Чтение онлайн

Француз не имел права обижать ее. И она знала, что он это понимает. Она была дочерью лорда Хэкстона, нового советника законного короля Англии, его католического величества Якова Стюарта.

— Нам придется запереть вас здесь, — с кислым видом наконец произнес француз. — Мы не может допустить, чтобы он сбежал раньше, чем мы скроемся.

Он что, пытается ее напугать? Наверное.

У Ривенхема есть причины ненавидеть ее, и она может раскаяться в том, что захотела остаться взаперти в его обществе. Но отступать было некуда.

— Тогда не

медлите, — объявила Нора. — Утром слуги меня выпустят.

Послышался ропот, но француз, помолчав с минуту, пожал плечами:

— Как прикажете. — И отвесил ей ироничный поклон. — Искренне надеюсь, что ваша светлость не пожалеет об этом.

Нора тоже на это надеялась.

Десять долгих минут ушло на то, чтобы вынести остальных людей Ривенхема. И все это время Нора ни на миг не опустила пистолета, направив его во француза и его подчиненных. И все это время она чувствовала опасность, находящуюся в непосредственной близости, — взбешенный лорд Ривенхем, должно быть, уже прожег своим яростным взглядом дырку в ее щеке.

Наконец дверь захлопнулась. Нора подождала, пока стукнул засов, потом звякнули петли, когда кто-то проверял его надежность, и лишь после этого опустила пистолет и облегченно вздохнула. Колени ее подогнулись, и Нора опустилась на пол. Целую минуту она тупо смотрела на пистолет. Казалось, пальцы на рукоятке окаменели. Локти и плечи горели от напряжения.

Она с трудом ослабила хватку и помахала кистями, чтобы восстановить циркуляцию крови. Когда чувствительность пальцев вернулась, Нора заставила себя посмотреть на Ривенхема.

Его глаза были закрыты. Неожиданно она ощутила странное облегчение. Напряжение отступало. Она просто сидела и смотрела на Эдриана — лицо, темное от усталости, тень золотистых ресниц на высоких скулах, длинные поджарые ноги на полу.

Наверное, ее сердце онемело так же, как пальцы, а сейчас кровь снова прилила к нему, заставляя грудь вздыматься, а щеки гореть.

Нет сомнений, что, как и предсказывал француз, ей придется раскаяться в своем решении, но она не нашла бы покоя, если бы эти люди убили Эдриана.

Протянув к нему руку, Нора хотела ощупать его, чтобы найти источник кровотечения, но от прикосновения ее руки глаза Эдриана раскрылись, и Нора замерла.

Взгляд Ривенхема не выразил ничего и ужаснул ее своим ледяным спокойствием. Она быстро вздохнула:

— Ты ранен. Куда?

Эдриан мотнул головой. Его волосы рассыпались и скрыли лицо.

Ах да, кляп! Он же не может ответить! Нора поднялась на колени, нащупала узел на затылке у Эдриана и вспомнила о маленьком ножичке на хозяйской связке ключей. Одно движение, и дело было сделано.

Эдриан выплюнул тряпку изо рта. Нора сжалась в ожидании проклятий и оскорблений. Но Эдриан молча приподнял за спиной связанные руки.

У Норы вырвался нервный смешок.

— Куда тебя ранили?

— Развяжи мне руки, — охрипшим голосом приказал он.

Природная властность была в нем столь сильна, что Нора беспрекословно собралась ему подчиниться

прежде, чем сообразила, что это может быть небезопасно.

В сомнении она опустилась на корточки. Ладони ее не потели, пока приходилось держать рукоять пистолета, но теперь Нора почувствовала, как они взмокли.

— Это разумно? — спросила она.

Их глаза встретились. Эдриан стиснул зубы.

— Ты боишься, что я тебя ударю? — хмыкнул он. — Считаешь, что теперь у меня есть для этого причины?

Это был не тот ответ, на который надеялась Нора.

— Не бывает причин, чтобы бить женщину.

— Какие возвышенные идеалы! — без выражения произнес он. — И даже когда женщина, целясь из пистолета, отдала человека в руки его врагов, ты все равно думаешь, что он не вправе использовать кулаки?

Холодная насмешка в его голосе заставила Нору сжаться.

— После того как она спасла ему жизнь, — да, он должен задуматься.

Эдриан мрачно усмехнулся:

— Согласен, ситуация спорная. Нет, Нора, я тебя не буду бить. Развяжи мне руки.

Легкость, с которой он назвал ее по имени, насторожила Нору.

— И не обидишь другим способом? — спросила она. — Обещай.

Усмешка сползла с лица Эдриана.

— Что ты себе вообразила? Что я изнасилую тебя здесь, в чулане? Мне уже становится непонятно, почему ты меня спасла.

На это ответа у нее не было. Она поднялась на ноги, ловко разрезала его путы и быстро спросила:

— Куда тебя ранили?

— Просто царапина, — бросил он. — Не о чем говорить.

Она обнаружила сырое пятно у него на рукаве. Ладонь оказалась в крови.

Нервно сглотнув, она подняла бывший кляп, разорвала тряпицу на полосы и туго обмотала его предплечье. Потом села на пол.

— Ждать всего несколько часов, — с сомнением в голосе проговорила она. Эдриан на ощупь был такой горячий. Его тепло как будто прилипло к ладоням. Нора бессознательно вытерла их о юбку.

— Лучше бы ты дала им убить меня.

— Вот она, благодарность!

Он нетерпеливо вздохнул:

— Благодарность здесь ни при чем. Я говорю о стратегии, о выживании. Ты играешь в игру, где нет места благодарности.

Она смотрела на него во все глаза.

— Я не играю ни в какую игру! Я... я спасла тебя, чтобы сохранить мир в доме, пока брат отсутствует. Вот и все!

— Вот как? Значит, моих людей усыпили ваши колыбельные напевы и яд тут ни при чем?

— Не яд, — возразила Нора. — Утром, они проснутся.

— А, значит, ты пыталась их лечить? Потому что их цвет лица вызвал у тебя беспокойство?

Нора нетерпеливо фыркнула:

— Зачем ты язвишь? Я же не скрываю, что усыпила их.

Эдриан кивнул:

— Значит, ты помогаешь изменникам, а по доброй воле или с неохотой, не имеет значения.

Эдриан был очень бледен. Норе это не нравилось, и она засомневалась, сказал ли он правду о своей ране. С другой стороны, какое ей дело?

— Мы можем поговорить об этом позже. После того как...