Лютня и Щит
Шрифт:
«Бежать!» — пронеслась в ее голове паническая мысль, но бежать было некуда. В коридоре послышались голоса, и она красочно представила как на виду у всех, кто не был свидетелем этой сцены, эльфийка-менестрель выбегает из спальни ближайшего королевского советника, прикрывая ладонью фингал и хромая, а за ней потрясая коварным щитом бежит Его Величество король, по которому так сразу и не скажешь, помочь он хочет или добить. Виолетта горестно застонала. Андрасте, какой позор, так, и за такое короткое время, она себя еще не дискредитировала.
Мгновением позже она поняла, что рисуемая в воображении картина еще была ничего. Так ничего и не решивший Алистер, словно очнувшись от ее стона, не придумал ничего лучше, как подхватить ее на руки словно
Ви закрыла лицо двумя руками, лелея робкую мысль, что может ее и не узнают, хоть и понимала, что надежды нет.
Провал был катастрофическим.
— А она, орлейка-то значить, прямо из постели короля сдриснула, и прямикомь в постель да не к кому-то, а к Тегану! А король-то проснулся, глядь — пусто, схватил меч и бежать!
— А чё бежать-то? Али видел куда убёгла?
— Дык к кому она еще могла побежать недовольная-то? Ох не те силы у короля, что у Мэрика были, тот бывалоть сразу троих девах из служанок поущипнеть за мягкое место, а они и рады и все трое бегуть к нему, а поутру дово-о-ольные…
— Это все от скверны моровой, тощно тебе говорю, серые ж стражи что — призывают, а не родятся, значить к рождению-то и неприспособленны!
— Да что вы несете, не так все было! Эта вертихвостка весь вечер туды-сюды то с тем, то с этим, король-то думал, что ему перепадет чё, а она возьми и вильни хвостом, да в другую сторону! Вот и не стерпел, ей — кулаком в глаз, от обиды великой значить, ему — щитом по маковке, ды так, что до сих пор болезный в беспамятстве лежить…
— Да не! Ведьма она, тощно вам говорю, ведьма орлейская как и есть! Хотела королевишной стать, а на храмовников, хоть и бывших, то и не действуеть! Ну и решила не так, дык этак, и пошла к банну, а тот пьяный вусмерть да обкатанный давече самой Эсмерелькой! Не стерпела она провалу, стала на него чары зловредные наводить, король почуял да и прибёг, но не успел окаянный! Дал в глаз, шоб, значить, отвлеклася, да и потащил в пыточные узнавать чем она Тегана околдовала!
— Ой не бреши! Эсмерелька его катала, скажешь тоже мне! Я слышала, что понравилася Тегану девка эльфийская, вот и затащил к себе, да снасильничать хотел, а король что, он же ж в политике подкован уже почти, десять-то годочков спустя, вот и понял, что скандал будеть, если деву орлейскую опозорить, ну и утащил оттудова! Ток сил не рассчитал, вот и валяется тот еще…
— Да што там позорить? По ней сразу видно, что кто только пробы не брал, от псаря да до короля!
Все пять бабок громко и весело загоготали, ловко перебирая какую-то крупную белую крупу, прямо на пол скидывая редкие черные зернышки. Ви, пять минут назад зайдя на кухню за спиртом для примочки и элем для души, и машинально спрятавшаяся от зловредных бабок за гобеленом с изображением ароматного жаренного гуся, мрачно потрогала синяк под глазом. М-да, вспоминать ей это будут еще долго. Очень долго. Очень-очень долго. Очень-очень-очень. Может, имя сменить? Подумаешь известность, новую наработает. По крайней мере ее точно не будут вспоминать "та менестрельша орлейская, шо впуталась здеся в историю, значить!"
Она неслышно спряталась в тени, и почти невидимкой, скрытно стащила со стола пару бутылок явно очень дорогого вина, чувствуя хоть и небольшое, но удовлетворение, после чего покинула веселящихся бабок, отправляясь к себе.
Петь у нее сегодня желания не было. Видеть кого-то — тоже. И глаз и нога все еще ныли, и Ви сочла за лучшее взять небольшой перерыв.
Ей нравились ее апартаменты. Большая гостиная, откуда одна дверь вела в кабинет, а другая в спальню,
из которой в свою очередь можно было попасть в уборную с большой мраморной ванной. Располагались они тоже удобно — на последнем этаже, в самом углу замка, в отдалении ото всех остальных гостевых апартаментов. Видимо, неизвестный управляющий здраво рассудил, что большую часть времени госпожа менестрель будет практиковаться в пении, и предусмотрительно лишил себя удовольствия слушать жалобы на ее пение ранним утром от недавно уснувших дворян.На сей раз здесь было тепло и горело несколько высоких толстых свечей. Было еще не слишком поздно, но за окном стояла непроглядная темень — ночь в Денериме наступала быстро. В ванной также была вода, правда ледяная, но на длинной печке сбоку, чтобы не остыло, стояло несколько больших ведер горячей воды от которых поднимался густой пар, и еще целая бочка холодной чуть в стороне. Что ж, вполне себе удобно.
Натаскав горячей воды в ванную, девушка осторожно умыла лицо, после чего достала заветный сосновый сундучок. Покопавшись, нашла мазь противного буро-зеленого цвета, и намазала ее на радующий веселым синюшно-желтым оттенком фингал. Ну хоть не фиолетовый, все же, местный целитель полным профаном не был, а если бы пришла к нему сразу, то и следа бы не осталось. По крайней мере говорил он об этом очень убедительно. Немного подумав, Ви и обмазала мазью все лицо, полезно для кожи. После чего, захватив заранее откупоренную бутылку вина с явным удовольствием погрузилась в горячую воду, и попыталась расслабиться и отвлечься от сегодняшнего позора.
— Виолетта? Вы здесь? — Гараэл как раз делала большой глоток, и поперхнувшись от неожиданности закашлялась, с хрипом втягивая воздух, и не успев остановить короля. В голове пронеслись все те мысли, что обычно произносит вслух пьяный гном, упавший лицом на мостовую запнувшись о собственную бороду. Алистер же, стремительно вошел в дверь, и замер, сначала краснея, потом бледнея, и наконец запинаясь произнес:
— Прошу прощения, леди, я не знал, что вы… Что я… Я думал, это кабинет… Я наверное зайду поз… Проклятье, Виолетта, что с твоим лицом!?
«Ох, святая Андрасте, мазь!» — пронеслась в голове эльфийки лихорадочная мысль. — «Я же, наверно, как восставшая из мертвых выгляжу!»
Расплесканное ею от неожиданного появления короля красное вино делало версию о живом мертвеце еще более убедительной, кровавым пятном расплываясь по воде.
— Это маска! Для лица. Цвет кожи улучшает… — как можно бодрее произнесла она, дабы король, поверь он в ее безвременную кончину и внезапное воскрешение, не сделал эту кончину перманентной.
Алистер посмотрел на нее как на сумасшедшую. Очевидно, буро-зеленый не соответствовал его идее "улучшения цвета лица".
— Ах, маска, ну да… Вы же из Орлея, — к чему-то добавил он, снова покраснел и вышел из ванной.
Непрерывно ругаясь про себя Создателем и Ужасным Волком одновременно, Ви смыла мазь с лица и вылезла из воды. Одежду она оставила в спальне, так что пришлось обернуться полотенцем. Художественно растрепав мокрые волосы, эльфийка прошла в спальню.
Алистер обернулся при ее появлении:
— Да, так значительно лучше, — произнес он и снова густо покраснел. Ви улыбнулась, но ничего не сказала, предоставляя ему выпутываться из неловкой ситуации самому.
— А я тут зашел узнать, как вы. Болит? — он дотронулся рукой до своего лица, имея в виду ее синяк.
— Ничего страшного, не беспокойтесь, — сказала она, сделав при этом такое несчастное выражение лица, что король тут же бросился к ней с протянутой рукой, однако, замер в одном шаге, не решаясь дотронуться.
— У меня что-то голова закружилась, — пожаловалась она, хватаясь рукой за дверной косяк. — Наверное, не стоило пить вино в горячей ванной да еще и на пустой желудок. Сказав это, она поняла, что действительно хотела есть. Весь день бегая по замку она довольствовалась только легкими перекусами на ходу, и теперь голод давал о себе знать. — Не поможете?