Чтение онлайн

Я не была уверена, что найду дорогу. Я даже сделала попытку спросить у прохожих (какое мирное, неподходящее слово для обезумевших от страха людей). Я вовремя ударила по газам. Иначе удар ножом пришелся бы по мне.

Как там мама? Лучше не думать об этом.

Вечер… Какой красивый вечер это был. Закат заиграл на горизонте и от этой красоты, оттого, что она пропадет, хотелось плакать.

Профессор уже был на месте, когда я приехала. В жизни он оказался выше. А когда увидел мою машину, за рулем которой человек, поверивший ему, он расправил плечи и улыбнулся. При нем был внушительного размера рюкзак, на нем самом пуховик и меховая безрукавка,

женская. На глазах солнечные очки. Когда я вышла из машины, он замер на месте, не веря своим глазам. Я понимала, почему. Он хотел спасти много жизней. А сюда пока что приехала только я одна. И тут он содрогнулся, как от рыданий.

— С вами больше никого… — Разочаровано произнес он.

Я виновато пожала плечами. Мне действительно не пришло в голову, что я могла кого-то еще по пути с собой привезти. И тут же меня поразила мысль, что я могла спасти несколько жизней, но не сделала этого.

— Не вините себя. — Догадавшись, глухо произнес Иванов. — Я пытался донести это до людей два года. — Он горько усмехнулся, садясь на свой огромный рюкзак. — Я создал сайт в Интернете. Надеюсь, хоть кто-то из посетителей мне поверил. Меня пустили на телевидение только, когда больше никто не претендовал на эфирное время…

Вдруг вся эта картина, все это сумасшествие с концом света, концом всего встало передо мною. Все заканчивается. Мой мозг не мог объять подобную информацию. Я села рядом с машиной, прямо на сырую землю. Очень теплый декабрь. Снег шел еще утром, а к вечеру весь растаял. Было уже градусов двадцать по Цельсию. Такого декабря я еще не видела. Иванов подсел рядом.

— Я Степан Иосифович.

— Меня Рената зовут. — Мы не смотрели друг на друга. Так, уставились перед собой.

— Очень приятно. — Ответил он. Глупо как прозвучало. — Вы не усмехайтесь, мне действительно приятно, что я туда отправлюсь не один.

Я посмотрела на профессора.

— А где ваши родные?

— Я один. Есть сын. — Хмыкнул он. — Но он в Штатах. И мы уже десять лет не общаемся. Я, конечно же, отправил ему всю информацию. Но, боюсь, он опять посчитает, что это мой бред.

Тут же прозвучал мой вопрос. Я не боялась обидеть или оскорбить этого человека. Возможно, от нас ничего не останется через три часа, так что, к чему притворство?

— А это не бред?

Теперь уже он хмыкнул.

— Я и сам какое-то время думал, что это бред. Думал, либо документ, попавший ко мне, подделка, либо я неправильно перевел. Но экспертиза показала, что это действительно письмо-обращение гиперборейцев к нам, людям, подошедшим к апокалипсису. Как этот день сейчас только не называют. — Шепотом закончил он.

О чем это он? Какие гиперборейцы!?!

— А вы не удивляйтесь, Рената. Не только индейцы майя существовали и знали.

— Вы читаете мои мысли? — Понимая, что говорю чушь, я не успела себя остановить.

Иванов хохотнул.

— Я, конечно, польщен. Но нет. Просто ваша реакция логична.

Солнце зависло над кромкой воды. Как хотелось остановить этот момент, как на фотографии. Но, не смотря на закат, небо не тускнело. Было светло. Светлее, чем днем. Свет пронизывал ельник перед нами, плескался в воде, делая ее теплее на вид.

— Что там будет? — Задала я вопрос, только что бы не молчать.

— Я не знаю. — Покачал головой профессор.

— А люди там будут?

— Да, я полагаю. Но, возможно, будут чем-то от нас отличаться. Об этом гиперборейцы ничего не написали.

Да, а ведь это было не менее важно. Потом наши

жизни будут зависеть оттого, кто населяет противоположную часть этих пресловутых песочных часов. Мы посматривали на дорогу. Как оказалось, не зря. Точка, появившаяся на серой асфальтной полосе превращалась в надежду, что эти люди едут к нам.

— Смотрите, еще одна машина. — Воскликнула я.

Мы одновременно вскочили. Очень хотелось, что бы еще кто-то был рядом. Потому что одиночество душило неумолимо. Автомобиль подъехал очень близко. За тонированными окнами кто-то сидел, но боялся выйти. Чего уж тут-то бояться? Дверь открылась. Первой выскочила немецкая овчарка рыже-черного окраса. Такая кажется, была в сериале детства 'Комиссар Рекс'. А за ней двое. Довольно известные иллюзионисты, брат и сестра Боровые.

Руслан

— Ты знаешь, это чистой воды идиотизм! — Возмущалась Настя. — Я хотела бы свои последние часы провести в спокойном месте, настраиваясь на переход в лучший мир.

— Вот и настраивайся! — Вспылил я. — Я везу тебя на природу, к Ладожскому озеру, о котором ходят легенды. Вот и готовься на здоровье. Если права окажешься ты, то лучшего места для твоей медитации не придумаешь. А если я, то мы останемся живы.

— Черте что! — Настя качнула головой. — Я всегда знала, что ты чокнутый, но что бы настолько! Набрал кучу вещей! Скажи, зачем тебе на том свете понадобиться гильотина?

— Ты что, никогда фантастику не читала? Всегда надо иметь в запасе козырь. Если обитатели того мира окажутся жадными не только до хлеба, но и до зрелищ, то жить будем. — Я старался полностью сконцентрироваться на дороге, что бы не пропустить поворот. Но сестра на то и сестра, что бы мешать. — Почему я должен объяснять тебе такие элементарные вещи?

— Потому что эта твоя элементарщина бред полный!

На заднем сиденье залаял Джек. Верный пес занял сторону хозяйки.

Мы летели с неимоверной скоростью. Шоссе было пустое. Гудящая тишина затопила бы уши, если бы не звук работы двигателя. А потом я врубил Metallica. Настя не возмущалась. Она знала, кто за рулем, тот и ставит музыку. Да и как-то очень хотелось нам обоим заглушить страх режущими звуками гитары и ударных.

Маяк мы увидели сразу, не смотря на извилистость дороги. Даже как-то символично, место спасения — маяк. Я узнал профессора, не смотря на то, что он напялил на себя какую-то ерунду. Кроме нас профессору поверила еще и девушка. Итого четверо, не считая собаки. Жизнь пока не скрывает своей иронии.

— Не густо… — Промычала Настя. Мы частенько мыслили в одном направлении. Близнецы, как не крути.

Я резко затормозил, подняв волну пыли.

— Выпендрежник! — Недовольно буркнула сестра.

И вот мы замерли. Не хотелось выходить. Я сделал вид, что достаю зажигалку из бардачка. Настя повернулась, что бы изнутри открыть заднюю дверь. Джек выскочил из машины. Профессор и девушка с нетерпением уставились в наши тонированные стекла.

— Ну, что, долго так сидеть будем? — Сам себя подбодрил я. Я никогда не хотел быть трусом. На этом основывались мои самые опасные трюки. Страх конца света — это считается?

Мы с Настей одновременно схватись за ручки и вышли из машины. Из моей любимой тачки, которая останется здесь гореть, взрываться, тонуть… Я еще не представлял себе, как точно произойдет тут все. Но это уже не важно.