Ловец Душ
Шрифт:
— Благодарю, мой князь.
— Я принимаю твою благодарность, а теперь, — князь хлопнул в ладоши, — что ж Гарланд, Сигмар, меня ждут новые посетители, посему если вам ясно задание, то можете идти, и пусть вам сопутствует успех.
Компаньоны, раскланявшись, вышли из сада.
Споро преодолев путь из замка, они достигли площади, именуемой Судилище. Только сейчас Северин заметил стоящее во главе здание, увенчанное высокой башней. В этой башне, сложенной из серого камня, разместился часовой механизм с диковинными значками на циферблате, короткая стрелка часов указывала вертикально
— Творение альгисских мастеров, таких не больше пяти по всем землям бывшего Сиртийского королевства, Атмар угрохал кучу денег и времени, чтобы их возвести, но мне кажется, что оно того стоило. Ты только взгляни.
Северин покивал головой, восхищенно оглядывая невиданное им доселе творение человеческих рук. Еще немного поглазев на башню, компаньоны двинулись дальше.
— Хорошо бы нам остановиться здесь или в Торговом квартале, я показал бы тебе парочку чудных заведений, но ты слышал, — Эйнар вздохнул, — груз заберут сегодня, а значит вечером нужно быть у брата в таверне.
— Но колдун же не сказал, когда придет забирать груз, — возразил Северин, которому очень не хотелось тащиться обратно через весь город.
— Это понятно и так, отправит своего Молчаливого, и попробуй не выполни, чего он там принесет, — отмахнулся Эйнар.
— Молчаливого?
— Ах, да, ты не знаешь. Когда придет, то сам увидишь, что это за люди. Интересные ребята — без языка, появляются внезапно, как тени и приносят письма от Малика. Он общается с ними на языке жестов, который ведом только ему, колдун доверяет им любые задачи.
Компаньоны замолчали, идя по улицам Старгорода. Уже вечерело, и вокруг них прогуливались степенные особы с охраной, семенили экономки, неся в корзинах ужин для своих хозяев, временами, звеня доспехами, деловито проходили мимо патрули стражников.
— А пятьдесят талеров — это много? — задался вопросом Северин.
— Да так, смотря для кого. Тому старику на берегу моря хватило бы отстроить новый дом, купить корову, еды на зиму и посевные, да еще и осталось бы, а вот мой брат в кости иной раз и побольше просаживает за раз. Или вот, ты его кинжал видел, который с костяной ручкой? Так вот, он 400 талеров стоит, но не бойся, если выполним задание Атмара, то денег изрядно получим, за раз не прогулять.
Слово за слово, разговор затянулся, и компаньоны не заметили, как оказались у таверны Хенрика. Расцвеченное бордово-красными лучами закатного солнца здание уже не казалось таким угрюмым и мрачным, как при первом впечатлении. Хенрик встретил гостей у порога:
— Ну как, брат, все нормально прошло?
— Да, сегодня Малик придет забирать груз.
Хенрик немного нервно поправил пояс:
— Пусть приходит, ключ ведь у тебя? — дождавшись кивка Эйнара, он положил руку на плечо Сигмару, — ну, а как наш юный друг, не упал в грязь лицом?
— Вроде бы, нет, — улыбнулся солдат.
— Ладно уж, не стесняйся, прямо скажи, князю ты глянулся, — подмигнул Северину здоровяк, — у него аж брови на лоб полезли, когда он узнал, что ты флорианца подрезал.
Хенрик свистнул
прислуге:— Эй, там, тащите в хозяйскую поесть что-нибудь, да вина не забудьте, а вы, друзья, проходите, располагайтесь.
Тройка дельцов прошла в личную комнату тавернщика.
— Значит, теперь отдыхаешь, — обратился к брату Хенрик.
— Увы, но нет, вскоре мы отправляемся в Сураву.
Тут Эйнара прервала открывшаяся дверь, из которой пролезшая голова прогундосила:
— К вам пришли, хозяин.
Тавернщик кивнул и в комнату вошел человек в робе, как две капли воды похожей на одеяния колдуна. Лицо вошедшего было даже не бледным, а скорее бесцветным, глаза его были пусты и не выражали никаких эмоций. Коротко поклонившись, незнакомец подошел к Эйнару и вручил ему маленькую записку. Эйнар развернул ее и, пробежав глазами по строкам, резко поднялся:
— Мне пора, друзья. Вернусь, как смогу.
Едва за здоровяком захлопнулась дверь, как в комнату вошла Лия с еще одной, незнакомой Сигмару девушкой. Они несли на руках подносы уставленные вкусностями: тарелки с ароматной, дымящейся ухой, в которой плавали огромные куски белой рыбы, запеченные целиком куриные тушки, истекающие жиром и дразнящие своим запахом обоняние голодного Северина, пироги с самыми разными начинками, тарелку с круглыми свежими булочками и, наконец, несколько кувшинов с медом и ягодными морсами.
— Я не знала, что господин Эйнар так скоро уйдет, и принесла на троих, — прощебетала Лия.
— Ничего, он скоро вернется, ты все правильно сделала, — произнес Хенрик и поднял кубок, — ну а теперь к столу, твое здоровье, Сигмар.
За едой плавно потянулся разговор, начатый словоохотливым тавернщиком.
— Как тебе князь? Суровый? — поинтересовался у солдата Хенрик.
— Да, но честно говоря, меня больше впечатлил дука Никифор, я думаю, его враги долго не живут.
— Правильно думаешь, моему брату крепко повезло, что такой человек у него в друзьях, хотя, казалось бы, что может быть общего между контрабандистом и начальником стражи, а вот гляди же ты, есть все-таки.
— Ага, охрана у него внушительная, песьи головы на шлемах и пряжках, — вспоминал события дня Северин, жуя пирожок с луком.
— Песьи головы? — переспросил Хенрик, усевшись поудобнее и оседлав любимого коня, принялся повествовать.
— Ты знаешь, откуда они взялись? Хотя конечно нет, ну так слушай. Это от родового девиза Атмара: «Верный как пес». Этот девиз вместе с графским титулом пожаловал прапрадеду Атмара старый король Сирта, Мальтир, за то, что тот предотвратил заговор и покушение на короля. Предыстория этого события такова.
Сиртийское королевство, ведомое мудрым Мальтиром, на протяжении десятилетий собирало окрестные земли, готовило армию к главной цели — Старгородскому княжеству, которое в ту пору погрязло в спорах и междоусобицах. И, наконец, этот день настал, князь Ингвар ожесточенно сопротивлялся, но силы были явно неравны, в итоге часть знати княжества сговорились с Мальтиром и добровольно перешли под его руку, получив баронские и графские титулы. Некоторые считают, что определенные договоренности Мальтир заключил еще до войны, обеспечив себе победу.