Любовь дракона
Шрифт:
Вопрос был риторическим, и Ластирран на него даже не ответил. Кэстирон продолжал чехвостить брата.
— А если она не очнется? Сколько мы уже в неё твоей крови влили?
Мысли Риль потихоньку приобретали ясность. Так эта ящерица её афродизиаком напоить вздумала, чтоб у неё крылья поотваливались! Решил ускорить события? Побоялся, что потом не до этого будет? Или возможные конкуренты напугали? Кто ж его поймет, эту сволочь чешуйчатую.
Всё. Ей теперь точно крышка. Риль быстро просканировала состояние защиты. Защита ещё держала, но вид у неё был плачевным, как у ветхой плотины, которая точно не переживёт следующего половодья. Защитное поле, удерживающее её силу, опасно натянулось в нескольких местах. А сама
Но это было ещё не всё.
Если до начала процесса инициации поцелуи для будущих магов не были под запретом, то после студентам не то, что целоваться, за руки держаться с противоположным полом не рекомендовалось.
«И думать пока обо всём забудьте, — поучал их наставник, — любая излишняя активность организма может обернуться сбоем всех настроек. Считайте, что вы все сейчас беременны. Да-да. Молодые люди, можете так не хихикать, а девушкам нечего краснеть. Когда всё будет по-настоящему, вы будете готовы и к беременности, и к родам. Так вот, вы все сейчас беременны своим даром. Долгие годы вы готовились к этому событию. Дар в вас просто спал. Но сейчас он начал просыпаться, и просыпаясь, готовить для себя ваш организм, перестраивая его под свои нужды. Для этого ему нужно много энергии и покоя. Будьте сейчас предельно аккуратны. Любая встряска может вызвать нежелательные последствия — либо выкидыш, либо преждевременные роды. Выкидыш для любого из вас, увы, смерть. А в случае преждевременных родов могут быть варианты — либо все пройдет благополучно, либо вы не справитесь с даром, и он вас выжжет. В лучшем случае, вы — не маг, в худшем — растение, вместо человека».
И вот сейчас этот гад, сам того не подозревая, подвел её к смертельной черте, приблизив момент инициации. Сколько ей осталось? День, два, месяц? Такими темпами она станет полноценным магом гораздо раньше, чем собиралась. Но останется ли при этом жива, вот в чем вопрос.
Открыться драконам Риль не могла. Одно дело отправить слабого мага на поединок с сильным. Битва — дело непредсказуемое, и сильный может ошибиться. И совсем другое дело отправить в бой неинициированного мага — детеныша, по драконьим меркам, которого одного и в полёт не выпускают. Такого и драконы не позволят, если узнают. Шанс, что выяснив правду, они согласятся искать другого мага — не велик. А рисковать Риль не будет, зная, что на другом конце весов — жизни многих людей.
Девушка застонала от бессилия.
— Очнулась, — бросился к ней целитель, — наконец-то! Я так и не понял, что с тобой произошло?
— Аллергия, — буркнула Риль, открывая глаза. Кэстирон бросил полный укоризны взгляд на брата.
— Никогда о таком не слышал, — пробормотал тот, опуская голову. — Ты прости меня, — он присел на край кровати, — я, правда, не знаю, что на меня нашло.
— Зато я знаю, — парировал Кэстирон, проводя диагностику состояния девушки, — не бойся, — он тепло улыбнулся Риль, — больше таких дурацких шуток не повториться. Я прослежу за ним.
Ластирран обиженно фыркнул, но спорить не стал, лишь проворчал: «Вообще-то командир звена — я».
— Зато я — старше, — насмешливо добавил Кэстирон, — и никогда не добиваюсь расположения девушки с помощью тоффэ.
Ластирран раздраженно рыкнув, вышел из комнаты.
Глава 14
Следующий день Риль приходила в себя. Она провалялась все время на кровати, вставая лишь по необходимости. Девушка с осторожностью передвигалась по комнате, боясь лишним движением нарушить хрупкую защиту. Глупо, но Риль ничего не могла с собой поделать. То ли
самовнушение сыграло свою роль, то ли постельный режим, но буйство потоков постепенно сошло на нет. чёрные пятна растворились, смешавшись со светлыми потоками силы. В итоге, те приобрели странный серебристый оттенок. Такого Риль ещё не встречала ни у одного мага.Пару раз заглядывал озабоченный чем-то Кэстирон, приносил еду. Проверив состояние девушки, с удовлетворенным видом оставлял её одну. Заходил мрачный Фэстигран. Извинялся за поведение младшего брата, но в его взгляде читалось завуалированное обвинение.
А в остальном день прошел удивительно приятно и мирно, по крайней мере, для неё.
А вот утро… Утром её разбудили ни свет ни заря. В комнате ещё царил предрассветный полумрак, когда в дверь громко забарабанили.
— Риль, вставай, — позвал её Кэстирон, — завтрак на столе, через полчаса вылетаем.
«Пожар у них, что ли в одном месте», — ворчала она, лихорадочно мечась по комнате, собирая вещи. Риль как-то не рассчитывала на такой быстрый отлет. Помнится, драконы собирались пробыть в городе ещё дня два.
Когда девушка спустилась вниз в столовую, драконов там уже не было. Она отхлебнула из кружки что-то горячее, откусила кусочек булочки, ещё парочка произведений пекарского искусства перекочевали к ней в карман — про запас, на дорожку.
На крышу Риль успела вовремя — драконы ещё пребывали в человеческом обличье.
— Доброе утро, — поприветствовала она братьев.
Те нестройно откликнулись, а младший даже не повернулся в её сторону. Вот это уже наглость! Как спаивать, так даже совесть не проснулась, а теперь стыдно в глаза посмотреть? Она решительно направилась в сторону Ластиррана, обошла его по дуге и взглянула в лицо.
— Ого! Кто это тебя так? — ахнула девушка. Физиономия дракона впечатляла: один глаз заплыл целиком, на скуле красовался багровый синяк, а его близнец остался, похоже, от мощного удара в челюсть. Ластирран не ответил, лишь криво ухмыльнулся одной половинкой рта, вторая его плохо слушалась.
— Молчишь! Нечего сказать? — начала заводиться Риль, — хочешь, расскажу, как дело было? А то от тебя, кроме «шёл, упал, ударился и так раз пять», ничего больше не дождешься!
Дракон никак не отреагировал на бурные реплики, вперив в девушку немигающий взгляд. Но Риль уже понесло. Ещё свежа была в памяти боль, причиненная драконом, и она требовала отмщения.
— Решил вчера напиться. Ещё бы — такое свидание сорвалось. Но напиться мало… Подвернулась симпатичная девчонка, ты за ней приударил, а тут не вовремя вернулся её муж или старший брат. Вы и сцепились. Ты был слишком пьян, чтобы нормально защититься. Я права?
Она оглядела поникшего дракона с торжествующим видом.
— Его звали Зарран, — тихо проговорил Ластирран.
— Что? — не поняла Риль.
— «Мужа» или там «старшего брата» звали Зарран, — с ехидцей пояснил Кэстирон, — это ему наш братец ходил морду бить.
— Но за что? — растерялась девушка.
— Знал бы за что, убил, — спокойно пояснил Ластирран. Он поморщился, ощупывая синяк на скуле.
— Суров ты, братец, — хлопнул его по плечу Кэстирон, — только в следующий раз, если решишь кому-то морду набить — не пей столько для храбрости.
Ластирран побагровел и прошипел что-то на драконьем. «Асхарать» там точно прозвучало.
— Ну, ты и завернул, — рассмеялся в ответ целитель, — вот только лечить я тебя пока все равно не буду. Может, в следующий раз подумаешь, прежде чем на подвиги идти.
— Всё, хватит, разболтались, как женщины, — хмурый Фэстигран поднялся на крышу, неся в руках багаж. Взгляд, который дракон кинул на девушку, ясно говорил, кого он считает виновной во вчерашней драке. Риль вспыхнула, но сдержалась, закусив с досады губу. Старший он или нет, это не дает ему право обвинять её во всех прегрешениях младшенького.