.
Одной мыслью я раздвинула гирлянды из звёзд и лун, скрывающие маленькую комнату, чтобы потом не выдёргивать их друг у друга из волос. Нас окутали фиолетовые, синие и розовые оттенки. Я выдохнула. Я обожала эту комнату. Спокойная, умиротворяющая. Это была пристройка к зданию, и я специально установила здесь мансардные окна — ради растений. У окон были автоматические шторы: одно нажатие кнопки — и можно было создать идеальное освещение для сеанса.