Чтение онлайн

– Ну, а с чего он вдруг решил меня осуждать? – рассудительно спросила Джин. – И я не хочу лечения по Фрейду, я хочу лечения по Юнгу [27] . К тому же, мы не обо мне говорим, а тебя обсуждаем. Какой же стервой надо быть, чтобы не купить мужу подарок на Рождество.

– Есть какие-то предложения? – съязвила Эшли. – Он же миллионер. Что я могу подарить ему такого, чего у него еще нет?

Джин попыталась выдать еще один хитрый взгляд, на ее невероятно симпатичном эльфийском личике это выглядело, словно приступ несварения желудка.

– Как насчет любящей новобрачной, приглашающей его в свои объятия?

– Это он уже получил, - ответила Эшли, покраснев до корней волос.

Джин взвизгнула, торжествуя.

– Я так и знала! Я знала, что вы двое были слишком уж радостными этим утром. Боже, да он разве что брейк-данс не отплясывал, уходя на работу. Так как все прошло?

– Мы не будем это обсуждать.

Лицо Джин вытянулось.

– Не будем?

Эшли засмеялась.

– Нет, извращенка. Разве я бы стала допрашивать тебя о твоей супружеской жизни?

– Нет, но это потому что у тебя, как ни ужасно, начисто отсутствует всякое любопытство. Ужасное качество для журналиста, кстати, не понимаю, как ты так долго на этой работе протянула.

– Думаю, мне уже не нужно об этом беспокоиться.

– Вот и хорошо, - пылко отреагировала Джин. – Ты и так слишком много работала. Сколько я тебя знаю, всегда так было. Ты была единственной в старших классах, кто работал тридцать часов в неделю.

– Так было принято в семье, - пожала плечами Эшли. Те приемные родители были убеждены в пользе усердной работы и отсутствия развлечений. – Кроме того, мне удалось накопить достаточно денег, чтобы оплатить колледж.

– В котором ты тоже работала по сорок часов в неделю, хоть и училась на очном. Я не знаю, зачем ты так убивалась, ведь мои родители предлагали...

– Давай не будем возвращаться к этой теме.

– Погибели предшествует гордость, и падению - надменность ( прим.переводчика: Ветхий Завет, Книга Притчи, Глава 16).

– И почему ты всегда цитируешь Библию, когда у тебя заканчиваются логичные аргументы? – Эшли улыбнулась, чтобы смягчить упрек, и отхлебнула чай.

Джин задумчиво уставилась на нее. Через секунду она ответила:

– У меня первоклассная идея о том, что можно подарить Виктору.

Хлюп, хлюп.

– Ммм?

– Можешь сказать ему, что любишь его.

Эшли выплюнула чай.

– Что, солгать? Какой же это подарок?

– Ты сейчас лжешь. Это не будет враньем и сделает его таким счастливым.

– Не будь

– Боже, от тебя, и такой интересный совет. Ты понимаешь...

– Хватит, Джин, - предупредила Эшли. – Я серьезно. Не надо.

Джин сдалась. Зазвонил телефон, напугав их обеих, и Эшли сняла трубку.

– Алло?

– Миссис Лоуренс, это Вильям Элонг, ваш бухгалтер

– Нет у меня бухгалтера, - растерянно ответила девушка.

Элонг прокашлялся Эшли в ухо, а Джин захихикала:

– Бухгалтер твоего мужа.

– Аа. Его здесь нет, сэр, мне передать, чтобы он перезвонил?...

– Нет, миссис Лоуренс, я хотел переговорить именно с вами.

– А что я сделала? – недоверчиво спросила Эшли.

Элонг задумчиво замолчал, а затем ответил:

– Ничего, насколько мне известно. В смысле, ваш муж не... Слушайте, давайте начнем сначала.

– Ладно, - ответила миссис Лоуренс, совершенно сбитая с толку. Она шлепнула Джин по руке, так как ее бесстыжая подруга потянулась за тостом Эшли.

– Я просто хотел сообщить вам, что тридцать тысяч снова переведены на ваш счет, и что вы можете снять их, когда вам понадобится.

– Тридцать... ох, с ума сойти!

– Мэм?

– В смысле, Ден Митчелл их отдал?

– Нет. В смысле, я пополнил счет, потому что вчера вы потратились. Я также звоню узнать, не нужно ли вам больше средств, потому что на подходе праздники.

– Больше средств? Я что, Голландию покупать собираюсь? Хватит скидывать деньги на мой счет! – разъярилась Эшли.

– Он же просто выполняет приказы, - заметила Джин, пытаясь понять, что происходит, слыша разговор только со стороны подруги.

– Не важно, - сказала Эшли в телефон. – Я поговорю с мужем. Спасибо, что сообщили. – Она нажала отбой, а затем кнопку быстрого набора телефона в машине Виктора.

– Включи громкую связь, - взмолилась Джин, но Эшли не обратила внимания. Виктор ответил после первого гудка.

– Лоуренс.

– Это Лоуренс-Лорентц, Лоуренс. – Джин уронила голову на руки и беспомощно рассмеялась. Эшли проигнорировала это.

– Эшли! – он, кажется, обрадовался. Ничего, не долго осталось. – Что ты хочешь?

– Твою голову, - заорала она, - погребенную под слоями песка!

– Ооооох, - пожаловался он. – Не так громко, я чуть с дороги не съехал. Что я теперь натворил?

– Как обычно! Ты перестанешь заваливать деньгами мой счет?

– Нет.

– Почему нет?

– Потому что я тебя знаю – ты ведь не попросишь денег, - ответил он. – А так тебе не нужно просить. Они всегда там.

Она была поражена, что он предвидел проблемы, которые могут возникнуть из-за ее гордости. Это правда: она даже задумывалась о том, чтобы найти работу на полставки, и тратить свои деньги, не выпрашивая у мужа.

– Вчера я выбросила твои деньги на ветер, - похвасталась она. – Отдала их бездомному.

– Как мило.

– Тебе наплевать? Ты... ты вывалил на меня эти деньги, а я их спустила!

– Ну, и сегодня повеселись. Слушай, еще что-нибудь нужно?

– Я их все сниму со счета и устрою костер!

– Ну, как хочешь. Завтра Билл Элонг еще денег переведет на твой счет.

– Ты невозможен.

– И я тебя люблю, милая.

Она швырнула трубку, а Джин услышала скрип ее зубов даже на расстоянии нескольких метров. И разумно промолчала.

* * * * *

Когда Виктор вернулся домой в тот вечер, он был так раздражен, что Эшли забыла свою обиду и поинтересовалась, что произошло.

– Они хотят, чтобы я уехал на две недели в Грецию, - ответил он, так яростно повесив свое пальто, что вешалка закачалась. – Но этого не будет.