Ловушка для инквизитора
Шрифт:
А увлеченный павлиньими воплями стражник упустил тот момент, когда из караулки появился господин Бугудай.
— Так-так, нарушаем покой любимейшего из павлинов Величайшего из ныне живущих Властелинов, да осветят Боги его жизненный путь светом своей божественной мудрости! — Начальник смачно облизал жирные пальцы и почесал толстыми когтями объемистое брюхо. — Плюем, значит, на султанскую плитку.
— Ну? — хмыкнул молодой тролль не особенно вежливо.
— Вай, ты как с начальством разговариваешь, верблюжья отрыжка? — рыкнул господин Бугудай. — Кто выходил через вверенные тебе ворота?
— Никто.
— По
Сахирш подтянулся, но страха потерять столь "важный" пост он никогда не испытывал. Как раз наоборот. Его душа рвалась к подвигам. В те края, где вольный ветер разбросает по сторонам косы на его ушах и никто не обзовет его нехорошим словом. А если и рискнет, то останется без пары кривых клыков. А какие могли быть приключения во дворце, где прослужили пять поколений его предков? Никаких. Разве что снять с пальмы любимую кошку дочери Властелина.
Раздраженно сопнув ноздрями, начальство унесло свои необъятные социальные накопления обратно в прохладную караулку.
— А, чтоб тебе повылазило! Да чтоб тебе сам султан баранью ногу принес, а у тебя изжога приключилась! Да чтоб…
— Чего ты там себе под нос бубнишь, копыто Смрадного демона?!
— Я говорю, да не оставит меня ваша милость, господин начальник. Долгих вам лет.
— У- у, буль-буль, ы- ы- ы, — донеслось до Сахирша одобрительное бульканье.
"Вот же свинья, — теперь уже мысленно сплюнул стражник. Ему нестерпимо захотелось пить. — Зараза! Чтоб ты захлебнулся!".
То ли боги вняли его мольбе, то ли начальник не знал предела собственной жадности, но из караулки долетели кашель и грязная ругань. В кустах снова разорался нервный павлин.
— Что с вами, господин начальник? Не нужна ли вам помощь?
— Гха — гпа — гхе — гхы… чтоб тебя… гпа… ух!
— Что вы говорите?
— Я говорю … гхе- гха… занимайся своим делом… гхы…
Теперь довольный Сахирш обратил внимание на круглую луну и даже нашел ее довольно симпатичной. Увы, любование длилось недолго. Сначала со стороны жасминовых кустов послышался подозрительный шорох и под ноги стражнику с мявом выкатился полосатый кот самой помоечной наружности. Несколько мгновений мужчины оценивали возможности друг друга.
Кот вспоминал о минутах сладостного греха с белоснежной Савсан и философски размышлял о быстроте постигшей его кары. Стражник прикидывал, с какой силой наподдать под пушистый хвост, чтобы возмутитель спокойствия мигом перелетел через дворцовую стену и скрылся с глаз вместе с двумя шарообразными достоинствами. И даже успел занести для оного ногу, когда на его голову с шипением обрушилась гибкая черная тень и стрелой мелькнула на фоне звездного неба. Последнее, что услышал Сахирш, прежде чем отключиться, было шипение злосчастного демона:
— Не смей трогать котика!
Спасенный деловито пометил упавшего стражника обидной вонючей жидкостью и, гордо задрав хвост, удалился. А мерзкий демон прорисовался на фоне луны девичьим силуэтом и без опаски проскользнул в покои Великого Властелина. Легкие занавески лениво шелохнулись и опали.
Внутри было почти темно. Однако та, кого Сахирш принял за демона, быстро и уверено что-то искала. С огромного рабочего стола на ковер посыпались свитки, со стуком упала и прокатилась по полу султанская печать. Повелитель песчаных троллей пожевал чешуйчатыми губами и благополучно продолжил храпеть вместе с ночными слугами.
Ловкие пальцы с невзрачными колечками терпеливо прощупывали каждый выступ и каждую завитушку роскошного узора. Наконец по центру столешницы открылся маленький тайник. В нем, поблескивая пятнадцатью сапфирами, лежал серебряный венец, тут же оказавшийся в руках таинственной визитерши. На матовой поверхности ободка проступило клеймо с витиеватой надписью: "Венец богини Ашерат. Любовный артефакт 4 категории. Внимание! Возможна самопроизвольная активация в случае…". Остальную часть клейма прочитать не представлялось возможным из-за стершихся букв.
Внезапно из самого темного угла к воровке шагнула высокая и широкоплечая мужская фигура. Сработал эффект неожиданности, и наглец весьма удачно выбил из ее рук законную добычу. Венец отлетел в сторону, обиженно сверкая синими камнями.
— Опять ты, инквизитор! — зашипела она. — Предупреждаю сразу, еще один шаг и я подниму такой крик, что сюда сбежится вся дворцовая стража. Против сотни троллей не выстоишь даже ты!
— Валяй, я уже принял меры, — отозвался мужчина. — Наложил на покои султана звукоизолирующее заклятие, а на дворец — сонное. Мы снова остались один на один. И на этот раз я не отступлю. Артефакт отправится в Управление, а ты — пойдешь со мной. Пора ответить за свои преступления.
Воровка от души расхохоталась и прислушалась. Стояла тишина, никто в дверь султанских покоев не ломился, топота в коридоре слышно не было, а сам Властелин Белой Пустыни продолжил храпеть, раздувая занавески над ложем. Спали и слуги.
— Ну ладно, ты сам напросился.
Завязалась драка. В горячем ночном воздухе замелькали шаровые молнии. Когда в кабинете было сожжено все, что могло обратиться в пепел, а султан так и не проснулся, и без заклятия перекрывая шум богатырским храпом, странная ночная парочка сошлась в рукопашной. Противница едва доставала инквизитору до плеч, но это не мешало ей со змеиным шипением наносить ему хлесткие удары и выдерживать мощные тычки под ребра. Вскоре оба оказались достаточно измотаны, чтобы отказаться от прямого нападения.
Две черные тени бесшумно заскользили по кабинету. Они шаг за шагом подбирались к венцу, который нетерпеливо подрагивал на мозаичном полу, словно напрашиваясь в руки. К сожалению, или к счастью, это с как посмотреть, женская ручка и сильные мужские пальцы сомкнулись на вожделенной добыче одновременно. Султанские покои озарило ярким синим светом. Видимо, произошла та самая самопроизвольная активация, о которой упоминалось ранее.
Не в силах сопротивляться магии, мужчина ослабил хватку, и венец тут же оказался в руках девушки. А та, хоть и была во власти любовной лихорадки, быстренько спрятала его в сумку. И только потом сорвала маску и подставила губы для поцелуя. Позабыв обо всем на свете, парочка отдалась внезапно нахлынувшей страсти.
А в султанских покоях внезапно установилась тишина. Властелин Белой Пустыни перестал храпеть и теперь с удивлением прислушивался к романтической возне у стола с бумагами. Повелитель сполз с ложа и, сунув ступни в домашние тапки с загнутыми носками, гулко потопал на звук. Разборки с нерадивыми слугами он милостиво оставил на потом. Да только вскоре ему уже было не до этого.
Прямо на султанском столе, отрывая друг от друга куски черной кожи и являя взору отвратительное белое мясо, предавались греху разврата два богомерзких демона.