Магистр
Шрифт:
— Мелиор мертва.
— Что? — неожиданно перейдя на шепот, спросила она. Затем покачала головой. — Как это произошло?
— Кажется, ее убили в перестрелке. Она отправилась к мятежному лорду и больше не возвращалась.
— Ничего об этом не слышала. Когда это произошло?
— Сегодня утром.
— Странно, что ты об этом уже узнал.
Марар заколебался, и из дальних уголков его разума он услышал голос, который подсказывал, что он совершает ошибку, что ему нужно немедленно закончить этот разговор.
— Офицер разведки сообщил мне об этом несколько минут назад.
— В самом деле?
— Выключи
— И ты посчитал себя обязанным сообщить мне об этом, как только он ушел.
— Это безумие! Скажи ей, что к тебе с визитом пришел один из лордов; скажи ей, что ты с ней свяжешься позже.Мне показалось, что ты захочешь узнать. Если я ошибся, прости меня. — Он наклонился вперед, чтобы выключить экран, проклиная дрожание своей руки.
— Подожди, Марар.
Он замер и спустя мгновение неохотно убрал руку.
— Я хочу знать истинную причину того, почему ты со мной связался.
— Я ж только что сказал. Мне по…
— Я тебе не верю, — перебила его она. Она сжала губы, словно бы погрузившись в размышления.
Марар захотел сказать ей, что ему пора уходить, но она подняла палец прежде, чем он успел что-нибудь произнести, и покачала головой. Он почувствовал, что его левый глаз задергался, и ему пришлось подавить желание потереть его.
— Ты думал, что этим меня убедишь, не так ли? Думал, что известие о смерти Мелиор заставит меня объединиться с тобой?
— Я просто решил, что тебе следует знать, что случилось, Правительница, — сказал он. Он старался выглядеть возмущенным, но вся его поза казалась упорным отрицанием очевидного. Вся затея была ошибкой.
— Ты думал, это меня напугает, Марар? Ты хотел намекнуть, что меня постигнет та же участь, если я откажусь с тобой сотрудничать?
— Не понимаю, о чем ты?
— Это ты убил ее, не так ли?
— Конечно нет. Она погибла во время перестрелки в Брагор-Нале!
— Но ты устроил ее. — Она безрадостно усмехнулась. Ее квадратное лицо выглядело бледным, но страха в голубых глазах не было. Только ярость. — Она все время была права, не так ли? Ты послал бомбу, убившую Шивонн, и ту, которая едва не убила Мелиор. А сегодня тебе наконец удалось уничтожить ее.
— Не смеши! — Он был в отчаянии.
— Ты подвел меня к мысли, что она убила Шивонн, а затем инсценировала взрыв в Золотом Дворце. Но сейчас она мертва. Что я должна думать? Что она и это тоже подстроила? Или что она говорила правду? Что именно ты все время пытался убить их обеих.
— Ты, видно, рехнулась с горя, Вирсия, — сказал он, пытаясь сохранить хотя бы крупицу достоинства и доверия к себе. — Я поговорю с тобой в ближайшие дни, после того как ты сможешь успокоиться.
— Не утруждай себя, Марар. Мы встретимся на следующем заседании Совета и сможем обсудить это с новым Правителем Брагор-Наля.
Она выключила пульт управления, и экран сделался черным.
— О боги! — пробормотал он, также выключив пульт управления. Он положил локти на стол и уронил голову на руки. Столько усилий приложено, чтобы заслужить доверие Вирсии. И он уничтожил все это за считаные минуты. Как он мог оказаться таким глупцом? Теперь придется и ее убить тоже.
Мгновение спустя экран пикнул. Ему бы хотелось не обращать на это внимания, но… Но он пикнул снова. Марар ткнул в него пальцем. Но не попал
по кнопке. Затем ткнул еще раз.С первого взгляда он не узнал лица, появившегося перед ним. Они разговаривали один раз, несколько месяцев назад, когда этот человек впервые согласился работать на него. С тех пор он многого не сделал — лишь изредка передавал Марару крупицы информации, за которые Монарх платил ему слиток или два золота. Только недавно Марар начал думать о нем как о человеке, который может помочь ему в более значительной степени. Потому что только недавно Марар осознал важность того, что и Джибба надо было убить тоже.
А этот человек ненавидел Джибба. Марар точно не знал почему. Вроде как из-за единокровного брата, которого начальник Службы Безопасности убил в квадах год или два назад.
— Чего ты хочешь? — спросил Марар.
— У меня новость, Правитель.
Марар провел рукой по лицу:
— Я уже слышал. Мелиор и Джибб мертвы. Мне больше не нужно будет…
— Нет, — прервал тот. — Они живы.
Правитель с удивлением уставился на него, раскрыв рот:
— Что? Этого не может быть!
— Уверяю вас, это так.
— Но Премель сказал… — Он запнулся. Премель. Конечно. — Ты точно это знаешь? — спросил он через мгновение. — Ты видел их?
Виан ухмыльнулся:
— Видел ли я их? Да я сам отвез их обратно в Золотой Дворец. Как еще, по-вашему, они попали домой?
Марар закрыл глаза. Она жива. Это значит, что ей все известно. Каким-то образом Премелю удалось завоевать ее доверие, и затем он все ей рассказал. А он, Марар, выдал себя Вирсии. Но хуже всего то, что он сообщил Премелю, а стало быть, и Мелиор тоже, что он получает золото из Тобин-Сера. Ему стало плохо.
Снова открыв глаза, он увидел, что водитель Мелиор в ожидании уставился на него. Он перевел взгляд в сторону окна. Солнце скрывалось за горизонтом, отбрасывая тени по всему Налю, его последние лучи отражались от окон и металла мобилей, едущих по Верхней дороге Стиб-Наля.
«Нужно было пойти погулять, — подумал Марар. — Ведь собирался же».
18
То, что Ковет, Дрисс и Бринли напали на мага Ордена Орриса — бесспорно, — они все это признают. Но не поэтому я предъявляю это официальное обвинение, хотя я по-прежнему убеждена, что их действия нарушают дух, если не букву наших законов. Эти обвинения являются результатом их столкновения с тремя людьми из Тобин-Сера, которых они сначала подвергли опасности своим безрассудным нападением на Орриса и которым затем угрожали, напрямую нарушая Первый Закон Амарида. Этими действиями они опозорили себя, нашу организацию и надругались над памятью Первого Мага, которого мы должны чтить, несмотря ни на что.
Ни одно нарушение наших законов не должно восприниматься спокойно; никто пренебрегающий Законами Амарида не должен избежать наказания. Но, так как эти маги посягнули на них в то время, когда наша страна находится на пороге гражданской войны и нам еще больше нужна поддержка населения, их действия кажутся особенно вопиющими. По этой причине, я полагаю, этот вопрос должен быть незамедлительно вынесен на обсуждение нашей ассоциации.