Чтение онлайн

– Алло, – ответил Кирилл.

– Здравствуй, Кирилл! – он услышал взволнованный голос Тамары Николаевны. – Это мама Алины. Моя дочь сейчас у тебя?

– Да, она у меня.

– С ней всё в порядке?

– Всё нормально, тётя Тамара. Сейчас передам трубку… Алина, это твоя мама, поговори с ней.

– Да, мама, я слушаю, – Алина подошла к телефону. – Домой не хочу идти… Очень хорошо, что он успокоился… Я не боюсь его, просто пока не хочу домой… Буду чуть позже. Пока!

Алина повесила трубку.

– Мать просит меня вернуться, говорит, что отец угомонился, просит у всех прощения, но

я не хочу обратно. Она уже позвонила и Олесе, и другим подругам, думала, я у них, потом только вспомнила о тебе… Кирилл, можно ещё немного здесь побуду?

– Конечно! Если хочешь, оставайся до утра. У нас баба Валя переночевать хочет, ей домой далеко ехать, но и тебе место найдется. Можешь на моей кровати лечь, а я на полу.

– Нет, Киря, я всё-таки ночевать дома буду, а сейчас хочу просто с тобой поговорить, душу излить. Все девчонки подружкам плачутся в жилетку, а я тебе, – Алина печально улыбнулась.

– Хорошо, что ты заулыбалась. Хочешь ещё шампанского?

– Давай. Гулять так гулять!

– Теперь я тебя узнаю, Завадская! – сказал Кирилл и подлил Алине игристого вина. – Ты можешь ко мне прийти в любое время дня и ночи, я тебя всегда выслушаю и всегда постараюсь помочь. – Кирилл отпил шампанского из бокала, – Покажи, в каком месте руки болят.

Алина закатала рукава и показала Кириллу предплечья. На них выделялись красные пятна от пальцев, обещающие завтра превратиться в синяки.

– Можно сделать йодовую сетку, – медленно проговорил Кирилл, подавленный неприглядным зрелищем.

– Не надо, Киря. Всё нормально. Сядь со мной рядом, – Алина опустила рукава и взяла бокал. – Лучше давай поговорим. Разговор с тобой действует сильнее йода и любого лекарства. Скажи, почему мы стали сейчас так редко общаться? Почему отдалились друг от друга?

– Не знаю, – Кирилл отвёл глаза. – Наверно, потому что повзрослели.

– Мне кажется, что из нас двоих повзрослел только ты, а это неправильно, потому что первыми должны взрослеть девушки. У нас с тобой – наоборот. Ты отгородился от меня, у тебя свои дела, секреты, девушки, и для меня нет места.

– У меня нет девушки, – Кирилл начал теребить пальцами край праздничной, кипенно-белой скатерти. – Мы поговорили с Лерой недавно и решили расстаться.

– Кирилл, я всё знаю, – Алина усмехнулась, и в её глазах опять заиграли огоньки, как раньше. – Новость том, что ты бросил Леру, обсуждает вся школа. Лера говорит, ты обязательно к ней приползёшь и будешь просить прощения.

– Вот как?! Пусть ждёт, когда я приползу, – Кирилл рассмеялся.

– Давай не будем больше говорить о Лере, лучше фильм какой-нибудь посмотрим.

– «Кошмары на улице Вязов» или «Терминатор»?

– Нет, давай что-нибудь не такое убийственное.

– У меня есть новый диснеевский мультик. Ты наверняка такой ещё не видела. Называется «Король лев». Посмотрим?

– Хорошо… Кирилл, включи, пожалуйста, гирлянду на ёлке, а то у меня дома ёлки нет, – еле слышно проговорила Алина.

Он погасил свет, зажег гирлянду, засверкавшую множеством разноцветных огней, вставил кассету в видеомагнитофон и сел рядом с Алиной. Они смотрели трогательный детский мультфильм про львенка Симбу. В тот момент, когда погиб папа Симбы, Алина всхлипнула и прижалась к Кириллу. Так они и

сидели обнявшись все полтора часа, пока шёл фильм. Кирилл чувствовал тепло Алины, запах яблочного шампуня, а не резких, сладких духов, как от Леры и других девушек. Только с Алиной ему было уютно в любом месте, и он ужасно боялся, что кто-нибудь разрушит их маленький мирок.

Потом вернулись родители с гостями, все мокрые от снега, с красными от мороза лицами и, перебивая друг друга, начали рассказывать, как катались с горки, кого видели из знакомых, и какой салют устроил Егор недалеко от ДК «Металлургов». Алину окружили заботой и Татьяна Ивановна, и баба Валя. Свекровь с невесткой чуть не переругались, каждая хотела повкуснее накормить гостью.

– Как бы хорошо мне с вами ни было, но надо возвращаться домой, – сказала Алина, покидая гостеприимный дом Семёновых.

– Я провожу Алину, – вызвался Кирилл.

Когда ребята оказались на улице, всё также шёл снег. Он и не думал прекращаться, падал на землю, заметая расчищенные дворниками дорожки. Алина надела капюшон, а Кирилл вышел в шапке, натянутой на него заботливой бабушкой.

– Ненавижу шапки, шарфы и всякую прочую дребедень, – пробубнил недовольный Кирилл, когда они уже шли по улице.

– Это ты зря, Киря, тебе даже идёт.

– А тебе бы только посмеяться.

– Нет, Киря, ты ошибаешься. Ты мой единственный друг, кому я всё могу рассказать. Даже Олесе не доверяю так, как тебе.

Алина остановилась рядом со своим подъездом.

– Рад был помочь. Обращайся, если что, – ухмыльнулся Кирилл.

– Ты шутишь, а я серьёзно.

– И я серьёзно.

Алина чмокнула Кирилла в щёку и скрылась за дверью. А он всё стоял и смотрел на окна в квартире Завадских. Хоть и не поцелуй в губы, на который Кирилл рассчитывал, но уже кое-что, и он, насвистывая простенькую мелодию, побежал домой.

Алина

Быстро пролетели полгода, оставив позади школьные экзамены, а вместе с ними всю жизнь, умещённую в десять лет, с букварём, первой учительницей, первыми настоящими друзьями, первой любовью. Алина легко сдала экзамены и получила отлично по каждому предмету, кроме русского языка. Сочинения ей всегда давались нелегко. Уловить суть произведения – не проблема, а вот грамотно изложить мысли, согласиться или поспорить с писателем таким образом, чтобы критика совпала с мнением автора учебника – уже сложнее.

Темы выпускного сочинения 11А знал заранее. Лариса Юрьевна, которая была учителем русского и литературы, а по совместительству классным руководителем 11А класса, собрала рябят около своего дома в десять часов вечера накануне дня «икс». Она должна была созвониться со знакомыми на Камчатке, где уже наступило утро завтрашнего дня, и узнать засекреченные темы.

Жила Лариса Юрьевна на улице Калинина, рядом с церковью. Алина ту церковь посещала пару раз в год с мамой и сестрой. Вербное воскресенье и следующая за ним Пасха – праздники, которые никогда не пропускала семья Завадских. За неделю до Пасхи Алина вместе со Светой или Кириллом бегала в берёзовую рощу, где росли несколько тоненьких вербочек у берега обмельчавшего пруда.