Чтение онлайн

Почему нет столба? Или как они это хотят сделать?- остановился Деро.

– Они не станут ее привязывать, как делала инквизиция. Там наверху есть яма. Из нее не сбежишь...

Ясно.

Штефан внимательно оглядывал стоящих рядом с помостом и почти сразу узнал Ода и Лану, рядом с которой стоял какой-то не знакомый юноша и тихо говорил ей что-то, слегка склонившись к ее уху. Но вот на помост взошли Змей и Хэлен. Девушка была бледна и сосредоточена, взгляд ее не задерживался ни на чем. Деро лишь на мгновение замер, не признавая в этой юной женщине свою Волчицу – длинное совершенно прозрачное платье, сотканное будто бы из бликов на морской воде глубокой ночью, не скрывало ничего от холодных любопытствующих

Уходи, Сивур. Я благодарен тебе.

Волк уже не видел перед собой ничего, кроме женщины, ступающей невесомо по древнему камню, с каждым шагом приближающей свою жуткую смерть. Его заметили не сразу – все взгляды были устремлены к ней, но вот ропот поднялся над ступенями, появились ядовитые улыбки – все ждали нового представления. Кто-то пытался ухватить Деро за загривок и получил сокрушительный удар прямо в костяной череп, лопнувший словно спелая клюква – Сивур спустил с тетивы своего арбалета короткую толстую стрелу. И окружающие фейри поняли – эти двое пришли не кланяться и просить милости, они пришли убивать. Зверь больше не таился, он проламывал себе дорогу, не заботясь о том, калечит или убивает. Хэлен испуганно ахнула, увидев со своего возвышения, какая кровавая и жуткая свалка началась у подножия ступеней. Сколько их было? Пятьдесят... Сколько он сможет пройти, прежде чем его сломят и убьют завистливые и невыносимо спесивые высшие фейри?

– Остановите его! – воскликнула она. Змей окаменел лицом и не шелохнулся.

– Почему ты не спасешь его, Дед?! Они же убьют его!!! Останови, уведи отсюда, ты же можешь! – кричала, срываясь на визг, девушка, вцепившись в ледяную руку Змея.

Крылатый Змей вырвал свою ладонь из рук внучки и, не произнеся ни слова, двинулся в сторону Волка, который рычал от злости, разрывая на части, разбрасывая тех, кто смел не пропустить его. Он почти не замечал ударов, что настигали его, боль уже не проникала в сознание, отбрасываемая прочь гневом и радостью сражения.

К Хэлен подбежала Лана, встряхнула за плечи:

– Хэл, некогда теперь ждать! Волк не отдаст тебя, пока жив... Надо спешить, – она говорила быстро, пытаясь поймать безумный взгляд Хэлен.

– Змей его остановит. Вот увидишь. Я должна знать, что он жив! Как ты не понимаешь?! – воскликнула она, вырываясь из рук охотницы.

– Змей не будет его останавливать, дура! Змей не встанет между ним и тобой! Он сам там ляжет, но не будет мешать Волку!

Хэлен замерла.

– Тогда надо скорей...пока они живы...Разжигайте огонь! Быстрей, нелюди! – закричала она сбрасывая с себя ненужное платье.

А змей, и правда, стремительно подошедший к Волку не задержанный никем, просто встал рядом и обнажил саблю. И почти сразу рядом, словно нарисовался из пустоты, оказался Кочерыжка, помахивающий своим молотом. Кто против нас? Стройтесь в очередь!

Волк в восторге рычал проклятья. Никогда прежде эти камни не пили столько волшебной серебряной крови...Хэлен напряженно следила за ним, леденея душой всякий раз как он скрывался в мельтешении рук, голов, мечей и криков.

– Госпожа, – послышался вкрадчивый голос из-за плеча.

Рядом стоял Сатана.

– Что Вам?- раздраженно и нетерпеливо оглянулась Хэлен.

– Я хотел бы уточнить кое-что, с Вашего позволения.

– И что же?

– Быть может вы приняли мой жест доброй воли за абсолютно альтруистический поступок, однако, это не так. Мне нужны некие гарантии...

– Гарантии?!- она громко и истерично рассмеялась, – Не будет вам никаких гарантий! Хотите подохнуть – забирайте душу сразу, если она все еще принадлежит вам...

– Видят оставшиеся Боги, я могу это сделать, ведь есть еще ваша

– Вот уж чего не будет! Если отберете мою душу, сдохнете все! Нуару не отдадут. На этом все. Встретимся после смерти, в любом случае.

Люцифер тонко улыбнулся, принимая поражение легко и безболезненно.

– Ты должна спрыгнуть, Хэл, – к ней вернулась Лана. – Огонь зажигают уже после.

Хэлен в последний раз попыталась отыскать взглядом Деро, но, не найдя его, сжала до белизны губы, стараясь удержать в себе слезы. У подножия постамента, на котором они стояли, была глубокая, в два человеческих роста, яма. Именно вокруг нее и было построено это каменное нагромождение.

Не задумываясь, она спрыгнула вниз. Камень больно ударил по пяткам и лодыжкам. Страх навалился с новой силой. Оказавшись словно бы в каменном стакане с гладкими черными стенами, Хэлен не сразу заметила, что под ногами у нее камень совсем не такой – пористый, испещренный крохотными отверстиями. Оттуда начала сочиться вязкая, пахнущая смолой и железом, черная жидкость.

Хэлен поняла, что это какая-то горючая смесь, которую вот-вот подожгут. Самообладание изменило ей в последний момент, в отчаянии она закричала:

– Штефан!

И Волк откликнулся жутким, надсадным воем, продираясь к ней на помощь, растрачивая огромное количество силы, которое он отнял у Луны, которую отнимал сейчас у тех, кого не глядя убивал.

Не смей умирать без меня!!!- взревел Волк, разрывая на части Темных и Светлых, пытающихся его остановить или просто попавшихся на пути и не успевших отойти вовремя.

Синяя искра упала откуда-то сверху, прочертив в воздухе сизым хвостом. Пламя азартно вспыхнуло, радостно метнулось от стен к живому, теплому человеку.

– Штефан!!!- кричала она, закрываясь руками от вездесущей боли, сжимаясь в искореженный клубок. Так мог кричать только погибающий в страшном мучении и одиночестве человек.

Ослепленный, оглохший он просто свалился сверху в пылающую пропасть, где уже было не разобрать, есть ли кто живой.

Пламя нехотя лизнуло окровавленную шкуру. Пламени понравился вкус, но Штефан не замечал его жадной жестокости, он, наконец-то, нашел ее, приподнял со дна, пряча в руках, отодвигая всего на несколько мгновений Смерть, что будет уже одна на двоих. И чем глубже впивались когти огня в их живые обезумевшие тела, тем сильней они сжимали руки. Огонь вгрызался в них, отнимая последнее дыхание. Черный дым поднимался из каменной преисподней к черному беззвездному небу. Два голоса, слившиеся в один страшный, безнадежный крик, замерли на высокой ноте и оборвались. Только огонь ревел восторженно, требуя новой крови.

Лана стояла совсем близко от пролома ямы, по щекам ее катились слезы. Змей, весь улитый серебряным и черным, в молчании играл желваками на каменном лице. Он сделал все, что мог, чтобы Волк успел. У Волка было право выбора, и он выбрал Смерть, не оставил свою женщину одну в ужасе и тьме.

– Она никогда нам этого не простит. И будет права,- обронила Лана.

Вийме внимательно всматривался в охотницу, впервые обнаружившей хоть какие-то эмоции в его присутствии. Он вздохнул, хрустнул позвонками, дернув головой, и шагнул вперед. Пламя приняло в себя еще одного, поглотив беззвучно. Как он нашел их в огне, как смог расцепить искореженные жаром руки, Лана не представляла, но спустя несколько мгновений, на площадку стал выкарабкиваться Дракон. Ему было невыносимо тесно. Под крылом дракона виднелось что-то обугленное, оскалившее длинные клыки. Человека узнать в этой кровавой головне было невозможно. Только руки, жутко изогнутые, с напряженно сжатыми пальцами, напоминали, что когда-то это было живое существо с голосом и глазами, с улыбкой и кривой ухмылкой. Волк был один, Хэлен Дракон оставил там, внизу.