Чтение онлайн

Илья наклонился к воде, плеснул в лицо, стряхнул капли с ладони.

– Разве у вас есть еще кто-то, кто может уничтожить Врата? Или мы должны отвлечь на себя силы охраны храма, чтобы основная группа смогла проникнуть под его стены и завершить операцию? Я угадал?

Евстигней сгорбился, долго молчал, одетый темнотой, ставший вдруг таким одиноким и подавленным. что у Ильи защемило сердце.

– Нет никакой основной группы, Илья Константинович, глухо проговорил старик.
– Нет запасного варианта. Но ваш отряд не первый, кто пытается преградить путь Мороку.

– Простите...
– пробормотал пристыженный Пашин.

– Каждому

человеку в этом мире, каждой вещи предписана своя судьба, изменив которую можно изменить всю реальность. Но сделать это очень трудно, потому что за каждым потенциальным строителем своей судьбы следят контролеры Морока, мешающие человеку стать повелителем Яви. Так, например, они помешали твоему другу реализовать свой потенциал, отправив его в тюрьму. Тебе они тоже не один раз пытались помешать. И пугает их даже не столько угроза потерять Врата - это всего лишь пассивное изменение реальности, а ваша активная позиция жить по справедливости, для чего вы оба готовы изменить План бытия.

Врата можно изготовить новые, хотя их материалом является вовсе не камень, а демоническое психополе, свернутое в своеобразный модуль энергоинформационного воздействия на реальность, который и поддерживает переход в реальность Нави.

Теперь минуту молчал Илья, обдумывая признание волхва. Ему стало жарко, несмотря на пронизывающий холодный ветер, он набрал в ладонь воды и сделал глоток.

– Как же мы сможем уничтожить Лик Беса, если он совсем не камень... а психополе?

– Он боится живого огня, - усмехнулся старик, - поэтому всегда лежит в воде. Но смотреть на него больше нескольких секунд нельзя, иначе он внедрится в вашу психику и превратит в своих рабов. Запомните это, если надумаете идти дальше.

Из лагеря прилетел голос Серафима:

– Илья, долго тебя еще ждать?

Пашин очнулся, вытер ладонь о пылающий лоб, сказал торопливо, но твердо:

– Мы пойдем дальше. К утру разберем завал и...

– Пусть этим, не торопясь, занимаются твои друзья. К храму есть другой путь. Он заговорен, простому человеку не виден, но вдвоем с девкой вы пройдете.

– Как?

– В полукилометре отсюда из озера Нильского начинается протока в другое озеро, которого нет ни на одной карте. На его берегу и стоит храм Морока, не видимый ни со стороны, ни сверху. Увидеть можно только его отражение в воде, да и то лишь на восходе солнца или при полной луне. Мой оберег поможет вам достичь цели и предупредит о близости Древнего.

Илья виновато кашлянул.

– Талисмана... то есть оберега... больше нет. В него попал разряд, такая странная молния, когда я отбивался от сторожа Владиславы. У него была палка, мечущая молнии...

– Жезл Силы.
– Старик полез под плащ, снял с шеи какой-то тяжелый кружок на цепочке, протянул Илье.
– Это цата, старославянский амулет Рука Бога, символ Свентовита, он обеспечит тебе защиту от любого нападения с четырех сторон света. Не потеряй и доверяй его подсказкам.

– А как же вы?

– Я обойдусь.

Илья надел цепочку, спрятал амулет на груди под футболку, прислушиваясь к себе: под кожей на груди, которой касался быстро теплеющий диск амулета, побежали электрические струйки, приятно щекотавшие тело.

– Весьма забавно...

– Не мешает?

– Нет, но... щекочет. Такое ощущение, будто это клемма аккумулятора. Дедушка, что нам делать с Анжеликой? Мы пришли к выводу, что она... обманывает нас.

– Ничего с ней делать не надо, хотя ваша врачиха стала агентом эмиссара

Морока в Москве. Не по своей воле, конечно. Она и сейчас не понимает, что делает. Потом я освобожу ее от чужой программы, а пока делайте вид, что ни о чем не догадываетесь. Жаль ее...

Илья снова зачерпнул воды в ладонь, жадно выпил, выпрямился, чтобы поблагодарить волхва, но его рядом не оказалось. Илья чертыхнулся в душе, но тут же с усмешкой позавидовал способностям Евстигнея. Старику не нужен был никакой вид транспорта, так как он владел тем способом преодоления пространства, который люди называли телепортацией, одновременно не веря в ее существование.

– А где дед?
– встретил Пашина вопросом Серафим, уже переодетый в запасную рубашку и штормовку, с замотанной бинтом головой. На его лицо в шрамах и царапинах, обработанных йодом, страшно было смотреть.

– Ушел по делам, - меланхолично отозвался Илья, отвечая на тревожный взгляд Владиславы успокаивающим жестом, поискал глазами Анжелику.
– Где наш врач?

– Зачем она тебе? Или тоже хочешь получить укол в задницу от столбняка?

– В лес пошла, - добавил Гнедич, также разрисованный пятнами йода, - по надобности.

– Ах ты, мать честная!
– Илья двинулся было к лесу, но опомнился, медленно вернулся к костру, протянул к нему руки и закрыл глаза, наслаждаясь _входящим_ в ладони теплом. Прием этот назывался аарти и служил для повышения энергетики организма человека. Действовал он безотказно в любых условиях, и Илья еще помнил, как он удивился, когда узнал, что для срабатывания аарти достаточно даже пламени свечи.

– Она сейчас придет, чего волноваться, - сказал Серафим, озадаченный поведением начальника экспедиции.
– Позвать? Могу и сходить, если тебе невтерпеж.

– Не надо.
– Илья подержал ладони над костром еще немного и налил из котелка себе в кружку ароматного чаю. Все молча смотрели, как он это делает: не торопясь, основательно, сосредоточенно.

– Ты уже никуда не спешишь?
– не выдержал Серафим.

Гнедич тоже смотрел на Илью внимательно, с беспокойством в глазах, но молчал. Только Владислава понимала своего друга и смотрела на него иначе, с заботливой нежностью и верой.

– Завал начнем разбирать завтра, - проговорил наконец Илья.
– Возможно, у нас появятся помощники.

– Кого ты имеешь в виду?

– Часов в семь мы с Владиславой попробуем поискать помощников в деревне, - не ответил на вопрос Тымко Илья, - а вы начнете работать в подземелье. Вернемся - присоединимся к вам.

– Дед не подсказал, где надо искать Валерию?
– с любопытством поинтересовался Юрий Дмитриевич.

– Подсказал.

– Давай не темни, говори, - рассердился Тымко.
– Не тяни кота за хвост.

Илья допил чай, чувствуя, как по телу разливается волна приятного тепла, глянул на ждущих ответа товарищей.

– Она в храме.

Ответом ему было изумленное молчание, затем фонтан красноречия Серафима, смысл которого сводился к сакраментальному вопросу: откуда ты знаешь?

– Правда, что это тебе сказал дедушка?
– тихо спросила Владислава. Илья кивнул.

– Тогда Валерия Никитична действительно находится в храме. Дедушка никогда не говорит того, чего не знает.

– Дед-всевед, - фыркнул Серафим.
– Как он может знать то, свидетелем чего не был? Но допустим, что он прав. Где стоит этот хренов храм? Где вы будете его искать? А Грома кто выручать будет - Пушкин? Может, он уже тоже сидит в храме?