Мафия против закона
Шрифт:
Одновременно по всей Италии растет преступность. В 1970 году в стране было совершено 598 880 имущественных преступлений, среди них — 3170 ограблений и похищений людей с целью получения выкупа. В 1976 году эта цифра, неуклонно возрастая, составила уже 1 711 865. Только ограблений было совершено 10 691, в то время как число похищений людей составило 277.
К этим огромным цифрам следует добавить около 30 % мелких краж, совершаемых в крупнейших городах (Милан, Рим, Турин), по поводу которых никто уже даже не обращается в полицию.
Это явление, естественно с учетом специфики каждой отдельной страны, имеет место во всей Западной Европе. В Италии, как и во всем так называемом «цивилизованном обществе», с точностью подтвердились предположения, высказанные еще в конце
Объективно сложившееся положение усугублялось действиями итальянского правительства. Правящие круги сохранили механизм власти (легендарную «комнату с кнопками», из которой, по словам социалиста Ненни, можно править всем обществом) без всяких перемен, в том виде, в каком он действовал в 1950 году. Они воспрепятствовали доступу к нему представителей менее имущих классов и никак не прореагировали на то новое, что происходило в обществе и было заметно уже в 1970 году. Власти приняли не один закон, учитывая новые запросы, но в то же время они оставили в силе уголовное законодательство, созданное фашистским режимом еще в 1930 г. Используя некоторые положения фашистского законодательства (и следовательно, открыто относясь более благосклонно к господствующим классам), власти управляли индустриальным обществом 80-х годов XX века. Народное согласие и поддержка народом государства уменьшились. Государство все меньше вызывало страх у граждан. Некоторые группы частных лиц не исключали из своих планов намерения заменить собой государство. В 1982 году ряд богатых римлян сообщил о том, что ими уже собрано 12 млрд. лир, которые они готовы передать тому, кто способен положить конец непрекращающимся похищениям людей в итальянской столице. Одновременно как грибы растут частные полицейские службы, финансируемые почти исключительно банками.
Последний мазок на завершенную картину кладут террористы. Именно они в 1976 году перешли к убийствам (в Генуе «красные бригады» убивают прокурора Коко, в Риме неофашисты из «Ордине нуово» убивают судью Оккорсио).
Таково было положение с итальянской преступностью в 70–80-е годы. Свою роль в ней играет также и сицилийская мафия. Причины и обстоятельства, вызывающие рост насилия в Италии, действительно многочисленны. И если сицилийская мафия означает насилие, то не все насилие — дело рук мафии.
После 1970 г. в общенациональном масштабе активизируются и другие преступные группы.
Наибольших успехов в этот период добивается калабрийская ндрангета. Эта организация, как и мафия, имеет столетнюю историю. Ее всегда отличало умение внедряться в хитросплетения политической жизни области Калабрия. Члены ндрангеты, имея сильнейшие позиции в своих родных местах, приняли участие в переселении в северные области страны, охватившем массы южан начиная с 1960 года. В 70-е годы Ломбардия и Пьемонт стали ареной не одной войны между сицилийскими и калабрийскими кланами с соответствующими жертвами. Одновременно между ними заключались и союзы, для того чтобы беспрепятственно заниматься вымогательством и похищениями людей. В конце 70-х годов представители мафии и ндрангеты заключили соглашение, предусматривавшее «раздел» по-некоторым областям международной торговли героином.
Так же начиная с 1970 г. с новой силой проявила себя другая преступная организация, история которой тоже насчитывает более ста лет — неаполитанская каморра. После того как государство выделило около 50 триллионов лир для оказания помощи и строительных работ в районах Кампании и Базиликаты, пострадавших от землетрясения в ноябре 1980 года, каморра превратилась в организацию, на долю которой приходится немалая часть совершаемых в Италии насильственных преступлений. В 1981 году в Кампании было совершено свыше 300 убийств, в 1982 году несколько «каморристов» с оружием в руках штурмовали здание муниципалитета в городке под Неаполем в лучших традициях «дикого Запада».
С 1970 по 1980 год главное внимание средств массовой информации было, однако, почти исключительно сосредоточено на «красном» и «черном» терроризме. Вниманию к себе в отличие от уголовных преступников
террористы обязаны тем, что их деятельность поставила перед страной серьезнейшие проблемы, поскольку они подрывают самые основы цивилизованного общества. Не оправдан ли в этой связи тоталитарный строй и если да, то какой политической «окраски»? Или демократический строй, хотя и несовершенный, следует все же предпочесть? Однако террористы всех мастей очень скоро полностью сосредоточились на уголовных преступлениях, например ограблениях, которые они совершали, по их мнению, «по политическим мотивам».В сегодняшней проблеме уголовной преступности можно найти много элементов чисто политического содержания. Она представляет собой своеобразное проявление протеста, распространенного в обществе, весьма существенно влияет на распределение государственных средств и, наконец, оказывает влияние на степень свободы, предоставляемой гражданам государства.
В 70–80-е годы против многих представителей правящего класса были выдвинуты обвинения в коррупции. Политические деятели, обвиненные в этом, постоянно заявляют, что полученные ими средства передавались в кассу партии, к которой они принадлежат. К сожалению, сами политические партии постоянно заявляют о дефиците своего бюджета. Поэтому вопрос о том, куда в действительности попадали эти суммы, остается открытым.
Разразились финансово-политические скандалы общенационального масштаба: войны между химическими концернами, дело «Анас», два скандала, связанные с закупками нефти Италией, «дело Синдоны», «дело “Локхид”», дело о послевоенных репарациях, крах «Банко Амброзиано», деятельность масонской ложи «П-2». Для их расследования потребовалось участие членов правительства. В сообщениях о ходе расследования этих скандальных дел фигурируют имена многих министров и глав правительства — от Андреотти до Моро, от Фанфани до Коломбо. В них оказывается замешанным даже президент республики Джованни Леоне, которому приходится уйти в отставку.
Опасения относительно того, что политическая деятельность в стране все в большей степени выходит за рамки законности, увеличиваются, когда министр социал-демократ Танасси оказывается за решеткой за взятки и подкуп должностных лиц.
В таких условиях сицилийская мафия неизменно добивается успеха.
За результатами ее действий следует и общественное признание. 4 сентября 1982 года газета «Коррьере делла сера» озаглавила передовую статью (комментарий, посвященный убийству Далла Кьезы) следующим образом: «Страна многих мафий». Из статьи следует, что системы, созданные мафией, служат образцом почти во всех областях жизни Италии, начиная от любых разновидностей преступности и кончая многими видами политической деятельности и лицами, ею занимающимися.
На протяжении 70-х годов сицилийская мафия претерпела подлинные генетические изменения. В 1971 году в Палермо мафиози убили прокурора Скальоне. С 1977 по 1982 год от рук мафии пало сразу девять политических и судебных деятелей: Джулиано, Руссо, Базиле, Рейна, Коста, Маттарелла, Терранова, Ла Торре, Далла Кьеза. Ни один из этих «сиятельных трупов» не был связан с мафией, и все эти люди были убиты в Палермо.
Совершенно ясно, что речь идет о «политических убийствах». Все они понадобились мафиози для того, чтобы воспрепятствовать осуществлению противником его политической линии, и для того, чтобы на деле вершить свою собственную политику.
Устранив комиссара полиции Джулиано и полковника Руссо, мафия стремилась свести на нет расследование, которое полиция вела по поводу деятельности мафиози, и одновременно показать, что их трогать нельзя. Убив Маттареллу и Ла Торре, мафиози нанесли удар по «политике чистых рук» — такой политической деятельности, при которой интересы общества ставятся выше личных спекулятивных интересов представителей власти. Мафия же строит свою власть на привилегиях, несправедливости, служебных злоупотреблениях. Убийство Маттареллы и Ла Торре преследовало цель показать, что мафия уберет всякого, кто встанет на ее пути. Убив Далла Кьезу, мафия сказала «нет» в ответ на стремление, пусть и весьма робкое, всех итальянцев покончить с организованной преступностью.