Любовный экспромт
Шрифт:
Аманда открыла было рот, но, когда до нее дошел смысл сказанного, она вновь закрыла его.
Она сидела и молча разглядывала этого мужчину, которого боялась даже сейчас, хотя уже прошло столько лет.
— Я не согласен с Дэниелом, — продолжал Патрик. — И ни о чем не сожалею. И не прошу тебя простить меня за то, что смог оставить Брайана в нашей семье. Я не прошу у тебя прощения и за то, что сдержал слово, данное Мэйв, пообещав ей, что она не лишится своего внука. И все же я прошу тебя простить меня… — Он замолчал, и она видела, что его глаза слегка
Аманда едва заметно кивнула. Она не могла поверить своим ушам. Не ослышалась ли она, что Патрик Эллиотт только что извинился перед ней?
Уголки его губ чуть-чуть приподнялись, но это выглядело скорее как гримаса, нежели как улыбка.
— Все это было очень давно, — сказала Аманда, с опозданием поняв, что она, наверное, должна была сейчас поблагодарить его. Но кто мог бы сказать наверняка, как нужно вести себя в подобной ситуации.
Патрик согласно кивнул.
— Да, прошло очень много времени, но Дэниел прав. Ты была беззащитна и напугана, а я воспользовался своей властью. — Как бы боясь, что она не даст ему договорить, он предостерегающе поднял руку. — О, я уверен, что поступил правильно. В целом Брайан вырос именно таким, каким и должен быть внук Эллиоттов. Но… — Он слегка поморщился. — Меня всегда беспокоило ненужное влияние со стороны.
Аманда вся внутренне подобралась.
— Значит, вы рассматривали меня как побочное влияние? Как вред, наносимый со стороны?
— Я рассматривал твое присутствие… как неизбежное зло, — признался он.
— Вы пытались играть роль Господа Бога. — Несмотря на его извинения, старые обиды всколыхнулись в ней с новой силой. Ей было трудно простить ему, что он тогда манипулировал ею. А Дэниел не хочет терпеть его манипуляции сейчас, так же как не хотят этого и остальные его дети и внуки.
— Я никогда не считал себя Господом Богом, — возразил Патрик.
— Тогда почему вы вели себя подобным образом? — с горечью спросила Аманда. Он поднялся.
— Я полагаю обсуждение можно закончить.
— Почему же, Патрик? Давайте поговорим серьезно. — Она не могла позволить ему так просто уйти, интуитивно чувствуя, что сейчас у нее есть единственный шанс помочь Дэниелу, а может быть, даже Коллину и Брайану тоже. — Вам нужно обо многом подумать и от многого отказаться.
Его бровь возмущенно поднялась вверх.
— Отказаться? От чего, например?
— Во-первых, нельзя держать семью в ежовых рукавицах.
— Мне кажется, ты еще не знаешь, что я ухожу с должности президента издательского дома.
Она саркастически рассмеялась.
— И тем самым делаете Дэниела заложником в вашей шахматной партии.
— Ах, вот, значит, как ты расцениваешь ситуацию.
— А разве это не так?
— При всем моем уважении к тебе, Аманда, я не должен отчитываться перед тобой в моих поступках.
— Вы абсолютно правы. Но вы должны объяснить свои поступки Дэниелу. Однажды он очнется и увидит, что вы из себя представляете.
— Я думаю, что
сегодня как раз и был тот день, о котором ты говоришь.— Тогда вы меня поняли.
Прежде чем ответить, Патрик довольно долго стоял и молча изучал ее.
— Нет. Но я думаю, что понял кое-что другое.
Она ждала, когда он закончит свою мысль.
— Я думаю, что я понял, кем ты являешься для Дэниела.
— О чем вы? — всполошилась Аманда. Знает ли он об их романе?
Патрик провел костяшками пальцев по спинке своего стула.
— Похоже, что я не ошибся, заставив тебя выйти за него замуж, моя ошибка заключалась в том, что я позволил тебе развестись с ним.
— Позволили мне… — она чуть не задохнулась от возмущения.
— Аманда, он все еще нуждается в тебе, — сказал Патрик и улыбнулся ей, но от его улыбки ей стало еще страшнее, нежели от его нахмуренных бровей.
— Перестаньте, Патрик!
— Нет, Аманда, я абсолютно уверен в своей правоте.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Дэниел до мелочей разработал план действий. Он заказал экипаж, который должен был ждать Аманду у входа в центральный парк. Под сиденьем были припрятаны несколько бутылок самого лучшего шампанского. Небольшую бархатную коробочку, в которой было кольцо с бриллиантом в три карата, он положил в карман пиджака.
Дэниел решил, что одного круга по парку ему будет достаточно, чтобы собраться с мужеством, а на втором круге он сможет уговорить Аманду, что у них есть еще один шанс начать все сначала и они должны им воспользоваться.
Дэниел с небывалой легкостью завербовал Джули в свои союзники, и именно ей было поручено любым способом привести Аманду в назначенное место.
Дэниел не знал, какой именно способ она выбрала, но он уже заметил два знакомых силуэта, приближавшихся к центральному парку.
Он поправил галстук, похлопал ладонью по слегка выпирающему карману и заспешил им навстречу.
— Аманда! — радостно поприветствовал он ее.
— Дэниел?
— Все, пока. Я побежала, — воскликнула Джули и быстро испарилась.
Аманда обернулась на звук ее голоса.
— Что?
— Наверное, она занята, — нарочито безразличным голосом проговорил Дэниел.
Он взял Аманду под руку и повел ее вперед. Ничего не понимающая Аманда сначала безропотно шла с ним, но потом остановилась и сказала:
— Она же просила, чтобы я помогла ей выбрать пару туфель.
— Может быть, она передумала, — ничуть не смутившись, предположил Дэниел.
Аманда, будто впервые услышав его голос, внимательно посмотрела на него и спросила:
— А откуда ты здесь взялся?
Дэниел рукой махнул в сторону парка.
— Оттуда.
— Ты что, гулял там?
Дэниел кивнул. Такое предположение его вполне устраивало. Оно было ничуть не хуже любого другого.
Дэниел наклонился к Аманде и, не обращая внимания на толпу, которая обтекала их с обеих сторон, сказал: